Глава 20

0.00
 
Глава 20

Адеос озирался по сторонам. Слепящее солнце, заполняющее лес лучами, сливало картинку в одно целое, словно плохо смешанные краски. Его глаза жгло, и он опустил голову, желая, хоть на мгновение прикрыть глазницы веками. Как же он ненавидел себя за беспомощность. Наверное, был единственный человек, которому Адеос страстно желал оказаться в этом дерьмовом месте — ведьме. Эта дрянь заслуживает худшего. Крафт так и не отозвался на его зов. Видимо, Тарака хорошо его приложила. И с каких это пор, ведьмы владеют боевыми навыками? Ему казалось, что кроме «хала-хула-мула-бараба, плюх в котел немного травки», они не способны ни на что. И вообще, как ей удалось, так хорошо его облапошить? Крафт говорил, что Тарака мертва… если только она не реинкарнировала в эту милую девушку, что вполне возможно, с ее то силой. Надо же, как все ловко получилось. А он-то думал… Адеос походил по кругу, стараясь не поднимать головы.

Черт, он столько слышал о Кейне, и только сейчас увидел его. Потрясающее сходство… потрясающие зеленые, как фосфор, глаза… потрясающе привлекательный. Он такой же огромный, мускулистый, в нем есть что-то животное… а тот кто был рядом с ним, видимо демон. Тоже, не уступающий габаритами и красотой. Правда, он потерял кисть. Хм, какой смелый демон. И Холли Вуд… ну, да, конечно… чертова ведьма. Такая мать его, хрупкая барышня в объятиях двух горилл. А он бедный и несчастный, погрязший в безысходности ситуации.

Адеос материализовался в туннеле. Выхватил Крафта из стены и небрежно опустил на пол. Тот закряхтел. Жутковатое зрелище — вроде бессознания, а, кажется, что его глазницы пялятся на тебя…

— Господин. — Прохрипел Крафт, медленно поднимаясь. — Я пытался остановить ее.

— Я тоже. — Он шагнул внутрь зала.

— Я что-нибудь придумаю.

Адеос плюхнулся на трон, подперев подбородок кулаком.

Хрена тут думать. Даже если он снова попытается напасть на Кейна и его дружка, где гарантия, что не произойдет подобное? Быстренько раскидают упырей, и все сведется к истоку. Остается ждать… да. Ждать пока она не придет за мной.

 

 

— Привет. — Холли спустилась по лестнице, к мужчинам. Корс поспешно спрятал культю за спину.

— Тебе нужно больше отдыхать. — Возразил Кейн. Холли поморщилась.

— Спасибо за заботу, Кейн. Но, я хорошо себя чувствую. — Она развернулась к Корсу. — Как у тебя дела?

— Нормально.

Холли с недоверием прищурилась.

— Ты бледный. Ты не ранен, случаем?

Корса бросило в холодный пот.

— Нет-нет. — Дерьмо…

Она скользнула взглядом снизу вверх.

— Что у тебя за спиной?

— А, да ничего. — Твою мать…

— Давай я сделаю тебе кофе, — предложил Кейн, мягко взяв Холли за локоть и потянув на кухню. Корс облегченно вздохнул. Минутная передышка. Кейн усадил девушку за стол, приказав сидеть — и не двигаться.

— Что происходит?

— Ничего. Просто хочу напоить тебя кофе? Ты против? — притворно удивился он.

— Вся эта фигня с кофе, походит на скорбную весть от хирурга.

Он улыбнулся. Впервые за эти дни, он улыбнулся на ее ШУТКУ. О, дело — дрянь…

— Кейн, — Холли поднялась с места, но Кейн усадил ее, надавив на плечи.

— По-твоему это забавно? — Она нахмурилась.

— Да, учитывая, что это походит на приседания. — И снова улыбнулся.

— Корс, что у тебя с рукой? — Холли развернулась к нему лицом, раз уж Кейн не дает свободы движениям.

— Она в порядке. — Он кашлянул.

— Тогда, покажи.

— Зачем? — На его лбу выступили бисеринки пота.

— Хочу удостовериться, что деталей в этом конструкторе хватает.

Корс тихо выругался.

— Будешь противиться, я надеру твою задницу так, что Кейн вряд ли тебе поможет. — Серьезно произнесла она.

Мужчины переглянулись. Казалось, прошел час, прежде чем Корс вытащил руку из-за спины. Холли безразлично посмотрела на обрубок, замотанный в футболку.

— Ну-ну. — Выдохнула она и отвернулась. Мужчины оторопели. Уж, явно не этой реакции они ожидали. Скорее, крик ужаса и обморок с последующим приземлением на пол.

— Эээ… — протянул кто-то из мужчин, и в этот же миг, Холли оказалась рядом с Корсом. Она со всего маху вмазала ему в лицо кулаком. Тот пошатнулся и плюхнулся задницей на диван.

— Придурок, не смей лгать мне! — рявкнула девушка. Корс икнул, ошалело открыв рот.

— Срань Господня… — Выдохнул он. — Кейн…

Кейн в шаг пересек расстояние от кухни до гостиной. Когда он взглянул на Холли, то красочно выругался.

— Что? — прошипела она.

— Какого хрена… — Кейн схватил девушку и переместился в ванную, второй комнаты, развернув ее к зеркалу.

— Матерь божья… — выдохнула Холли, испугавшись своего отражения. То есть, в принципе ее внешность не изменилась, за исключением глаз. Они были разделены на две продольные половинки — светло-желтый и голубой. — Что… что с моими глазами?

Эээ… Кейн, честно говоря, и сам не понимал. Но он точно знал, что светлые глаза принадлежали Тараке.

— Ты, что-нибудь чувствуешь?

— Эм, ну разве что, я чувствую себя… — Она повернулась к нему. — Сильнее. Это плохо? Да, они довольно… необычные. — Холли отвернулась, приблизив лицо к зеркалу. — Хм, но мне уже нравятся. Завидуешь? — она перевела взгляд на него и подмигнула.

— Дело не в этом. Послушай, — Кейн развернул девушку к себе. — Ведьма, сражалась. Она, наверняка, исчерпала много энергии. И, похоже, она поглощает твою энергию, думаю, поэтому твои глаза изменились. Еще одно сражение, и она… заберет тебя.

Девушка картинно выдохнула.

— Кейн, Кейн. — Она коснулась его щеки. — Сейчас не время для паники. Мы должны исцелить Корса.

— Мы? — ужаснулся Кейн. — Тарака, черт тебя дери!

— Ну-ну, — цокнула девушка. — Мы — это я и твоя маленькая девочка. Прими это, как деперсонализацию[1] и смирись. — Она улыбнулась.

— Ты убиваешь ее. — Сокрушенно выдохнул Кейн.

— Не говори так, Кейн. — Брови девушки болезненно нахмурились. — Это по-прежнему я. Только другая.

— И как мне тебя называть?

— О, Кейн… — осуждающе протянула Тарака. — Как неосмотрительно с твоей стороны. Сколько ты знаком с ней?

— Какая разница? — Кейн оттолкнул ее руку.

— А разница в том, что ты ни разу, не спросил ее имени.

На чертовски долгую минуту, Кейну показалось, что его заключили в холодильник и лед медленно обволакивает, покрывая его кожу инеем. Он сглотнул. Ни разу не спросил ее имени. Ни разу, за все это время. Ни тогда, когда спас ее от упыря, когда ей было плохо…когда целовал… ни разу… я… мудак. Полный, конченный мудила!

Он поднял на нее глаза.

— Как… тебя зовут… — его голос охрип.

Девушка сочувствующе покачала головой и растворилась в воздухе. Тарака плотно скрепила их связь. Ныне, они неразлучны, пока ведьма не решит ее оставить. Забавно, человеческая девушка способна перемещаться, как и он. Способна исцелять и исцеляться сама. Потому что следы, борьбы с упырями, исчезли. Способна защищаться… способна на боль… Кейн обхватил голову руками. Защита с его стороны, сейчас бесполезна. Теперь, они на равных.

— Нет!

Кейн вылетел из комнаты, перепрыгнув через лестницу на пол, и замер, как раз в тот момент, когда девушка врезала Корсу по лицу.

— Что за дерьмо здесь происходит? — зарычал он, ринувшись к ним. Он оттащил ведьму, а это определенно была она, задвинув ее за спину, и обнажил клыки. — Какого хрена?!

Тарака высвободила руку, оттолкнув Кейна.

— Разозли его! — крикнула она.

— Что?

— Черт, да что вы за тупоголовые придурки! Я не могу исцелить его, пока он не примет облик демона! Он должен разозлиться!

Корс сжал монету, спрятанную под футболкой.

— И как я, по-твоему, его должен разозлить?

— Забери монету.

— Пошла на хрен! — рявкнул Корс, отступая назад и предостерегающе выкинув здоровую руку вперед.

— Дьявол… Корс, отдай монету.

— Черта с два!

— Я сказала забрать, а не выпросить! — прошипела Тарака. — Думаешь, оттого что он добровольно отдаст ее, разозлиться?

— Вы не получите ее. — Процедил Корс.

— Извини, дружище. — Кейн материализовался у него за спиной, намертво прижав руки Корса к телу, мощным захватом. Он пытался сопротивляться, врезав тяжелым ботинком Кейну по пальцам. Тот зарычал, выругавшись. — Злись, давай! — рявкнул он.

— Я убью тебя, сука! — прорычал Корс, когда Тарака сорвала цепочку с его шеи.

— Милая цепочка, птенчик. — Она раскрутила ее на пальце. Кейн ненавидел, когда ведьма вела себя, как последняя дрянь. Но, раз это единственный способ отрастить руку. Что конечно, очень странно, для последней из рода Темных Карионов… — Как думаешь, она подойдет к моему нынешнему наряду?

Сейчас, на ней были узкие джинсы и топ, который едва прикрывал колечко в пупке. Она приложила цепочку к груди. Потом сморщилась. Корс зарычал.

— Нееет… это дерьмо совершенно не подходит… — Тарака отбросила раритет на пол. — У твоего дружка, Вога, дрянной вкус я тебе скажу. Подобные побрякушки, только для престарелых старушек. Знаешь, мне было бы приятней заиметь его рожки. Хм… я нашла бы им применение…

Корс дернулся, словно его ударили хлыстом.

— Ты пожалеешь о своих словах, ведьма! — его голос резко осел. Он походил на рычание. Кейн вдохнул. Запах жженой бумаги заполнил гостиную. Что за дерьмо? Послышался треск. Одежда трещала по швам. Руки Кейна равномерно расходились, как и тело Корса. Его кожа приобретала ореховый оттенок. Одним ударом он отшвырнул его в стену. В следующий миг, его рука сомкнула шею девушки, оторвав от пола. — Пришло время молиться, дрянь.

— Кейн… — Воздух короткими глотками проникал в раздраженное горло. Кейн ринулся вперед, на бегу схватив стул и обрушив его на спину демона. Его нужно было как-то отвлечь. Корс, рыча, обернулся, пригвоздив Кейна уничтожающим взглядом. Его глаза, цвета оникса, жестко прищурились.

— С тобой, я закончу позже…

Девушка рухнула на пол, глубоко вдыхая и кашляя.

— Ты сказала, что когда он разозлиться, ты исцелишь его. — Проговорил Кейн, не сводя глаз с демона, что развернулся всем своим мощным телом к нему. — Так что давааааа… — Кейн увернулся от кулака. Еще. Еще. Блок, встречный удар, а после мужчины вообще слились в одну массу и закружились по комнате, безжалостно разрушая все вокруг. Девушка отползла к стене, прижав колени к груди. Она судорожно наблюдала за тем, как тело Кейна подлетело в воздух, и с грохотом рухнуло вниз, проломив пол. — Дерьмо! — Гребаный ублюдок, ежесекундно атаковал, не давая вздохнуть. Кейн не хотел обращаться. Он понимал, что это приведет только к добавочным травмам.

Кейну удалось перехватить его руку, и ударить в челюсть. Полет мамонта в Сиэтле — явление редкое. Когда демон вылетел в окно, шмякнувшись на землю, Кейн выскочил следом, приземлившись ботинками Корсу на грудь, выбив воздух из легких.

— Твою мать! Лечи его быстрее! — зарычал он, скрутив Корса так, что тот оказался на животе. Кейн выворачивал его руки, с силой вдавливая его лицо в землю. — Бл…! Живо!

Тарака материализовалась, прижав к культе свою ладонь. Яркое сияние вспыхнуло, ослепив глаза Кейна, что он чуть не разжал хватку. Ведьма пнула Корса в бок.

— Смирно, демон!

Корс глухо взревел, лихорадочно содрогаясь всем телом. Земля не давала вздохнуть, чему он был рад. Полубессознательное положение облегчало боль, которая врезалась в его обрубок. Словно острые кинжалы, прорывались вдоль плоти, рассекая мышцы, сухожилия и вены. Он снова дернулся. Треск. Чтобы закричать, ему нужен был воздух, а его не хватало. Черт, если он сдохнет прежде, чем ведьма исцелит его… ну, хрен с ним, собственно…

Срань Господня… Кейн расширил глаза, увидев, как из затянувшейся раны, выползают кости. Продолжение лучевой кости, сустав, затем фаланги пальцев… это зрелище нельзя было с чем-то сравнить, разве что, с дерьмо вроде «Пятого элемента». Да это было именно так. Кости обрастали мышцами, плотью и уже после кожей. И все это время, сияние струилось из ладоней ведьмы.

Тарака резко отшатнулась, словно ее толкнули, и плюхнулась на задницу. Она задыхалась.

— Тарака, — Кейн высвободил Корса от захвата, и опустился перед ней на колени. — Ты как? — он потянулся к ней и она задрожала.

— В-все х-хор-ошо.

Кейн услышал за спиной сдавленный вздох и шевеление. Он зарычал, бросив взгляд на Корса, который перевернулся на спину.

— Твою мать… — Корс отплевывался от земли. — Я в норме, в норме. — Он поднял руку перед собой. — Черт, получилось. Ты… ты смогла… охренеть просто.

— Корс, прости, что ударила тебя и… наговорила гадостей. — Она опустила глаза. — Мне очень жаль.

Корс округлил глаза. Тарака перед ним извинилась? Какого черта? Она никогда себе такого не позволяла — никогда! А тут, на тебе, лови подачу… охренеть…

— Эээ… я не злюсь. Я понимаю, что это было ради… черт, то есть, я сейчас понимаю, а тогда… о, блин… короче, все нормально. — М-да, красноречивый ответ у него получился. А главное, эмоционально-дерьмовый. Корс рассматривал свою руку. Кожа была нежно-розового цвета, похожа на латекс, из которого делают фаллосы. Ого. И мягкая, как желе. Бррр… — Мужик, извини, я тебя не сильно приложил?

Кейн ухмыльнулся.

— Я же говорил тебе, что не боюсь щекоток.

— Пошел ты, — улыбнулся он. — Хотя, нет… помоги мне встать, а то я не дойду.

Кейн помог ему подняться, и, подхватив под руку, повел к дому. Привалив его к стене, Кейн поставил диван на место. Корс опустился на сидение, и он жутко затрещал под весом.

— Срань Господня… — выдохнул он, оглядывая разруху в доме. Повсюду осколки стекла, вздернутые половицы, где зияла огроменная дыра. Кухонная мебель в щепки. — Похоже, я сильно разозлился.

— Да… настоящее животное. — Кейн потер затылок. Он обдумывал план, прибраться в доме. Осколки его настораживали — мало ли, она снова захочет избавиться от Тараки. С другой стороны… они связались, и уже нет в этом необходимости. Кейн двинулся в кладовку, что была под лестницей.

— Ты в порядке? — спросил Корс, заискивающе посмотрев на девушку. На ее шее виднелись свежие синяки, но они так же быстро растворялись, как и дым в воздухе.

— Да, Корс. Мы в порядке.

— Мы?

— Я и Тарака. У нас вроде…

— … связи? — ему стало не по себе от этого слова. Тарака так любит связываться. Похоже, это ее принципиальное хобби. Она кивнула. — Тогда, это объясняет то, что случилось с твоими глазами. И вы… ну, типо… ладите?

— Да.

— Хорошо. И… эм, как тебя называть?

— Думаю, Тарака не будет против, если ты будешь называть меня моим именем. — Улыбнулась она. После засунула руку в карман джинсов и достала монету. — Прости, цепочка порвалась. — Холли протянула ее Корсу.

— Ты знала, что это единственный способ, разозлить меня. — Тихо произнес он.

— Да. И мне жаль, что я такая дрянь.

— Перестань. Все нормально.

Вернулся Кейн с веником. Он сосредоточенно сгребал осколки, в аккуратные кучки. Холли улыбнулась.

— Вернемся к нашим веникам. — Корс хохотнул. Кейн смерил его хмурым взглядом. — Ладно, ладно. Таааак… почему мне нужно было разозлиться, чтобы исцелиться? — он покрутил кистью в воздухе.

Холли отошла в сторону, чтобы не мешать Кейну, прибираться. Он и так себя неловко чувствовал, в роли Миссис Даутфайр.[2]

— У демонов мощная энергетика. И, скажем так, я воспользовалась ей, чтобы не просто восстановить твою кисть. Я вырастила ее. Считай, что сгусток энергии я превратила в физическую плоть.

Корс сжал и разжал пальцы. Боль, трелью отдалась в руке.

— Немного времени, и кости окрепнут, кожа примет прежний цвет и упругость. Но… чтобы это случилось, тебе нужно питаться.

— О, — Корс удовлетворенно выдохнул, потерев живот. — Я бы сейчас не отказался от кусочка…

— … я не о том питании.

Он быстро заморгал. Кейн замер с веником, повернувшись к ним лицом.

Эээ… дерьмо…

Холли села рядом с Корсом.

— Ты же знаешь, чем питаются демоны?

Он отшатнулся.

— Я не собираюсь жрать человечину!

Она потерла переносицу.

— Корс, — Холли положила ладонь ему на бедро. Кейн сдвинул брови, сжав палку. — В мире существует несколько видов демонов. И так уж случилось, что ты относишься к демонам-каннибалам.

Корс сморщился, как сушеный фрукт. Одно только представление, как ему придется грызть мясо с костей… его чуть не стошнило… нет, уж. Хрен вам!

— Я была знакома с несколькими демонами-каннибалами. И это, пожалуй, единственный способ подпитки. Понимаешь, я забрала у тебя слишком много энергии, чтобы вырастить руку. Сейчас, ты очень уязвим. И твоя рука, может не прижиться.

— Хрен с рукой, я не собираюсь никого жрать! — Корс передернул плечами.

— Учитывая, что ты полукровка, можно обойтись и кровью.

Оооотлиииичнооо…. Час от часу не легче.

— По-твоему, я похож на пиявку?

Кейн шикнул. Как ни как, он был на четверть вампиром, и оскорблять его сущность, неважно, что это не приносит ему восторга, было неправильно.

— Пить я тоже не буду. — Он скрестил руки на груди.

— Ты умрешь. — Выдала Холли, последний аргумент. Корс хмыкнул так, словно ему и на это было наплевать. Он уже столько раз умирал…может, на этот раз это случиться по настоящему? Холли придвинулась к нему, шепнув на ухо. — И никогда не увидишь Тараку.

— Что? — его голос дрогнул, а глаза расширились. — Что ты сказала?

Холли отстранилась.

— Я бы предложила тебе свою вену. Но, боюсь… человеческая женщина этого не переживет. — Она перевела взгляд на Кейна. — А вот, он, лучший кандидат.

— Ты, что серьезно? — не поверил он.

— Да. Твоя кровь очень сильная, учитывая ее… смешанные вкусы…

— … да это же бред! — Вскочил Корс.

— Ты должен. — Настаивала Холли.

— Эй, я никому ничего не должен! — рявкнул он.

Холли поднялась, уперев ладони на бедра.

— Хочешь получить желаемое, сделаешь это. — Сказала она тоном, не требующим возражений.

— Дерьмо, твою мать! — Корс снова плюхнулся на диван.

— Кейн, — она подошла к нему. — Ты помнишь слова, что я сказала тебе, после освобождения от Адеоса?

Ему ли не помнить…я вытащила нас… с тебя причитается

— И ты хочешь, чтобы я дал ему свою кровь? — Черт. Это будет уже второй раз, как он кормит мужчину. Сначала Аматор, теперь Корс… — Ладно…

— … дерьмо! — снова выругался Корс, когда Кейн направился к дивану. — Это просто бред.

Кейн протянул ему запястье.

— Нет-нет, — поспешно осекла Холли. — Шею.

— Что? — в унисон, спросили мужчины. На лицах застыло такое выражение, словно их огрели доской по заднице.

С ума сошла? Какого хрена? Никакой шеи! Никакой шеи! И все в таком духе, распалялись мужчины.

— Ну, как вы не можете понять? — Холли скрестила руки на груди. — Запястье и Яремная вена — это… хм, равносильно тому, если съесть тофу, но представить, что это сочный стейк.

У Корса невольно потекли слюнки. Он лучше сожрет тонну стейков, нежели будет поддаваться каннибализму.

— Вам ли не знать, что в Яремной вене, самый хороший приток крови. К тому же… она ведет к сердцу. А это энергия, сила…

— Гребаный ад… — сказал кто-то из мужчин.

Кейн сел рядом с Корсом. Он никогда, НИКОГДА не давал пить из своей шеи. Как мужчина, он был собственником, но если она бы попросила об этом, то безоговорочно отдал ей свою кровь. Но Корсу. Черт, он может умереть. Этот говнюк сражался с ним бок о бок, прикрывал его задницу, не смотря на все его закидоны — он был хорошим другом. Дерьмо, этому парню и так пришлось не сладко. Столько ран, как физических, так и душевных. И Кейн был готов поспорить, что этот парень не боится смерти. Но, она что-то сказала ему — и в его глазах вспыхнула надежда. Реальная, долгожданная надежда… тем, более… я частично виноват в том, что его ранили. Не стоило трепаться. Он выдохнул, затем сел рядом.

— Давай, сделай это.

— Мужик, я не хочу…

— … инстинкт демона требует. — Перебила Холли. — И ты поддашься ему. Ты же чувствуешь, Кейн, как демон желает отведать твоей крови?

Кейн нахмурился, ее хищному блеску в глазах.

— Твою мать! — Корс сжал виски и скосился от боли. Рука. Он слабо ощущает свою руку.

— Давай, Корс. — Он наклонил голову набок.

— Долбанный придурок. — Прошипел Корс. Правда, никто не понял, кому он точно обращался. Он развернулся к Кейну всем телом, сжимая кулаки. Желваки напрягались, пока его взгляд скользил от сурового лица Кейна до толстой вены, что выступала под смуглой кожей. Кейн почувствовал в носу слабый запах жженой бумаги. Дьявол, он не хотел этого. Видит Бог, не хотел… но этот кровожадный урод, что сидел в нем, требовал крови. Неважно, каким способом… главное ощутить ее. Демон прорывался сквозь его сознание, заполняя все, что осталось от Корса, собой. Продирался сквозь толщу мыслей, всего чуждого только человеку. Он не мог противится. Придвинувшись к Кейну, Корс зажмурился. Не смотри. Не слушай. И кем он после этого будет? Трахающей пиявкой, со склонностью к убийству? Отличненько. Он вцепился пальцами в свое бедро, медленно приближаясь к шее Кейна. Ты не должен! Ты не должен, мать твою, делать этого! Лучше сдохни, но не делай этого! Корс уже хотел отстраниться, как рычание демона донеслось из его груди. Он открыл рот, клыки удлинились. Возьми… возьми…

Запах, что испускал Корс, стал острее, и от него у Кейна защипало в носу. Он поднял глаза на девушку. Она выглядела бледной и испуганной. Страх застыл в ее глазах, похоже, увидев внушительные клыки Корса, она пожалела о своих словах.

Корс жестко вонзил клыки в его вену, и Кейн зарычал, с силой сжав кулаки.

С первым глотком, Корс простонал, ощутив, как плавиться его язык. Как обжигает горло и желудок сладко-острый вкус крови. Словно в его глотку заливают крутой кипяток, а после смягчают эликсиром. Потрясающее ощущение взрыва, которое снесло ему крышу. Корс не был уверен, сидит ли он? Потому как он не чувствовал под ногами опоры. Да и тело было далеко… демон вырвался, и он брал, то, что ему было нужно…

Кейн не сводил глаз с девушки. Страх перерос в интерес, а после… он втянул носом… не может быть. Она возбуждена. Так сильно, что ее яркий запах желания, перебивает едкий амбре демона. Кейн сглотнул. Сама интимность ситуации, взволновала Холли. Она наблюдала за тем, как мужчины, всего в нескольких дюймах друг от друга, занимаются… хм. Ну, да. Вроде, восстановлением. Этот близкий контакт. Прикосновение губ Корса к коже Кейна. Сосущие звуки, что он издавал, когда поглощал большими глотками его кровь. Все увиденное, прошибало ее тело до костей. Волнение опускалось вниз живота, и раскрывалось между ног, подобно ночному цветку. Она хотела Кейна. Хотела его больше, чем когда-либо…

Кейну отчаянно захотелось оттолкнуть Корса и прыгнуть на девушку. Переместить в комнату, закрыться и сделать то, что она пожелает. А она пожелает… определенно…

Блеск желания в ее глазах, заставил Кейна зарычать. Черт, когда же этот ублюдок насытиться?

Корс оторвался от вены, и откинулся на диван, запрокинув голову.

— Оооохрееенеееть… — словно во хмелю, протянул он.

Кейн двигался, как хищник. В одно мгновение, он обхватил Холли и переместился в спальню. Запер дверь, прижав девушку своим телом к двери, уперев руки по обе стороны от ее головы. Клетка нашла птичку…

Ей пришлось задрать голову, чтобы посмотреть на него.

— Похоже, тебя возбудило это представление. — Пророкотал Кейн.

Холли перевела взгляд на его шею. Корс оставил внушительные отметины, и кровь все еще сочилась с ранок.

— У тебя кровь.

— Не страшно. — Отмахнулся он. Кейн смотрел на нее так, будто хотел съесть. Она тяжело сглотнула.

— Да. Мне, — Холли деликатно кашлянула, — понравилось ваше представление.

— Это не то слово, которое можно связать с тем, что твориться у тебя между ног.

Холли ахнула. Кейн откровенно искушает ее. И, кстати, у него хорошо получается роль соблазнителя. Огромное тело, тесно прижимающееся к ней. Рокочущее дыхание, и лукавый взгляд. Ото всего этого, у Холли не то, что перехватило дыхание, она забыла, как дышать. Правда, сорвавшаяся с его чувственных губ, заставила ее коленки подогнуться, а между ног увлажниться.

— Я прав. — И это не было вопросом. Он склонил голову набок, изучая лицо Холли. Сейчас, Кейн находил ее глаза не просто красивыми… потрясающими. Он словно смотрел на воду, в рассеянных лучах солнца. — И что больше всего тебя возбудило?

Щеки Холли вспыхнули.

— Наверно… наверно, то, как ты смотрел на меня. Я думаю… ты представлял, что это я на месте Корса.

Кейн выпрямился.

— Это хорошо. Я не хотел, чтобы тебе было противно.

Когда он сел на кровать, Холли, наконец, вдохнула.

— Я был обязан Тараке, за твое спасение. Но, что она пообещала Корсу?

— Надежду. И не спрашивай какую, потому что я тебе не отвечу.

Кейн кивнул. Надежда, стать нормальным, как он? Или надежда, искупить свои грехи?

— Так… ты скажешь мне свое имя?

— Меня зовут, Холли. — С улыбкой, ответила она. Кейн прикрыл глаза. Холли. Святая Холли. Черт, ее имя, как нектар, как бальзам. Сладкий, с нотками лимона. Прекрасное имя, для прекрасной девушки. Нежной, чувственной и дьявол меня проглоти, смелой.

— Холли. — Низко протянул он. Она жадно вдохнула, словно ей не хватало воздуха. Словно, эта комната стала ниже и уже. И эта незримая теснота мучила ее, потому что Кейна здесь было слишком много. Она почувствовала в воздухе сладко-острый аромат и поняла, что он исходил от него. — Я рад слышать твое имя, Холли.

— А я рада, что ты слышишь его. — Ляпнула она, потом чертыхнулась. Кейн улыбнулся, обнажив клыки.

— Подойди ко мне, Холли… — Да, ему нравится произносить ее имя.

Уау… потребовалось неимоверное усилие, чтобы сдвинутся с места. Ее ноги, по не понятной причине, приросли к полу, а когда она оторвала стопу, ей показалось, что вместе с ней, оторвался кусок дощатого покрытия. Такой тяжести, она еще никогда не испытывала. На ногах висело, как минимум по два мешка с песком, а расстояние до кровати, бесконечным. Возьми себя в руки, в конце то концов! Я уже не маленькая девочка, чтобы писаться от страха, оставшись наедине с мужчиной. Он этого желает также сильно, как и я…

Она не успела сделать и трех шагов, как Кейн оказался рядом. Он подхватил ее под ягодицы и поднял вверх. Холли ахнула, вцепившись ему в плечи.

— Больше не могу ждать. — Прорычал Кейн, переместив их на кровать, навалившись всем телом, выбив из нее воздух. Он отстранился, сжимая бедрами ее ноги. Провел ладонью вдоль шеи, и, ухватившись за горловину топа, разорвал ткань, выпустив на волю два круглых шарика, с нежно-коричневыми, тугими сосками. — Не перестаю восхищаться тем, насколько они прекрасны. — Его клыки удлинились. Холли выгнулась, желая, что бы он прикоснулся к ним, и Кейн опустился к груди, захватывая поочередно соски, втягивая и царапая клыками. Она выдохнула, обхватив его голову руками. Черт, если бы у него были длинные волосы, Холли непременно запустила в них пальцы. Кейн провел дорожку поцелуев вдоль живота, к пупку, где блистало колечко. Подхватил его губами и потянул. Затем спустился с кровати, встав на колени. Медленно расстегнул пуговицу и молнию на джинсах. Зацепив за пояс, стащил, бросив на пол. Секс с этим мужчиной, будет потрясающим. Диким, неистовым… подумала Холли, когда Кейн одним движением удлинившегося когтя разорвал бретельки на трусиках. Он втянул запах и зарычал. Яркий, сочный, как спелый лимон. — Ты слишком долго дразнила меня. — Пророкотал он, поднимаясь с колен. Он снял с себя футболку, небрежно бросив на пол. Холли задохнулась от великолепных мышц, что веером расходились от талии. Ей непременно нужно было коснуться его груди. Почувствовать твердость, и в то же время, мягкость кожи. Кейн стянул ботинки и джинсы. Белья на нем не было. Впрочем, это было бы удивительно… Холли сглотнула, опустив глаза ниже… Срань Господня… эта штука, что нетерпеливо подрагивала, была огромной и широкой, как бревно… она подпрыгивала в такт его движениям.

Кейн снова опустился на колени, протиснув ладони между ее бедер, и раскрывая их.

— Холли… — протянул он с восхищением, рассматривая ее влажную впадинку. — Ты такая красивая.

Холли выгнулась, ощутив его рот на губах. Вот, засранец! Он ее даже не поцеловал! Ну, да ладно… она потом с этим разбе… из ее груди вырвался стон.

Она приподнялась на локтях и посмотрела, как Кейн ласкает ее там… невероятное возбуждение, только от самой картинки, пронеслось по ее телу. В сто… нет в пятьсот раз ярче, чем то, что она видела в гостиной… Холли закрыла глаза, откинувшись на подушку. Со рта слетел стон благоговения, когда оргазм накрыл ее.

Кейн забрался на нее, шире раздвигая ее ноги коленом. Он обхватил свою плоть рукой, нежно поглаживая головкой ее мягкое место.

— Ты готова принять меня… Холли…? — его голос был низким. Искаженным. Она открыла глаза. Боже, вблизи, его естество казалось еще больше, и в ее взгляде вспыхнула новая волна желания. От одного только ее взгляда, Кейн готов был кончить. Она снова сглотнула, тяжело дыша. Жар, что исходил от его тела, раскалял ее кожу. Холли протянула руки к его груди, скользя ниже, по его руке, что сжимала плоть. Он такой горячий. Невыносимо, горячий. Холли замерла, услышав приглушенное рычание. Кейн прикрыл глаза. Она готова принять его. Ей было уже не важно, какой он большой… он открыл глаза — они потемнели, став черными, как оникс.

— Поцелуй меня. — Хрипло попросила Холли. Кейн отвел руку от плоти, и, подложив ее под спину девушки, притянул к себе. Холли обвила его шею руками. Захватив ее губы, он простонал, ощутив ее горячий язык. — Всегда… — прошептала она, когда щека ласково терлась об ее щеку. Холли склонила голову, подставляя ему свою шею. — Возьми меня всю, Кейн. — Он отстранился. — Я знаю, ты будешь нежным со мной.

Кейн шумно выпустил воздух сквозь зубы. Это страшно большой соблазн. Она человек, а я слишком сильный…

— Холли… — в его тоне слышалось сожаление. — Я не могу…

— … прошу, Кейн. Я хочу почувствовать это… — Холли положила ладонь ему на шею, придвигая к вене, что пульсировала под молочной кожей. Ее пульс участился, ощущая его горячее дыхание. Она закрыла глаза, томительно ожидая его решения. Кейн опустил Холли на подушку, вытянувшись на ней. Потом, спешно приподнялся, вспомнив, что он тяжеловат для ее хрупкого тела. — Возьми мою вену…

Кейн провел губами по шелковой коже. Прикосновение языка, было подобно статическому удару.

— Холли… — Она вздрогнула, ощутив, как его клыки, царапают ее кожу. После, он опустил голову к ключице, слегка прикусив ее. — Ты убиваешь меня… — Он зашипел, сжав ее волосы, когда Холли ухватила его плоть рукой и сжала. — Твою мать! — Кейн старался быть нежным, но то, что она делала с его естеством, сорвало крышу. Его клыки вонзились в кожу. Яркая вспышка боли, а затем оргазм, разорвал ее на куски. Невозможно. Это было невозможно, чувствовать себя такой наполненной, в то время, как Кейн пил из нее. Он оторвался от шеи, оттолкнув ее руку и закинув за голову. Затем вторую. — Плохая девочка. — Прорычал Кейн и вошел в нее одним мощным толчком. Крик, сорвался с ее губ, смешавшись с его рычанием. Его спина выгнулась, голова откинулась. Сухожилия и кости трещали. Совершенно…

 

 

Глаза, цвета оникса моргнули. Потом еще раз. Пламя взметнулось вверх, словно порыв воздуха растрепал мирный огонь. Золотая, чешуйчатая спина выгнулась, переливаясь миллионами бриллиантов, и развела руки в стороны. Смех, стальной и зловещий прокатился по замкнутому кругу, эхом заполняя пустоту. Резкий разворот, и пламя последующее за ней, зашипело. Хищная улыбка, перекосившая красивое лицо, сменилась ликованием.

— Совершенно…

 

 


 

[1] Деперсонализация — Расстройство самовосприятия. При деперсонализации собственные действия воспринимаются как бы со стороны и сопровождаются ощущением невозможности управлять ими, это часто сопровождается явлением дереализации. (Прим. автора)

[2] Одноименная комедия в главной с Робином Уильямсом. (Прим. автора)

  • Новый ангел  №100 / Ограниченная эволюция / Моргенштерн Иоганн Павлович
  • 2. 17. Rainer Rilke, где же в садах / СОНЕТЫ К ОРФЕЮ, Р.М.Рильке / Валентин Надеждин
  • Глава девятая. / Салфеточный договор / Сима Ли
  • Ветер в лицо / СТИХИИ ТВОРЕНИЯ / Mari-ka
  • Ангел / Сны и чертежи / Юханан Магрибский
  • № 11 Зима Ольга / Сессия #4. Семинар октября "РЕЗОНАТОР, или НА ОДНОЙ ВОЛНЕ" / Клуб романистов
  • История седьмая. Подарок для короля / Загадки для короля Мая / Зауэр Ирина
  • Судьба / Смертин Сергей
  • Причина счастья / Из архивов / StranniK9000
  • Закон жизни / Мир Фэнтези / Фэнтези Лара
  • История / Стихи / Панина Татьяна

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль