5

0.00
 
5

Леонид выпил чай и, поблагодарив Ивана Арсеньевича, покинул старика.

В той книги, вспомнил Леонид, на сто тридцать четвертой странице кроме снимков была схема местоположения Бориславского замка. Он не знал, но почему-то его потянуло туда. Он решил, что если побывает на той улице и увидит строение, то будет поставлена точка в данной истории. Истории, которая по непонятным для него причинам беспокоила, как заноза. Что с того, что посетил кошмар? Какая связь чудовища с Бориславом? Отчего разум решил сыграть с ним в игру, связав историю императора и видение монстра. Много, очень много вопросов, ответом на которые было недоуменное молчание.

Поэтому-то Леонид и свернул с привычного маршрута. Он возвращался другой дорогой.

Улица, на которой располагалось историческое здание, шла в гору. Дворец Борислава, стоя на возвышении, при свете дня выглядел сиротливо, будто прибитый и притихший. Не было в нем величественности замка — крепости, призванной защищать своего хозяина. Император гордо называл дворец замком, принимая желаемое за действительное. Строение не защитило его, став могилой. Борислав был убит.

Сферообразный купол дворца зиял дырой, словно человеческий череп, пробитый пулей. На ступенях сидел ребенок. Леонид удивился. Он замедлил шаг, чтобы лучше разглядеть мальчишку в потрепанном пальто.

Леонид остановился.

— Ты чего сидишь? Иди домой, — произнес он.

Мальчик встал и вперил в Леонида черные угольки испитых глаз, но никуда не ушел и ничего не ответил.

— Дом разбомбили? — пытался допытаться Леонид.

— Нет. Просто никого нет. Родители умерли.

— Когда?

— Сегодня.

— Родственники? Знакомые?

Мальчик отрицательно замотал головой. То ли родственников не было, то ли он не хотел идти к ним. Детский взгляд вселил тревогу. Усталый. Загнанный. Леонид подошел ближе и, протянув мальчишке руку, сказал:

— Леонид.

— Сашка.

Ладонь Сашки оказалась холодной как лед.

— Тогда пойдем со мной.

Сашка ничего не ответил. Да и зачем нужны слова, когда и так и все ясно. Они в молчании дошли до дома, где располагался взвод.

Лишь, перед тем как войти в дом, Леонид спросил Сашку:

— Тебе сколько лет?

— Девять.

Не похож он был на девятилетнего мальчика. От силы пять.

Леонид рассказал командиру о Сашке. Командир понимающе кивнул и распорядился «найти место для нового квартиранта».

Солдаты накормили Сашку: разогрели банку тушенки, напоили чаем с куском сахара. Мальчишку от еды и тепла разморило, и он уснул. И спал он долго. Леонид даже испугался за него, но ровное спокойное дыхание и здоровый румянец говорили, что все в порядке. К вечеру Леонид лег рядом с ним.

Уснул быстро.

Ночью Сашка разбудил Леонида, осторожно дотронувшись до кисти.

— Дядь Лень, — прошептал он.

— Что?

— А вы меня не бросите?

Леонид удивился. Он сонно протер глаза и внимательно посмотрел на Сашку. Глаза ребенка смотрели не по-детски сосредоточено. Усталости не было, но та тревога, что заметил Леонид еще у Бориславского дворца, осталась.

— Обещаю, что не брошу.

— Правда-правда?

— Да. Я поговорю с командиром. Завтра мы покинем город. Поедешь с нами.

— А куда поедем?

— Далеко.

— Это хорошо. А как скоро?

— Утром. Спи. Завтра все узнаешь.

Сашка закрыл глаза. Леонид еще смотрел на мальчишку, ожидая, когда тот уснет. Наконец ровное дыхание сказало, что сон завладел им. Леонид смежил веки. Сон вновь пришел быстро. Он был рваным и беспокойным, но что снилось, Леонид не вспомнил.

Утром взвод отправились в обратный путь.

Сашку взяли в гуманитарный конвой и вывезли.

Было ясно, что Сашка не будет мотаться вместе с солдатами, и в первом населенном пункте пришло время прощаться.

— Дядь Лень, не бросай меня.

Леонид опустился на колени и, обняв Сашку за плечи, прижал к себе.

— Дядь Лень, — опять запричитал ребенок.

— Хочешь быть настоящим солдатом? — Сашка кивнул. — Чтобы не случилось, никогда не опускай рук, — произнес Леонид прописную истину.

— А ты вернешься и заберешь меня?

— Да. Обязательно.

— Слово солдата?

— Слово солдата. — Леонид отстранил Сашку и, держа его за плечи, добавил: — Я тебя обязательно найду. Обещаю. Знаешь что, давай сделаем так.

Леонид, достав из кармана огрызок карандаша и кусок бумаги, написал: «Барков Александр Леонидович, девять лет. Отец: Барков Леонид Андреевич». И ниже свою дату рождение и адрес, по которому проживал до войны.

— Береги эту записку как зеницу ока.

Сашка кивнул.

Леонид расстался с ним.

— Ну, что? Пойдем? — спросил Данила.

Леонид кивнул. Данила странно улыбнулся.

— Ты чего так смотришь?

— Мне сегодня Исашка приснился. И я верю, все будет хорошо.

— А я нет. Я не верю. Я знаю, что все будет хорошо.

— Тем более. — И опять эта странная улыбка.

 

 

Было холодно и темно. Борислав очнулся на полу и решил, что чувства обманывают или он ослеп. Его окружала кромешная тьма, сколько бы он не всматривался. Он лежал в луже крови — левая кисть нащупала вязкую жидкость. Кровь уже застыла. Значит, прошло достаточно времени, но император не верил времени. Он не доверял ничему. Он ощущал себя выброшенным в безмолвное пространство. Вне всяких границ вселенной туда, где нигде и никогда. Эта комната — краем сознания Борислав понимал, что он в той же комнате — всего лишь декорация, прелюдия к чему-то более важному — вот единственно верное чувство.

Борислав услышал шаги. На этот раз одинокие и вкрадчивые. Кто-то вошел в дверь. Борислав не видел кто. Он лежал спиной к вошедшему.

— Вставай, — прозвучал голос привратника.

Борислав поднялся. Он машинально отер одежду от крови, но одежда оказалась чистой. Пятно на полу исчезло. Борислав это рассмотрел, ибо привратник вошел в комнату со светильником.

Светильник отбрасывал дрожащие желтые пятна на пол и стены.

— Чему удивляешься?

— Тут была кровь, — растерянно произнес император.

— Ты правильно заметил, что была. Была и исчезла. Следуй за мной.

— Куда?

— Ты встретишься с верховной сущностью. Предваряя твои вопросы, скажу, что с сущностью ты виделся раньше. Так что, больше ни слова.

Они двинулись в молчании, прошли через дверь, в которую недавно рвались заговорщики. Привратник и император преодолели неосвещенный коридор и остановились у выхода.

— История повторяется. Я должен снова сказать тебе: дальше ты сам, — заговорил привратник. — За этой дверью ждет тебя Великий Архитектор. То, что он поведает, я и так знаю наперед, поэтому не имеет смысла быть с тобой. Иди.

— Так Великий Архитектор это и есть верховная сущность?

— Да. Иди.

Борислав открыл дверь и очутился в доме Франца. Что делать дальше император знал: надо подняться на второй этаж и зайти в ту комнату, где когда-то он отправился в первое путешествие.

Борислав поднял взор и увидел в конце лестничного марша Великого Архитектора. Старик, не отрываясь, смотрел на него. Смотрел долго. Секунды длились годами.

— Поднимайся, — наконец разорвав тишину, вымолвил Архитектор. Голос его прозвучал негромко, но разборчиво и уверенно.

Борислав начал подниматься. Все выше и выше. Ему казалось, что жизнь его медленно течет мимо, а ступени — это года, ставшие памятью о былом. Картины минувших лет проходили перед мысленным взором, как плыли те портреты неизвестных людей с завязанными глазами. Портреты, висевшие вдоль стен коридора, в конце которого находилась дверь в зеркальную комнату.

Но сколько бы он не делал шагов, не приближался. Великий Архитектор был недосягаем. Он все также стоял в конце лестничного марша и сосредоточенно наблюдал за Бориславом.

Наконец император закончил свой пусть.

— У тебя есть ключ. Открой, сказал Архитектор.

Борислав отстегнул от пояса ключ и, открыв замок, вошел в комнату.

— Забудь, как звали тебя в земной жизни, — продолжил Архитектор. — Теперь Хранитель — вот твое истинное имя.

Хранитель сделал пару шагов и застыл в ужасе. Это была та самая комната, но она не пустовала. В креслах сидели члены общества тайного знания, среди которых был и он. Хранитель испуганно впился взглядом в себя. Двойник императора, откинувшись на спинку, казалось, спал. Но ужас, что пропитал даже воздух комнаты, нашептал ему: они не спят, разве не видишь, они не дышат. Они мертвы.

— В чем дело, Хранитель?

— Великий Архитектор, мое путешествие не закончилось?

— Почему ты так решил?

— Но…

Архитектор поднял руку, приказывая молчать.

— Разве ты не знаешь, что времени, как понимают его люди, не существует? Нет прошлого, настоящего и грядущего. Все эти три категории одномоментные. Они здесь и сейчас. Но хватит об этом. Я встретился с тобой не для этого.

Великий Архитектор осмотрел комнату, и Хранитель на мгновение увидел орлиный профиль старика.

— В земной жизни я всегда носил имя Даниель, — вперив взор в Хранителя, заговорила верховная сущность. — Я был всегда, только имя с небольшими изменениями сопутствовало мне.

— Так значит вы…

— Да, Хранитель. Все верно. Солдат Данила и архангел Даниил — это я.

— Тогда я ничего не понимаю. Точнее… — Ум Борислава оказался беспомощным перед этой загадкой. Именно ум императора, ум человеческий. Борислав не ощутил той уверенности, еще не мог твердо сказать, что покончил с земной жизнью, что отрезал метафизическую пуповину, связывающую его с прошлым. Он не чувствовал себя Хранителем, держателем ключа, который сейчас был пристегнут к поясу.

— Все просто, — вымолвил Великий Архитектор. — На протяжении тысячи лет я собирал людей, чтобы передавать через них тайное знание. Среди прочих нуждался я и в Хранителе Ключа, чтобы запирать знания от людей неподготовленных. И я нашел его. Это был ты, но ты оказался не готов. Ты был излишне экзальтирован, и не овладел еще своими страхами. Открыв дверь в тайное знание, ты впустил в земной мир страх.

— Но как? Разве в тайном знании есть страх?

— Знание лишено эмоций. Но знание приходит через человеческий ум. Ты сумел пройти зеркальную комнату, но не смог избавиться от страха. Он проследовал по твоим следам. Следам ума. Ты привнес страх в жизнь земную.

— Я не глядел в отражения.

— Возможно, ты не помнишь того момента, когда глянул в зеркала. Ведь ты мог сделать это неосознанно. Мне удалось задержать страх в Бориславском дворце. Однако это не помешало ему отравлять город и умы горожан.

— Значит, видение осьминога Леонидом реально?

— Да. Леонид увидел твой страх таким.

— Великий Архитектор, история о солдатах реальна. Но почему меня пытались все время убедить, что все иллюзорно?

— Лишь для того, чтобы ты взглянул на страх со стороны, чтобы смог получить власть над ним. Но все прошло не так гладко. Теперь ты должен лишить страх возможности отравлять город. Ты должен запереть его в этой комнате.

— Почему здесь, ведь страх обитает…

— А ты посмотри в окно.

Борислав в волнении подошел к окну и увидел то, чего и не предполагал увидеть. Не было того пейзажа, что открывался из дома Франца. Это другое место. Это город. Тот самый. Император разглядел знакомый проспект, покрытый снегом, дома, холодное зимнее небо. Такой вид открывался из окна его кабинета в Данииловском замке. Он у себя дома. А время… Это не его родной восемнадцатый век. Это время, в котором жил солдат Леонид.

Или еще живет? Не важно. Будущее, настоящее и минувшее — только привычка ума.

Борислав бросил короткий взгляд назад на кресла. В них все также, будто манекены, сидели люди. Опять мелькнула мысль о продолжающемся путешествии.

Борислав перевел взгляд на Великого Архитектора.

— Теперь есть только одно верное средство, — сказал тот. — Ты запираешь эту комнату, и страх останется здесь навсегда. Он будет уничтожен вместе с дворцом.

— Верно ли я понял, что все эти двести лет комната была открыта?

— Да. Метафизически, конечно.

Они покинули комнату. Борислав закрыл дверь.

— Теперь все. Ключ верни мне. Я передам его другому Хранителю.

— И кто он?

— Странно то, что для посвященного ты задаешь те вопросы, на которые уже знаешь ответ.

И император понял. Конечно же, все ясно без слов. Ведь это просто внутренне волнение. Оно, подобно шторму, взбаламутило мысли, лишив их стройности и последовательности. На самом же деле…

Солдат Данила — это Великий Архитектор. Верховная сущность. Данила рассказал Леониду о чудовище. Намекнул. Затем нападение железной птицы. Леонид видит монстра. Разум Леонида пытается связать кошмар с историей Данииловского замка. Леонид полусознательно стремится к замку. А до этого Данила поведал историю мальчика Исаака, словно внес незаметную черточку в хитросплетенную вязь событий, мыслей и чувств. История нужна была для того, чтобы Леонид наверняка забрал Сашку к себе.

Сашка?

Бориславу привиделось, что поток мыслей застыл на мгновение. Император пытался не дышать, словно побоялся спугнуть догадку. Сашка? Вопрос, как тревожный звон колокола. Не он ли, Сашка, и есть новый Хранитель? Или Леонид теперь Хранитель, а Сашка — ключ, открывающий дверь в тайное знание?

Мысли спутались, и Борислав прогнал нелепые догадки. Все просто, как говорил Великий Архитектор. Значит, кто-то из них и есть новый Хранитель.

Борислав поймал взгляд Архитектора. Он смотрел на ключ, который бывший император машинально вертел в пальцах.

— Я все понял, — сказал Борислав, отдав ключ. — Я лишь желаю задать один вопрос. В чем самая сокровенная тайна мироздания? Ведь наше знание о нем многослойно и где-то хранится сердцевина всего. Что она собой представляет?

— Ты пытаешься получить все сразу, а не собирать по крупицам. Но хорошо, я скажу. Ты спросил о сердцевине. Вспомни маски. Одна прячется под другой. И последняя маска скрывает первую. Сердцевина прячется в начале и в конце, а все они находятся в тебе, — произнес Великий Архитектор и, повернувшись спиной, стал уходить.

— И это все? — голос Борислава предательски дрогнул.

Архитектор застыл на месте. Он чуть вжал голову в плечи, спина его напряглась, будто в ожидании удара. Голова старика повернулась. Император вновь увидел орлиный профиль Архитектора.

— Борислав, чистый лист бумаги поведает тебе больше, чем он же, но исписанный длинными и витиеватыми объяснениями.

 

 

Слова Леонида оказались правдой. Все сбылось. Все было хорошо. И чувство это было не слепой верой, а знанием. Леонид и Данила прошли войну. Леонид усыновил Сашку, и в первое мирное лето он вместе с ним приехали в город.

На Леонида нахлынули воспоминания. Он захотел узнать о судьбе Ивана Арсеньевича, но так ничего и не добился. Говорили, что его увезли с другим гуманитарным конвоем, потому как старик стал совсем плох. Пришлось увезти, хоть и уезжать ему не хотелось. Дальше след Ивана Арсеньевича терялся.

Они побывали на улице, где раньше жил Сашка. Просто побродили по старым местам. Сашка рассказал о своей жизни до войны.

Затем они заглянули на улицу, где стоял Бориславский дворец, но его там не оказалось. Они простояли несколько минут, смотря на пленных, которые закладывали фундамент. Прораб рассказал им, что замок Борислава был уничтожен в одну из бомбежек, а теперь администрация города решила реконструировать его.

Леонид улыбнулся про себя. Что ж, решил он, по крайней мере, душа императора упокоилась с миром. Будет стоять новое здание еще лучше прежнего, но, конечно, это совсем не то, что было раньше.

 

27 февраля — 13 июля 2017 г.

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль