Глава 8 - Час от часу не легче

0.00
 
Глава 8 - Час от часу не легче

— Кира, я прошу тебя, уймись и иди обратно в коляску!

— Ну мы же не можем без колеса дале ехать!

— Конечно, не можем, но я сам его отыщу. А ты сиди в коляске и не спорь! Видишь, какая метель воет!

— «Вишь, кака метель воет», — передразнила жениха Кира, — и потому вместе нам сподручней будет колесо искать.

— В такой метели да в сумерках всё равно не найдём. Придётся в лесу заночевать.

Перспектива была не радужной. В горе по Леночке и семейных делах они совсем забыли починить коляску, и это был уже пятый или шестой раз, когда они теряли колесо в дороге. Раньше оно, по счастью, быстро находилось, но вот уже почти два дня подряд мела непроглядная метель, успело намести сугробы, поэтому на сей раз колесо, кажется, пропало безвозвратно.

Не внемля Матяшиным увещеваниям и даже слегка оттолкнув его с дороги, Кира, наскоро накинув на голову и плечи тёплый платок, поковыляла в ближайший овраг, куда, как ей казалось, могло закатиться злополучное колесо. Матвей пошёл следом за ней, глядя на невесту со странным каким-то чувством. Ну неужели она не понимает?! Метель, снегу почти по колено… Он так любил в ней эту решимость, готовность идти хоть на край света — и так хотел уберечь её ото всего, что хоть мало-мальски могло ей навредить.

— Чаво ты? Всего-то колесо! Не помру, чай!.. Вот, нашла!

Колесо застряло под огромным сломанным ветром деревом. Взявшись голыми руками за заледеневший металл, которым оно было обито, Кира рывком потянула на себя. Матвей хотел остановить её, но вспомнил, как они работали в четыре руки, играя в маленькие радости, и не мешали, а наоборот, помогали друг другу, и никто не носился ни с кем как с писаной торбой. Вздохнул и ухватился за крепкую ветку. Приподнял дерево на столько, что девушке удалось вытянуть колесо. Отпустил дерево, взял колесо и постарался при помощи подручных средств приладить его покрепче.

Вдруг где-то неподалёку хрустнула ветка. Ещё и ещё. Лошади навострили уши, зафыркали, замотали головами. Матяша встревоженно обернулся.

— Ну что, попались, путешественнички! — раздался совсем близко хриплый голос, и из сгустившихся сумерек навстречу Матвею и Кире вышли четверо крепких мужчин с ножами.

Матвей толкнул невесту вглубь коляски и… времени теряться не было, но и времени думать, что ему делать врукопашную против четырёх ножей, тоже. Не раздумывая, он схватил ком заледенелой земли и с силой швырнул в одного из разбойников — того, что стоял прямо на дороге. Следом почти без промежутка полетел Кирин валенок, а дальше… Матяша видел, как все четверо с перекошенными лицами бросились прямо на них. Один из них вцепился в Кирину руку, но тут же получил от Матвея отчаянный укус в запястье — а что ещё оставалось! Четверо с ножами против двоих безоружных, одна из которых девушка… шансов на спасение не было.

Внезапно все четверо разбойников, как по команде, повернулись на голос. Женский голос чуть с хрипотцой от мороза, кроткий и тихий, но слышный очень отчётливо.

— Люди добрые, не покажете ли, где ближайшее селение?

Матяша тоже оглянулся. Невысокая худая женщина, вся в белом и одетая явно не по сезону, в юбку, кофту и платок. В руке — большая корзина, как будто она пришла в ноябрьский лес по грибы. Несмотря на сумерки, её было очень ясно видно, и Матвею Безуглову показалось, что она не касается ногами земли. Он уже хотел было ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это мерещится ему от испуга и холода, как вдруг, приглядевшись, узнал её.

— Отстань, мамаша, не до тебя сейчас, — неприветливо буркнул один из лихих людей. Но второй, отчего-то нахмурившись, молча махнул в ту сторону, куда направлялась коляска.

— Благодарствуйте, люди добрые, — женщина кивнула, — вот, получите за труды, — она бросила корзину перед собой, и все в изумлении заметили, что она доверху и даже с горкой наполнена золотыми монетами. Разбойники немедленно забыли о путниках и в остервенением бросились на золото, толкаясь и чуть не перерезав друг друга. Белая незнакомка тем временем подошла к впряжённым в коляску лошадям. Матвей увидел, что в глубоком снегу за ней не остаётся следов. Женщина погладила по морде сперва одну лошадь, потом другую и так же тихо, как раньше, сказала:

— Гони.

Вмиг рванувшие лошади полетели с такой силой, что через секунду не видно стало ни леса, ни разбойников, ни самой женщины, а ещё через десять минут коляска стояла во дворе дома угличского плотника Александра Караваева, а за спинами путников бушевала метель, заметая следы и занося всё вокруг.

Прежде, чем вылезти из коляски, Матяша поймал Киру за руку.

— Мой солнечный лучик, это ты? Ты помолилась?

— Я-то помолилась, да только рази подмогнёт моя молитва?

— Ты же спасла нас!

— Господь с тобой! Ефто рази я? Ефто она всё.

— Ты узнала её?

— Конечно.

— Ну! И говори после этого, что это не ты её позвала!

— Думается мне, она просто не могла братца в беде оставить. Вот и пришла. А я не указ ей, что ты!

— Можешь отнекиваться сколько угодно, а я слышал, как ты молитву шептала. Вот в аккурат перед тем, как она их окликнула, и слышал… и колесо за весь остаток дороги не отвалилось ни разу, хотя до того мы раз пять его теряли.

— Ну! А сказываешь, я… я коляски починять не умею.

— Ты зато молиться умеешь. И любить. Получше всех нас, — Матвей нежно поцеловал Киру в лоб и вдруг вздрогнул:

— Лучик мой солнечный, ты в порядке?

— Да. Малость зазябла только, — голос девушки дрогнул. Но Матяшу было не провести.

— Малость зазябла? Да тебя же озноб колотит! Вон и лоб горячий! — он выбрался из коляски, подхватил её на руки и понёс в дом. Кира хотела что-то возразить, но с изумлением поняла, что говорить тяжело и ничего не хочется, и трудно пошевелиться.

— Захворала, ясочка моя! — запричитала Феша, принимая Киру из рук Матяши. Уложила барышню на жарко натопленную печь, накрыла пуховым одеялом. Побежала ставить самовар.

На какие-то пару секунд Матяша растерялся. Он чувствовал себя ужасно виноватым в том, что Кира заболела, и потому не находил себе места. В полузабытьи снял с коляски вещи, машинально кивнул Александру Онуфриевичу и состроил Фадейчику «козу рогатую». Подошёл, взобрался на печь, хотел снова пощупать Кирин лоб, но увидел, что от тепла и ощущения родного дома она заснула и решил не мешать ей, спустился обратно. Хозяин молча кивнул ему на окошко. Там лежало письмо.

— На час только раньше вас приехало. Почтовые лошади дюже быстрые у нас, да метель и их позадержала.

Матвей вздрогнул. В прошлый раз письмо из дома не принесло никаких хороших вестей. Чего ждать на этот раз? Он аккуратно вскрыл письмо, прочитал. Бессильно опустил руки.

— Что? — хором взволнованно спросили Александр Онуфриевич и Феша.

— Маменька… так стосковалась по Леночке, что чахотка открылась, — он произнёс это тихо и как-то безнадёжно. Потом помолчал и вдруг в каком-то порыве упал навзничь и навзрыд закричал, колотя кулаком в дощатый пол:

— Я не могу! Не могу так больше! Тут Кира… там маменька… меня не два! Я не могу порваться на части!

— И, полно Вам, барин! — замахала руками Феша. — Дитё напужали как! Да хворенькую нашу того гляди разбудите.

Фетинья Яковлевна была права, но опоздала со своими восклицаниями. В следующие несколько секунд со стороны печки послышалась возня, и ещё через короткое время добрые, но сильные девичьи руки подняли Матяшу с пола, крепко обхватили, его голова ткнулась в ткань серого дорожного платья на Кириных коленях. Её пальцы перебирали его волосы, её губы ткнулись ему в макушку, её дыхание согревало. Если бы Матвей любил Киру хоть чуточку меньше, если бы не накопилась в его душе смертельная усталость от бесконечной дороги, потерь и приключений, он, наверное, поддался бы соблазну так и замереть в этих руках. Но в тот раз Матвей Григорьевич Безуглов в первый и последний раз в жизни прикрикнул на неё:

— Иди на место!!!

Правда, тут же смертельно побледнел и в самом что ни на есть прямом смысле слова прикусил язык. Зажмурился в ужасе. Довольно долго посидел, обхватив руками колени и раскачиваясь взад-вперёд. Потом не выдержал и полез на печку мириться.

— Уходи! — попросила Кира. Испугалась: вдруг он решит, что она обиделась. Поэтому поспешно пояснила, — уходи, заразишься!

Матвей не ушёл, наоборот, забрался подальше на просторную печь — четверо больших и толстых свободно вместятся! — сел по-турецки и протянул невесте мочёное яблоко. Когда та взяла и откусила кусочек, как-то сдавленно сказал:

— Прости меня, я сам не свой от всех этих передряг. Но Христом Богом умоляю тебя: сиди здесь, отдыхай, выздоравливай. Никуда сломя голову не бросайся. Побереги себя. Хоть немножечко.

— Езжай опять в Петербург. Ты нужен тётушке Марье.

— С ней папенька, Арсений и Паша. И вся наша дворня.

— А со мной Феша.

— С чахоткой бывает, что и живут, и долго.

— Да и я не помираю. Зазябла чуток — а ты перепужался, как будто что страшное, — Кира ободряюще улыбнулась. Потом вдруг стала строже некуда и серьёзно, уверенно повторила:

— Езжай. Авось моими слабенькими молитвами Господь и на ефтот раз беду отведёт.

Матвей обнял её и долго шептал ей в ухо самые чудесные эпитеты, которые он для неё придумал и, казалось, всё было мало.

Александр Онуфриевич и Феша тоже настаивали на том, что нужно ехать, а с Кирой ничего страшного не случится, уж в этом Матяша может на них положиться. Мужчины в четыре руки починили коляску, и, не успев толком отдышаться от непростой дороги в Углич, Матяша был почти тотчас отправлен обратно. Кира спустилась проводить его, перекрестила вслед, долго, почти без сна молилась о нём и о Марии Ермолаевне и никому не сказала, что у неё поднялся жар и невыносимо болит голова.

  • Ночь / Smeagol
  • Словарь влюбленных / БЛОКНОТ ПТИЦЕЛОВА  Сад камней / Птицелов Фрагорийский
  • Боцман / Так устроена жизнь / Валевский Анатолий
  • А будет ли рассвет? / Мысли вслух-2014 / Сатин Георгий
  • Неправда / Еланцев Константин
  • Глава 1. По страницам памяти / Бессмертие. По страницам памяти / Ермаков Влад
  • Jacob Sandler, Tsvey Shvartse Oygn / А ЗДЕСЬ – СМЕСЬ! / Валентин Надеждин
  • Снова ночь насмарку / О поэтах и поэзии / Сатин Георгий
  • Волчий танец / Светлана Гольшанская
  • Сорвись / RhiSh
  • Joachim Ringelnatz, есть, когда тебя нет / переводные картинки / Валентин Надеждин

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль