Глава 4


,
Глава 4

На следующее утро Эл, к собственному удивлению, проснулся в девять, чувствуя себя совершенно отдохнувшим и готовым, что называется, на подвиги. На улице сияло солнце, чирикали птички и кричали портовые чайки, по квартире из приоткрытых окон тянуло бодрящей свежестью. Ланса дома не было, видимо, заночевал у кого-то из своих подружек.

Прошлепав босиком на кухню, Эл сварил кофе, бухнул в него несколько ложек сахара и, водрузив на кухонный стол домашний КПК, развернул над ним виртуальный экран. Среди нескольких десятков писем от коллег, жаждущих узнать подробности вчерашнего происшествия, не без труда удалось отыскать письмо от начальника отдела Ивера, сообщавшего, что статья по фестивалю принята и будет опубликована завтра, а он, Эл, может отдыхать ближайшие три дня, или больше, если он вдруг пострадал вчера во время пожара. Эл коротко сообщил в ответ, что с ним все в порядке и длительный отдых ему не требуется. Писать каждому из коллег было лень, поэтому он, недолго думая, сделал запись в своем блоге, что жив-здоров и благодарен всем за беспокойство.

Посмотрев выпуски новостей, Эл выяснил, что новых подробностей о пожаре пока не сообщали, допил кофе, выкурил самую сладкую утреннюю сигарету. Звонить Райану, пожалуй, было еще рано. Он позвонит в десять — в самый раз, чтобы продемонстрировать искреннюю заинтересованность и готовность продолжить совместную работу. А вот собраться, на тот случай если — ну а вдруг? — на обещанную экскурсию предложат приехать сразу, стоило заранее.

Он принял душ, снял депилятором щетину, выбрал в шкафу простой черный килт, а потом, поколебавшись немного, белую рубашку и черный же кожаный пиджак. На ноги — грубой вязки черные гетры и высокие удобные ботинки. Этакий компромисс между его повседневной манерой одеваться и строгим офисным стилем. Не факт ведь, что он увидится сегодня с Райаном, поэтому и выпендриваться нечего. А сотрудникам лаборатории должно быть попросту плевать, как он выглядит. Ученые вообще редко интересуются тем, что выходит за рамки их исследований.

Одевшись, Эл собрал волосы в хвост на затылке, вернулся на кухню и сварил еще кофе. Есть не хотелось. До десяти оставалось еще полчаса. Он устроился на подоконнике и снова закурил. Из кухонного окна открывался вид на красные и коричневые крыши, тянущиеся до самого порта. За ними высился лес кранов, а дальше до самого горизонта серебрилась под солнцем гладь залива, по которой медленно ползли грузовые и легко скользили пассажирские суда. Вид этот Элу не приедался никогда, однако сейчас, вместо того, чтобы бездумно скользить взглядом по знакомому пейзажу, он погрузился в размышления о том, стоит ли ему беспокоиться из-за сумасшедшей бабы из полиции или можно спокойно забить на нее и все ее подозрения. Доказательств их причастности ко вчерашнему происшествию никаких нет и не будет. Да и по тому старому делу тоже, иначе еще два года назад их прижали бы. Казалось бы, беспокоиться не о чем, можно забыть обо всем прямо сейчас, посмеявшись над своим вчерашним беспокойством, но все же что-то не позволяло ему это сделать, заставляя снова и снова прокручивать в голове одни и те же мысли…

Эл глотнул кофе, затянулся и выдохнул дым в сторону форточки. Он не любил врать, в том числе самому себе, а значит, хватит ходить вокруг да около, пора взглянуть правде в глаза. Раз он не помнит, что случилось тогда на пустыре, нельзя исключать, что случилась там, как верно заметил вчера Анс, какая-то жопа. И если вдруг запахнет жареным — ну мало ли, всплывут вдруг новые улики, выйдет из комы таинственный субъект с пустыря или еще что, — и хваленым адвокатам «Пангеи» понадобится свалить на кого-то вину, нетрудно догадаться, что в первую очередь выгораживать они будут Младшего. И значит, ему нужно подстраховаться. Вот только как? К материалам следствия его, понятное дело, никто не допустит. Остаются его способности, пользоваться которыми он может незаметно и абсолютно безнаказанно… да.

Вспомнив вчерашний разговор с Райаном, Эл передернул плечами. По счастью, таких типов, как он, немного. Вернее даже сказать, Райан первый, кто сумел не просто почувствовать, а еще и оттолкнуть его мысленный щуп — или как там правильно назвать то, чем он присасывается к ментальному полю собеседников. А так, чувствовать-то его некоторые чувствуют, но не все понимают, что именно… Вот Бедридант, когда он вчера пытался узнать, что она думает, дернулась и злобно на него зыркнула, но и все. Не очень хочется, но, пожалуй, нужно с ней как-нибудь встретиться и попытаться снова.

Эл сделал последнюю затяжку и выбросил окурок в форточку. Свинство, конечно, Ланс бы ему непременно выговорил. Но Ланс патологический чистюля, и, вообще, его тут сейчас нет. Эл бросил взгляд на часы. Без одной минуты десять, пора звонить.

Райан ответил после первого же гудка.

— Господин ап Лейан! Как поживаете?

— Доброе утро, господин ап Райан! — бодро отозвался Эл. — У меня все прекрасно, благодарю. Надеюсь, у вас тоже?

— Превосходно. Только у меня давно день, — в голосе Райана отчетливо прозвучали ироничные нотки, и Эл почувствовал себя дураком — зря выжидал почти час.

— Ваше предложение об экскурсии в лаборатории еще в силе? — поинтересовался он.

— Разумеется. Приезжайте, когда вам удобно, я предупрежу охрану. Лаборатории находятся в подвальных этажах нашего здания, они не пострадали и работают.

— Рад слышать! — отозвался Эл. Он как раз собирался спросить, где, собственно, находятся лаборатории. Из-за вчерашней неразберихи у него совсем не было времени это выяснить, да и, честно говоря, даже в голову не пришло этим заняться. Прав Вледиг: он разгильдяй. — Я буду примерно через час, — добавил он. — Спасибо, господин ап Райан.

— Еще увидимся, — ответил тот и отключился.

— Всенепременно, — согласился Эл в тишину квартиры. Райан, похоже, и правда проникся к нему после вчерашнего. Повезло.

 

***

 

Чтобы избежать дневных пробок на дорогах, Эл решил ехать до «Нейро Фармацевтикс» на подземке. Начавшая строиться более двухсот лет назад разветвленная сеть многочисленных тоннелей постоянно расширялась, и охватывала город со всеми пригородами. Их карта представляла собой мешанину разноцветных линий, ориентироваться в которых было непросто не только приезжим, но и местным жителям. Практически на всех центральных станциях бывало многолюдно даже в дневные часы, а уж про утренние и вечерние и говорить нечего. В вагоны, порой, приходилось врываться чуть ли не с боем, поэтому многие предпочитали тратить время в пробках на поверхности, мечтая о тех временах, когда смогут позволить себе приобрести флаер.

Эл относился к категории тех, кто о собственном флаере мог только мечтать, но подземкой не брезговал. Комфорт — не такая уж и высокая цена за возможность быстро добраться, куда надо. Подумаешь, потолкаться немного среди других людей! К тому же, если удавалось пристроиться где-нибудь у не занятой сиденьями стенки вагона, можно было читать или писать что-то в КПК, например, очередную статью или хотя бы наброски к ней. Именно так Эл и собирался поступить в этот раз, благо, в вагоне хватало свободных мест. Он привычно прислонился спиной к стене, стряхнул КПК с запястья в ладонь...

… Холод пробирал до костей. Бесконечная лента эскалатора с редкими в ночной час пассажирами медленно тянулась вверх. К ночи на улице сильно похолодало, по тоннелю гулял ветер, легкая кофта и короткая юбка служили плохой защитой. А еще нужно было дойти до дома — целых пятнадцать минут темными улицами и дворами. Может быть, если бежать...

Наваждение отступило так же неожиданно, как накатило. В уши ударил шум поезда, тормозящего на станции, и голос машиниста, объявляющего название. Эл моргнул, заозирался. Раньше он не погружался в чужие ощущения настолько сильно, чтобы терять ощущение реальности! Кто же так его шибанул? Поезд остановился, двери разъехались в стороны, несколько пассажиров вышли на перрон. Невысокая девушка в офисном костюме оглянулась на миг, словно почувствовав взгляд, и Эл понял — она. Но почему?.. Может быть, просто слишком «громко» думала?

С этим эффектом он сталкивался довольно часто. Правда, чаще всего громко думал как раз он и тогда люди, находившиеся рядом, переспрашивали: «Что ты сказал»? А иногда удивленно или даже шокировано оглядывались, если он начинал петь про себя песни… Двери закрылись, поезд тронулся, постепенно набирая скорость. И тут Эла накрыло во второй раз.

… корсет стискивал грудь и живот так сильно, что хотелось плакать. А хуже всего то, что его нельзя снять или хотя бы ослабить застежку. Самой потом ни за что с ней не справиться, а мама отругает и, скорее всего, не разрешит играть вечером в сети. И далась ей эта осанка! Кому вообще интересно, сутулится она или нет? Будто мало было брекетов на зубах, теперь еще это! Одни сплошные глупости у этих взрослых в голове, что они вообще понимают...

В этот раз источник Эл определил без труда — стоящая напротив унылая девчушка в темно-синей школьной форме и съехавших на лакированные туфли белых гольфах. Она смотрела прямо перед собой, держа обеими руками слишком тяжелый портфель и не замечая никого вокруг. Голова опущена, но спина прямая. Вот бедолага! А корсет и правда слишком тугой, он бы своего ребенка не стал так мучить, хотя сутулая, да еще и кривозубая женщина — это, конечно, не дело.

Вздохнув, Эл вернул КПК обратно на запястье. Пописать ему, похоже, в дороге не удастся… Что ж с ним сегодня такое-то?

Следующая волна накрыла его через несколько остановок. Вагон вдруг исчез, Эл оказался на залитом солнцем лугу. Ошарашено оглянувшись, он увидел, что на него бежит, размахивая здоровенным тесаком, огромный зеленый орк. Эл отбил удар невесть откуда взявшимся в руках мечом. Еще раз, еще… Орк не отставал, продолжая наседать, сопящий, весь бугрящийся мускулами… а потом Эл вдруг вновь оказался в вагоне, хватающий воздух ртом и судорожно цепляющийся за поручень. Люди выходили на очередной станции и среди них был, видимо, тот, кто коротал время в дороге за виртуальной игрой.

Эл вытер дрожащей рукой пот со лба. Это уже слишком! Ну ладно обычные люди со своими повседневными заботами — такое вполне можно пережить. Но виртуальный мир… Правда, судя по тому, что никто в вагоне на него не глазеет, он не делал ничего такого, но вдруг в следующий раз, захваченный чужими ощущениями, начнет бегать, орать, бросится под поезд или выйдет в окно, сам того не понимая?

Как бы там ни было, одно Эл знал точно: его еще никогда не «цепляло» чужими ощущениями на ходу. Только когда он сам находился в относительной неподвижности рядом с другим столь же относительно неподвижным человеком. Поэтому на следующей станции он выскочил из вагона, поднялся пешком по эскалатору и вышел на залитую солнцем улицу. И черт с ним, что пешком отсюда до «Нейрофарма» не меньше получаса. Прогуляется и, если опоздает немного, то ничего страшного. Ему все равно надо проветриться — после боя с орком до сих пор трясет.

Эл нацепил на нос темные очки, закурил и зашагал по улице. Он уже находился в Новом городе — королевстве стекла, бетона и стали, вздымающихся к небу высоток, стерильно чистых улиц, деревьев в кадках и подвесных цветников, украшающих каждый фонарный столб. Здесь не было уличных кофеен и праздных гуляк, прохожие имели вид исключительно деловой и целеустремленный. У подъездов не толпились сотрудники, выскочившие на пять минут из офисов, чтобы праздно поболтать с коллегами, подышать свежим воздухом или покурить. Не было стаек школьников, мамаш с колясками и пенсионеров. Даже туристы и те забредали сюда лишь изредка. Им куда больше было по вкусу смешение эпох и стилей Старого города, где, порой, невозможно было проехать на машине по узким извилистым улочкам, где современные многоэтажки соседствовали с особняками, построенными несколько веков назад, где высился на одном берегу Лиффи, несущей свои темные воды через весь город, величественный королевский дворец, а на другом раскинулись тенистые сады бывших дворянских усадеб. Королевский дворец, и усадьбы давно превратили в музеи, а потомки их владельцев предпочитали жить и работать в более уютных и современных домах, хотя некоторые по-прежнему кичились своим происхождением. Как это сказал вчера Райан? «Для многих из нас генеалогия — это почти что религия...» Да, они с дедом точно нашли бы общий язык! Возможно, и находили, наверняка, пересекались в те времена, когда дед был еще вменяем, хоть и вряд ли были близкими знакомыми: разница в возрасте у них лет тридцать…

Эл приостановился, чтобы затушить о край урны окурок. Религия — вот же бред собачий! Пережитки прошлого, портящие людям жизнь! Возможно, гены у потомков древних родов и неплохие, вот только «чистая» кровь отнюдь не служит залогом успеха. Конечно, какому-нибудь золотому мальчику вроде Вледига связи и деньги отца гарантируют и учебу в самых престижных учебных заведениях, и тепленькое местечко, и более чем обеспеченное существование до конца дней. Только вот талант и ум не купишь за деньги. Разве что чужой. Нет, Вледиг вовсе не плохой руководитель, подумал Эл. У него есть чутье, и видение темы — удачное в девяноста случаях из ста. Он знает, к кому и куда обратиться за комментариями, где добыть нужную информацию и как сделать это, опередив конкурентов, как пробить путь горячему или скандальному материалу в эфир или печать. Но ему нужны люди, которые станут делать основную работу, шестеренки для механизма. Да, именно так.

Эл довольно усмехнулся. Удачно подобранное сравнение понравилось. Если Вледиг начнет слишком сильно наседать на него, именно так он ему и скажет: не хочу, мол, быть шестеренкой.

«Нравится мне нынешняя работа, понятно тебе это или нет, — мысленно обратился он к Вледигу. — Нравится, представь, мотаться по миру вслед за популярными группами и быть на короткой ноге со знаменитостями. Нравится чувствовать себя своим за кулисами, в гримерках и модных клубах, носить проклепанную черную кожу и тяжелые армейские ботинки. Нравится напиваться с группиз[1] и просыпаться рядом с незнакомой девицей, которую я больше никогда не увижу. Я такой, и ничего не хочу менять…»

Осеннее солнце шпарило во всю. Эл перешел на другую сторону улицы — в тень. Вынырнув из глубин задумчивости, он заметил, что прохожие бросают на него косые взгляды. Удивляться тут было нечему. По своим меркам он оделся консервативно, а для людей, не признающих ничего, кроме традиционного костюма, выглядел прямо-таки вызывающе. Зря старался, нужно было одеваться, как обычно.

КПК на запястье завибрировал. Эл бросил взгляд на номер и едва не рассмеялся. Вледиг, легок на помине. Интересно, совпадение, или тот его «услышал»? Поаккуратнее надо с этой чертовой телепатией, хотя дьявол знает, может, просто совпадение.

— Ты созвонился с Райаном? — спросил Младший, когда Эл ответил. — Или дрыхнешь еще?

— Ага, дрыхну, — согласился он, изобразив душераздирающий зевок.

— Не обманывай, я же слышу, что ты на улице!

— Вышел в булочную за круассанами для Ланса, — тут же нашелся Эл. — Мой мальчик любит иногда с утра побаловаться… тепленьким.

В этот раз, прежде чем ответить, Вледиг, кажется, сосчитал до десяти.

— Лейан, прекрати! Я знаю, что вы не любовники.

— Да, а откуда? Ты наводил справки? — ухмыльнулся Эл. Злить Ведига было весело, вот только толку никакого. — С чего это тебя интересует моя личная жизнь? Но даже если мы с ним не любовники, разве я не могу просто позаботиться о друге?

— Ты бы лучше о задании заботился! — рявкнула трубка.

Эл фыркнул.

— Да ладно, не кипятись. Я почти у «Нейрофарма». Здание еще не вижу, но уже чую вонь вчерашнего пожара. Буду на месте минут через пять.

— Вот так бы сразу и сказал! Ты обещал вчера позвонить после того, как договоришься с Райаном. Забыл?

— Ага, — легко согласился он. — Извини.

— Не слышно что-то раскаяния в голосе...

— Могу включить камеру, встать на колени и стукнуться три раза лбом об тротуар. Тогда поверишь?

Представив, как среагируют на это прохожие, Эл так развеселился, что уже готов был проделать сказанное, но Вледиг поспешно отказался:

— Не стоит. Кстати, я распоряжусь, чтобы тебе выдали новый КПК, твой ведь сгорел вчера. Заезжай после лабораторий, заберешь.

— Я пока личным попользуюсь, но все равно спасибо. Вернусь на работу после отгулов, заберу.

— Ладно. Отзвонись, когда закончишь. И не забудь, слышишь?

Эл нарочито тяжело вздохнул.

— Постараюсь, но не могу обещать. Я же такой безалаберный, сам знаешь!

Вледиг буркнул что-то неразборчивое и отключился.

— Ох уже это начальство! — доверительно сообщил Эл засмотревшейся на него молоденькой девушке, судя по не самому дорогому костюмчику, клерку или секретарше. — Так и норовят на голову сесть и ноги свесить, верно?

Против ожиданий, девушка не одарила его ледяным взглядом, а рассмеялась и, кивнув, удалилась, стуча каблучками.

«Надо же, и тут есть нормальные люди», — весело подумал Эл, заворачивая за угол. Ланс бы сейчас уже обменивался с девушкой контактами и договаривался о встрече, но Эл с офисными работницами предпочитал не связываться. Слишком правильные, слишком скучные, мнящие себя крутыми, из-за пары лишних бокалов в баре…

Оцепление вокруг здания «Нейрофармацевтикс» сняли еще вчера. Пострадавшие от пожара этажи были закрыты зеркальной строительной сеткой. Если бы не запах гари, все еще чувствовавшийся в воздухе, можно было бы ничего и не заметить.

— Закурить не найдется? — раздался вдруг рядом негромкий бесцветный голос.

Эл обернулся и едва не открыл от удивления рот. Алая прядь в белоснежном ирокезе, тяжелые металлические серьги в ушах, торквес[2] на шее, кольца на пальцах, ассиметричный кожаный килт, с одной стороны едва прикрывающий колено, а с другой — доходящий до икры, узкие штаны из плотной ткани, потертая косуха, тяжелые армейские ботинки. Темные очки скрывают половину бледного, как будто обескровленного лица. Очень знакомого лица. Перед ним стоял собственной персоной Лиам Даффи, один из гитаристов «Виндиго» — одной из самых известных в мире групп. Группы того самого Рэя Ито, у которого Райан выкупил контрольный пакет акций его компании. Вот так дела!

— Привет, Лиам! Ты что тут делаешь? — доставая из кармана пачку сигарет, спросил Эл так, словно они были приятелями и виделись только вчера. На самом деле он сомневался, что Лиам помнит его. Мало ли народа трется вокруг музыкантов, куда там упомнить даже тех, кто пару раз брал у тебя интервью! Да и на ответ он особо не рассчитывал: Лиам был молчуном и практически не открывал рот, а если и открывал, то исключительно ради односложных ответов вроде «да» или «нет».

Лиам молча вытащил из его пачки сигарету, никак не прореагировав на приветствие и вопрос. «Он увидел тебя, значит, считай поздоровался!», — пошутил как-то вокалист «Виндиго» Гатто Найф. Эл щелкнул зажигалкой, давая Лиаму прикурить. Кончик сигареты окунулся в оранжевый язычок пламени, замер… Взгляд Эла прикипел к темнеющей бумаге, а мир вокруг стремительно выцветал, исчезали запахи, растворялись звуки, мерк яркий солнечный свет. Язычок пламени вдруг стал совсем белым, совсем как в тот вечер, когда…

— Эй? — прошелестело где-то на границе сознания, и Эл ухватился за этот голос, рывком вытащил себя из омута небытия. Солнечный свет резанул по глазам даже через очки, по спине поползли струйки пота.

— Вот дерьмо! — выдохнул он, не без труда вновь сфокусировав взгляд на стоящем напротив мужчине. Тот приподнял одну бровь. Выражения глаз было не разглядеть за темными стеклами очков.

— После Нихона штырит, — просипел Эл, сделав шаг к стоящей рядом скамейке и плюхнувшись на сиденье. Его снова трясло. — Второй день мерещится… всякое. Я посижу, пожалуй…

Лиам затянулся, выдохнул дым, коротко кивнул, то ли принимая объяснение, то ли благодаря за сигарету, то ли прощаясь, развернулся и направился к зданию «Нейро фармацевтикс». Правду про него говорят — отморозок.

«Ито, сука! — громыхнуло в голове Эла так, что он едва не взвыл, — …и ведь не отвертишься — придется отдуваться, по гроб жизни теперь обязаны… Хоть бы Гатто отпустил до ночи, уеб…к узкоглазый… нет, блядь, не х… надеяться, прогнобит всю ночь в студии назло… подумаешь, пропустили запись пару раз, своя же компания, ёпт, зае…л своими гребучими сроками! Париться здесь с этими гребаными… сам же виноват, а что было делать…ввязались, теперь не отвертишься… заставит пахать до кровавых соплей, мудила…»

Желание вскочить и броситься прочь, подальше от чужих мыслей, прицельно бьющих прямо в мозг, словно снаряды из гранатомета, было таким сильным, что Элу стоило немалого труда заставить себя остаться на месте. Голова, того и гляди, лопнет, но слишком уж интересным было подслушанное. Что «Виндиги» пропустили срок выхода нового альбома — это не новость, фанаты ждут уже год. Но теперь он, кажется, знает, кто в этом виноват и знает, о чем спрашивать Ито, если Младший устроит ему интервью. Вернее, не «если», а «когда». Он с него живым не слезет, пока тот не выполнит обещанное…

Лиам, по счастью, заткнулся, и Эл облегченно вздохнул. Еще немного и он бы, чего доброго, отрубился прямо тут, на лавочке! Вон как в висках стреляет, и перед глазами все плывет… Эл снял очки, яростно потер большим и указательным пальцами переносицу. Взглянул вновь на удаляющуюся долговязую фигуру и едва не застонал.

Вокруг Лиама колебался морок: гибкий кошкоподобный зверь с темными подпалинами на белой шкуре, мягко ступающий по мощеной плиткой мостовой, с яростно мотающимся туда-сюда длинным хвостом. Эл, едва не застонав, зажмурился. А когда открыл глаза, у главного входа в «Нейрофарм» приземлился микроавтобус. Из открывшихся дверей выскочили мужчина и женщина, а вслед за ними высыпалось с десяток коротко стриженых и одетых в школьную форму детишек лет десяти — двенадцати. Пока женщина строила их парами, мужчина направился к Лиаму, стоящему у входа, и о чем-то заговорил с ним. Лиам несколько раз кивнул.

Опомнившись, Эл активировал КПК и торопливо сделал несколько снимков. Мужчина и Лиам пропустили женщину и детей внутрь здания, вошли следом.

«Да что за фигня здесь творится?» — подумал Эл, поднялся и зашагал ко входу в «Нейро фармацевтикс».

Вставка изображения

*традиционная жалоба на нехватку динамики и диету из кусочков интриги*

Из-за больших временных промежутков между главами сложно составить портрет Эла, но, думаю, дальше пойдет веселее. Мало всего, мало)) Больше давайте

Замечаньки:

чирикали птички и кричали портовые чайки,

вот не знаю нормально это или нет. Типа чайки тоже птички, но как-то мы их отделили. Может лучше птичек тоже кем-то обозвать? Воробьями там или еще кем

какая-то ж…а.

а стоит «запикивать»?

И если вдруг запахнет жареным — ну мало ли, всплывут вдруг новые улики,

вдруг-вдруг. Я бы второе убрала

… Холод пробирал до костей. Бесконечная лента эскалатора с редкими в ночной час пассажирами медленно тянулась вверх. К ночи на улице сильно похолодало, по тоннелю гулял ветер, легкая кофта и короткая юбка служили плохой защитой. А еще нужно было дойти до дома — целых пятнадцать минут темными улицами и дворами. Может быть, если бежать...

а если все вот эти моменты переписать в настоящем времени? Мне кажется так на них будет больший акцент.

после боя с орком до сих пор трясет.

сам бой мимо меня прошел без напряжения и трудно проникнуться ощущениями Эла. Если его тоже переделать на манер предыдущих?

праздных гуляк

праздно поболтать

повторение

едва не застонал.

Эл, едва н застонав, зажмурился.

повторение

 

Мне сложно с мыслями собраться, чтобы самостоятельно выразить какое-то общее мнение, так что если есть какие вопросы — задавайте)

Что есть в вашем представлении динамика? :) вернее даже так: какой она должна быть, чтобы вам было нормально?

За блох спасибо, поправлю.

Отредактировано

ГенЕалогия почти религия)

Мне все ок, бодренько читается, интригующе ваще

Я рада :)))

Оффтопик

Сережу хочу! *cry_girl*

Оффтопик

что жив — здоров и благодарен всем за беспокойство.

жив-здоров — через дефис

Звонить Райану, пожалуй, было еще рано. Он позвонит в десять, пожалуй, в самый раз, чтобы продемонстрировать искреннюю заинтересованность и готовность продолжить совместную работу.

Два «пожалуй» близко. А так?: Звонить Райану, пожалуй, было еще рано. Он позвонит в десять — в самый раз, чтобы продемонстрировать искреннюю заинтересованность и готовность продолжить совместную работу.

За ними высился лес подъемников кранов,

Меня немного смущает «подъёмников кранов». А если «лес портовых кранов»?

вдруг новые улики, выйдет из комы таинственный субъект с пустыря или еще, что,

Зпт лишняя: или ещё что

. И, значит, ему нужно подстраховаться.

Зпт не нужна: И значит, ему

Но Ланс патологический чистюля и вообще его тут сейчас нет.

Зпт: Но Ланс патологический чистюля, и, вообще, его тут сейчас нет.

в голосе Райана отчетливо прозвучали ироничные нотки и Эл почувствовал себя дураком — зря выжидал почти час.

Зпт: ироничные нотки, и Эл

— Ваше предложение об экскурсии в ваши лаборатории еще в силе? — поинтересовался он.

Не очень нравится двойное ваше, ваши. Может, одно убрать?

даже в голову не пришло этим заняться. Прав Вледиг — он разгильдяй.

Всё-таки так: Прав Вледиг: он разгильдяй.

А если «лес портовых кранов»?

Просто убрала «портовых». Там до этого поминается порт, надеюсь, понятно будет и без уточнения, что за краны :)

Оффтопик

Начавшая строиться более двухсот лет назад разветвленная сеть многочисленных тоннелей постоянно расширялась и охватывала город со всеми пригородами.

Зпт: расширялась, и охватывала

В уши ударил шум поезда, тормозящего на станции и голос машиниста, объявляющего название.

Зпт: на станции, и голос

Невысокая девушка в офисном костюме, оглянулась на миг, словно почувствовав взгляд, и Эл понял — она.

Зпт лишняя: в офисном костюме оглянулась на миг,…

держа обеими руками слишком тяжелый портфель, и не замечая никого вокруг.

Зпт лишняя: портфель и не замечая

Ошарашено оглянувшись, он увидел, что на него бежит, размахивая здоровенным тесаком огромный зеленый орк.

:-D

Зпт: тесаком, огромный

Эл отбил удар, невесть откуда взявшимся в руках мечом.

Зпт не нужна: удар невесть

Даже туристы и те забредали сюда лишь изредка.

Зпт: туристы, и те

И в королевский дворец, и усадьбы давно превратили в музеи, а потомки их владельцев предпочитали

И королевский дворец

хоть и вряд ли были близкими знакомыми, разница в возрасте у них лет тридцать…

Лучше бы так: хоть и вряд ли были близкими знакомыми: разница в возрасте у них лет тридцать…

Ошарашено оглянувшись, он увидел, что на него бежит, размахивая здоровенным тесаком огромный зеленый орк.

Это приветик «Ханету», конечно :-D

держа обеими руками слишком тяжелый портфель,

А почему лишняя, разве это не деепричастный оборот?

Оффтопик

где добыть нужную информацию и как сделать это опередив конкурентов

Зпт: сделать это, опередив конкурентов

и просыпаться рядом с незнакомой девицей, которую я больше никогда не увижу. Я такой и ничего не хочу менять…»

Зпт: Я такой, и ничего не хочу менять.

Осеннее солнце шпарило во всю и Эл перешел на другую сторону улицы — в тень.

Зпт: во всю, и Эл перешёл

Интересно, совпадение или тот его услышал?

Зпт: Интересно, совпадение, или тот его услышал?

— Могу включить камеру, встать на колени и стукнуться три раза лбом об тротуар, тогда поверишь?

Лучше разделить: — Могу включить камеру, встать на колени и стукнуться три раза лбом об тротуар. Тогда поверишь?

этажи были закрыты зеркальной строительной сеткой практически незаметной на фоне здания.

Зпт: сеткой, практически незаметной

Если бы не запах гари все еще чувствовавшийся в воздухе, можно было бы ничего и не заметить.

Зпт: гари, всё ещё чувствовавшейся

Мне не очень нравится «незаметной… не заметить». Может, ничего и не увидеть? рассмотреть?

«Он увидел тебя, значит, считай, поздоровался!», — пошутил как-то вокалист «Виндиго» Гатто Найф.

Зпт не нужна: поздоровался!» — пошутил

Мне не очень нравится «незаметной… не заметить». Может, ничего и не увидеть? рассмотреть?

Просто убрала. Подумала, что вряд ли она такая уж незаметная.

Оффтопик

Лиам затянулся, выдохнул дым, коротко кивнул, то ли, принимая объяснение, то ли благодаря за сигарету,

Зпт лишняя: то ли принимая объяснение

своя же компания, ёпт, зае…л своими гербучими сроками!

гребучими?

Эл, едва н застонав, зажмурился.

не застонав

Из отрывшихся дверей выскочили мужчина и женщина,

открывшихся

Про отрывшиеся двери смешно вышло :-D


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация

Войдите под аккаунтом в социальной сети, или при помощи OpenId
Указать OpenId


Регистрация
Напомнить пароль