Глава 8

0.00
 
Глава 8

 

Твоя мама замечательно готовит, — как истинный политик и прозорливый мужчина, Мирздрав нашёл время для комплимента между супом и вторым.

Даша молча забрала у него опустошённые тарелки и подала десерт. При виде угощения маг счастливо вздохнул, и ему стало не до разговоров по причине чрезвычайной занятости челюстей.

— Жаль, что я не могу передать ей вашу похвалу, — стараясь казаться незаинтересованной в его словах, ответила девочка. Чтобы не выдать смущение, она отвернулась к раковине и занялась посудой. На самом деле благодарность достигла ушей повара, но ей было стыдно признаться, что она не смога избежать участи «ну ты же девочка!» и умеет готовить.

Старейшина Магнии откинулся на стуле, лениво прикрыв глаза. По его нынешнему поведению нельзя было сказать, что он последний представитель уважаемого древнего аристократического рода Земов.

— Я тут подумал, — мужчина приоткрыл один глаз и стал наблюдать, как она моет посуду: — А у тебя нет проблем с родителями? Как-никак, ты приходишь сюда каждый день, к тому же приносишь еду.

— Не-а, они думают, что я с Глебом и Витей. И ваш аппетит рядом не стоит с этими проглотами.

От упоминания друзей нахлынули светлые воспоминания о проведённых вместе временах, которые отозвались ноющей болью в груди, но Даша отогнала их, сосредоточившись на деле: одно неверное движение и годовой доход её семьи уйдёт на выплату компенсации Мирздраву. Пусть он жил в глухом лесу, умывался талым снегом, ел заплесневелый сухари и варёную картошку, но гордость аристократа напоминала о себе, даже в таком месте — на днях он вытащил из пыльных шкафов серебряный сервиз и теперь отказывался есть с менее дорогих тарелок.

— Уверен, вы помиритесь. В вашем возрасте всё кажется серьёзней, чем оно есть на самом деле. Это я тебе говорю с вершины своего немалого жизненного опыта.

«Вершина не додумалась запастись получше или научиться охотиться! Хотя тут даже зайцы зубастые» — подумала про себя Даша, придирчиво осматривая тарелку. Ей казалось, что от одного её взгляда, та начинает покрываться мелкими царапинами, грозящими обернуться крупными денежными неприятностями.

На самом деле у них с Мирздравом были действительно важные дела, требующие немедленного разрешения, однако после непрекращающегося двухнедельного штурма они решили взять перерыв. Найти лекарство от древмирской болезни выходцу с Земли оказалась непосильной задачей. Даже с иным взглядом на жизнь, другой точкой зрения, Даша понятия не имела, как можно разом лишить воли сотни человек. Семейная библиотека Земов тоже не проливала свет на эту историю, в конце концов, предки Мирздрава изучали другую область магии: влияние магического поля Тёмного леса на среду.

Спасти Мирздрава от заплесневелых сухарей — это единственное, что было в её силах. Довольно жалко, для человека, которого призвал величайший маг Древмира. «Оказаться в нужном месте, в нужное время, да? Да я носу боюсь показать отсюда. Потому что снаружи намного опаснее, чем здесь».

Проблемы страны магов на потерявших разум владельцах не заканчивались. Ещё имелся обязательный для всех историй главный злодей по имени Гадикус и шайка приспешников — орков, согнавших остальных жителей на юг страны раскапывать огромный участок земли. По утверждению Мирздрава, в том месте не было ничего интересного, но почему-то именно там сосредоточилось внимание злодеев, чему лично он был несказанно рад. Гадикус обосновался в Чудограде, Мирздрав не мог выйти из леса, так как опасался заразиться, а Даша… Что ж, она с пользой провела это время, разнообразив список чудищ для леденящих кровь ночных кошмаров в сотни раз.

Но больше всего в этой ситуации девочку пугали действия друзей и зверомага. Как далеко они зашли и что успели натворить? Не пошатнётся ли вскоре установившийся хрупкий баланс?

***

— Ну не может быть такого, чтобы за чёрт знает сколько лет существования вашего мира, откуда не возьмись, взялась такая страшная магия, которая на раз берет целые страны! Даже у нас такого нет! — после очередного пыльного тома, наспех пролистанного за пять минут, Даша не выдержала и обессиленно откинулась на спинку полюбившегося дивана.

— Не ругайся, — сделал замечание Мирздрав, оторвавшись от книги по истории. — Я же говорил, что это бесполезно. Я всё изучил. Здесь нет ни малейшего упоминания о подобных болезнях. Упомянутые тобой «зомби» гораздо больше подходят к нашему случаю, чем паразиты.

— Дяденька Мирздрав, зомби — это выдумка киношников, я, не подумав, сказала. К тому же они едят мозги, а маги — нет! — Даша и сама не понимала, когда Мирздрав успел стать «дяденькой», но он так забавно хмурился от этого обращения, что она не могла удержаться.

Маг раздражённо выдохнул и отложил книгу в сторону. Он помассировал виски и посмотрел на неё усталым взглядом. Под столь пристальным вниманием, сидеть в расслабленной позе стало неудобно, и девочка подобралась.

— Ты права. Ни заклинание, ни новая болезнь не могут взяться ниоткуда, им предшествуют долгие годы проб и ошибок. Таким образом, мы снова вернулись к тому, с чего начали.

Запретная магия. То наспех придуманное предположение в день знакомства имело высокие шансы оказаться правдой. Удивляло то, что при самом строгом наказании за изучение этого вида магии, всё же нашлись энтузиасты. Лично Даша бы никогда не стала учить то, за что рубят головы, будь оно тысячу раз мощным и интересным. По меркам Земли такое наказание казалось диким — вот тебе и «мирный мирок, в котором тысячу лет не было войн». Кто сказал, что такой мир будет безобидным?

Тем временем глаза Мирздрава окончательно потускнели, и его взгляд стал похож на взгляд бывшего трудовика. Тот тоже всегда смотрел на мир без надежды на счастливое будущее, а ещё любил лишать надежды на хорошую оценку других. Даше совершенно не хотелось, чтобы Мирздрав открыл для себя такой же способ борьбы с тоской, как у спившегося коллеги. Настоящий живой маг — и пьяница? Воображение категорически отказывалось такое представлять.

— Гадикус наверняка работает один, по крайней мере, по магии-болезни. С таким-то именем он точно самый злодейский злодей, а эти типчики не любят делиться, особенно оружием массового поражения. Это я вам с вершины своего книжного опыта говорю.

Мирздрав усмехнулся и наконец-то оторвался от своих нерадостных размышлений. Гнетущее чувство безысходности исчезло.

— Я и забыл, что у нас имеется избранная.

Что ж, тридцатилетний взрослый, начинающий сходить с ума от одиночества и чувства вины, был единственным, кто признавал её. С недавних пор Даша стала воспринимать это прозвище как издёвку. Она бы изменила формулировку на «та, которой не всё равно». Простенько и не обязывающее ни к чему серьёзному.

— Итак, мы имеем: злодея, который без вас не может стать Архимагом, его приспешников с худшими резюме в Древмире и ни малейшего понятия, что нам делать, — неутешительные итоги подводились тринадцатый раз подряд. Обычно после их оглашения, она возвращалась домой, но так как сегодня они сдалась быстрее, чем обычно, в запасе оставалась куча времени.

— Для меня всё ясно как день! Я смиренно жду твоих указаний по велению величайшего из магов! — покорно склонив голову, сказал Мирздрав.

У Даши непроизвольно дёрнулось правое веко. Вот сейчас стопроцентно прозвучала скрытая издёвка! Когда-нибудь, а точнее в день, когда у неё откроются магические способности, которые просто обязаны быть очень крутыми, с чьей-то бородкой случиться несчастный случай! Хотя можно было действовать и без магии, но это будет слишком по-детски. Она не виновата, что Архимаг указал на неё, вместо того, чтобы… Промелькнувшая мысль едва не заставила вскочить с места. Всё это время решение всех проблем лежало на поверхности.

— Эврика! — воскликнула Даша, чтобы привлечь внимание Мирздрава. Бытовало мнение, что именно это слово кричат все признанные и непризнанные гении, когда к ним приходит стоящая мысль.

— Кто такая? — оживился маг.

— Не помню кто, кажется даже что… — от волнения Даша напрочь позабыла не только автора крылатого выражения, но и его перевод. — Послушайте! Архимаг! Всё дело в нём! — Мирздрав закатил глаза, и прежде чем он выразил своё мнение, полное безжалостной критики к её логическому мышлению, она продолжила: — Он отправил вас сюда, чтобы сорвать выборы следующего Архимага, а Тара ко мне, чтобы мы… — в памяти всплыла картинка шепчущихся в школьном коридоре мальчишек, смолкающих при её появлении, — я остановила некое зло. Через Тара он передал оружие вашего мира, которое, как вы утверждаете, не имеет магических сил.

Мирздрав молча кивнул, подтверждая сказанное. По его словам, а словам историка с древней родословной следует верить, Архимаг сыграл на громких именах бывших соратников и вручил ребятам самое обыкновенное оружие. Потому что настоящее оружие времён их героического прошлого было абсолютно неволшебным, и если и представляло ценность, то сугубо историческую. Кто бы осудил старого мага в преувеличении волшебных свойств подарков? Никто. Потому что абы кому крутое оружие давать не будут, даже Даша не сразу разрешила Тару пользоваться телевизором и компьютером.

— Наверняка дал, чтобы мы могли защититься в случае чего, но не судьба: ребята пошли своим путём. О чём это я? Ах да! Он мог знать про болезнь! — закончила свою мысль Даша и приняла самую уверенную позу, на которую была способна.

— Он предупредил об опасности, но не назвал её, — мягко возразил Мирздрав. — Если он был уверен в своих подозрениях, то магическое поле включили раньше, и тогда бы ничего не случилось.

— Да ладно вам, за тысячу лет он всякого навидался, наверняка и… Ну, знаете, и магию эту запретную… того, — памятуя прошлый раз, Даша тщательно подбирала слова, чтобы не оскорбить чувства верного подчинённого Архимага.

В ответ на несвойственную ей тактичность, она получила громкий смех. Аристократы приучены держать себя в руках, значит, сказанное ею действительно звучало забавно для ушей древмирцев.

— Ты намекаешь, что он изучал запретную магию? Так это всем известно. Кому, как не могущественнейшему магу Древмира, её знать? Без его помощи уничтожение запретных знаний было бы невозможно, ведь мы бы не понимали, что запретно, а что просто новое.

«Книжные могущественные волшебники более скрытные» — мрачно подумала Даша, в который раз удивившись непредсказуемому характеру древмирского аналога Фендальфа.

— Может, он вёл какие-то записи? Личный дневник в нескольких томах? Должно же быть что-то о запретной магии!

— Возможно, в хрониках мы могли бы найти такие сведения, однако у меня всего лишь третий вариант, — Мирздрав развёл руками, показывая, насколько безнадёжное это дело.

— Третий вариант?

— Всего их шесть. Первый — легенда, в существование которой мало кто верит, второй лишь в трёх экземплярах, для власть имущих — королей, третий — богатые и древние рода, четвёртый — купцы, пятый для владеющих грамотой, шестой у всех слуху. Запомни, официально их пять, сообщество учёных мужей и дев поднимет любого на смех, упомяни он первый. Даже меня.

«Тогда зачем вы забили мой мозг ненужной информацией? Сказал бы: есть, но вне зоны доступа» — фыркнула про себя Даша. Как назло ненужные знания запоминались лучше, чем необходимые наподобие «теоремы Виета» или количества элементов в таблице Менделеева. — Нужно взглянуть на картину с другого угла».

Картина событий больше напоминала пазл, причём дорогой. Но ей и не требовалось собирать его до конца.

Неделя. Этот временной отрезок упоминался дважды. Тар и Мирздрав начали выполнять свои поручения практически одновременно. Архимаг сделал всё, чтобы его задание казалось для землян квестом: за каждый шаг в Древмире приходилась награда в виде информации, новых знакомых и предметов. Лично её инвентарь пополнился теоретически волшебным компасом, ни разу не использованным в деле, в то время как у мальчишек… Даша помотала головой, отгоняя заворочавшуюся в глубине души зависть — её награда намного лучше груды сомнительного антиквариата.

«Мог ли Архимаг в течение недели узнать что-то новое, но не успеть рассказать Мирздраву или Тару?». Даша потёрла лоб — голова начала болеть от слишком напряжённой мысленной работы. Почему-то ей казалось, что развивать тему не стоит: мало ли чем занимался человек, трудящийся тысячу лет на благо древмирцев? Возможно, он хотел отдыха или задыхался от кашля, пока сражался со своей болезнью. Поэтому спрашивать, как прошли последние дни её «нанимателя», девочка не стала.

— Как вы думаете, что написано в завещании?

Вопрос застал Мирздрава врасплох. Раньше политические темы между ними не поднимались.

— Вестимо, имя преемника.

— И всё? Никаких «не забывайте кормить Барсика, соорудите мавзолей посередине столицы»? Никаких посмертных речей, от которых у людей реки слёз, никаких догадок или предсказаний на будущее?

— Теперь я понимаю ход твоих мыслей. Мой ответ — нет. Любые лишние намёки посеяли бы панику, скрытые послания — привлекли ненужное внимание врагов. Гадикус вполне мог уничтожить последнюю волю Архимага, чтобы не вызывать в будущем пересуды. Порой меня одолевают сомнения: существует ли эта воля? Положить в шкатулку пустой пергамент вполне в его стиле.

— А если спрятал? И мы должны найти завещание? А заодно разгадку к… чему-то. Чему-то важному, иначе быть не может.

— Ты никак не оставишь идею побывать в Академии? — невесело улыбнулся мужчина.

Академия Магнии. Место, в котором каждую секунду твориться магия. Место, в котором ей обещали научить магии. Конечно, она хотела там побывать! Первые дни пребывания в лаборатории Земов были полны расспросов об учительском прошлом Мирздрава, который пошёл против семейного увлечения и стал историком, но потом ему пришлось оставить любимое, по его тайному признанию, дело ради кресла Старейшины. Не то чтобы он стал от этого счастливее и влиятельнее.

— Мы в тупике, признайте.

— Я знал это ещё до твоего прихода. Просто надеялся, что тебе повезёт больше, чем мне, и ты увидишь то, что скрыто от других.

— Увижу? Я даже магов в глаза не видела, чтобы… — Даша осеклась, второй раз за день поражённая собственной мыслью. Всё это время она пыталась разгадать загадку по словесному описанию — это всё равно, что лечить людей по фотографии. Если подойти к проблеме магов по земному методу, то для эффективного лечения нужны анализы, фотографии больных, рассказы родственников и куча других сведений, которые невозможно добыть, сидя на диване. Пусть и удобном.

Видимо за годы преподавания Мирздрав научился чувствовать опасные намерения своих учеников, иначе невозможно объяснить то, что он сразу понял, что она хочет предложить.

— Ты же не хочешь отправить меня в Чудоград? Меня обнаружат, едва я ступлю за пределы магического поля леса.

— Да помню я об этом, помню! — раздражённо отмахнулась девочка. — Я хочу сходить сама.

— Са-сама?! В город, захваченный орками? Одна по чуждому тебе миру? И думать не смей!

Мирздрав разразился тирадой в стиле «опасно для жизни», чем стал похож на школьных учителей, по мнению которых, ребёнка лучше держать в комнате два на два метра, чтобы он не мог пораниться. Его доводы «против» были логичны и безупречны с точки зрения взрослого, но чем их было больше, тем сильнее Даше хотелось попасть в Академию. Смысл путешествия в другие миры, если не можешь сделать в них и шагу?

— Я смотрела все фильмы с Джоном Понтом, всё будет нормально. Орки они, ну, ведь не гении же? Лишнего ребёнка не заметят, да и подумать, что секретное оружие Архимага — это девчонка. «Девчонка, которая уделает всех, особенно друзей-предателей» — добавила она про себя. Упоминание знаменитого киношного шпиона не произвело на мага должного впечатления, поэтому пришлось использовать тяжёлую артиллерию: — Архимаг!

— Что Архимаг? — раздражённо переспросил Мирздрав. — Он бы никогда это не одобрил! Да кто бы в здравом уме и памяти отпустит ребёнка в опустошённый город, где обосновались бесчестные наёмники?!

— Кхм, вообще-то Архимаг как раз-таки это и сделалал.

Замечание возымело эффект: Мирздрав изменился в лице и растерял пыл «всегда правового взрослого».

— И я не иду в руки к Гадикусу, я иду в Академию, где есть школа, а в школе дети. Много детей! У орков наверняка от них в глазах рябит, понимаете? У нас год назад приезжала какая-то проверка, и всех заставили надеть форму и ходить на цыпочках, мне кажется, что сейчас в Академии что-то типа этого.

Мужчина по-прежнему выглядел неубеждённым, он всегда так выглядел, будто сомневается в чём-то двадцать четыре часа в сутки. Взрослые такие непонятные существа, любят всё усложнять. Всё просто: есть герой, есть злодей, и они когда-нибудь должны встретиться. Есть поручение Архимага, есть избранные, и им нужно что-то сделать.

— А-а, забудьте. Снова никудышный план придумала! — время шло и шло и ситуация стала совсем неудобной, поэтому Даша смутилась и поспешно ретировалась, напоследок пообещав принести завтра новую заварку для чая.

Благодаря подаренному компасу с функцией монстроотпугивания порождения Тёмного леса были не страшны, однако первая одиночная прогулка оставила сильные впечатления, из-за чего Даша топталась на месте, утрамбовывая снег возле землянки. «Почему амулет не может предупреждать? Нагреваться, например? Во всех играх предупреждает, а тут нет! Тоже мне «мэйд ин Магния» — Даша спрятала цепочку под куртку, и надела перчатки. На самом деле магическая побрякушка её не интересовала. — Звать-то звали, но стоило прийти, как сразу же стала не нужна».

Погрузившись в невесёлые размышления, стоит ли ей сдаться и первой заговорить с мальчишками, она пустилась в путь. Позади послышался грохот — на улицу выбежал взволнованный Мирздрав в домашней одежде и окликнул её. Пришлось вернуться.

— Ты меня убедила, — сообщил Мирздрав, поднося дрожащие руки к магическому пламени камина.

— Ладно, тогда завтра я…

— Сегодня. Сегодня будет проще, поверь.

— До города три, а со снегом и четыре часа пути, как вы это себе представляете?

Мирздрав представлял. Он очень хорошо это представлял.

***

— Постой на месте с минуту, дай телу приспособиться…

Даша послушно кивнула головой, не восприняв ни слова из инструктажа суетящегося Мирздрава. В голове было пусто, как в воскресное утро — благословенного дня отдыха мозгов школьников.

— Я наложу на твою одежду слабые отвлекающие чары, на иллюзии обратят ненужное внимание … Сколько раз говорил, одевайся как девушка, так нет же… — ворчанием взрослого она подавно не хотела забивать голову, поэтому снова сосредоточилась на Этом. Увиденному было трудно найти объяснение. — Слушай внимательно… — этими словами мужчина добился противоположного эффекта, и Даша окончательно погрузилась в свои мысли.

В себя она пришла от навалившейся без предупреждения головной боли. На ощупь была найдена устойчивая поверхность в кружащемся мире, и бороться с ощущением дезориентации стало легче. Вскоре боль ушла, и она снова смогла видеть.

«Всё это время… в паре шагов от меня… у него был проклятый телепорт! В соседнюю с Главной башню! Дяденька Мирздрав, ну кто ты после этого?!

Кем бы ни был неуловимый старейшина, сейчас он находился в семейной лаборатории, а она — в чудоградской Академии магов, в кабинете его учительского прошлого.

«Ну и ладно, я потом ему всё выскажу. Наконец-то я дышу воздухом истинного мира магии, наверное, «батарейка» так быстрее активируется… — если что-то от «воздуха мира магии» и активировалось, так это аллергия на пыль. Мирздрав Зем творил хаос везде, где ступала его нога. — И чего я ждала от человека, прячущего грязные носки под иллюзией цветка?».

Выцветшие карты, сломанные макеты замков и различных орудий, стопки потрёпанных временем книг — от обстановки кабинета веяло древностью и присущей ей ветхостью. Девочка поморщилась, отметив про себя, что мальчишки и в тридцать лет горазды на бардак, и сделала первый шаг в царство пыли.

«Неужели он думал, что скроет этим бардаком телепорт? — когда Даша обернулась, чтобы посмотреть на двухметровую арку из чёрного камня, испещрённую затейливыми узорами, то вместо неё увидела кирпичную стену. Не веря своим глазам, она провела рукой по кладке, но ощутила лишь холод настоящего камня. — Ловко! Это не иллюзия».

Пути назад не было, проход появиться только через определённое время, и отчего-то в памяти всплыло что-то про два часа.

— Больше никогда не буду пропускать вступительные ролики и обучение в играх, — вслух пообещала себе девочка, с недоумением воззрившись на правую руку. Украшений она не носила, поэтому кожаный ремешок с прицепленным к нему цепочкой позолоченным ключом был явно подарком Мирздрава. Ключ подошёл к замочной скважине кабинета, значит, на его этом поддержка заканчивалась, и её следует рассчитывать исключительно на себя. Испуга от осознания этого факта не возникло, в конце концов, она сама напросилась в гости к захваченным таинственной болезнью магам.

Впереди были два часа увлекательной прогулки по самой настоящей школе волшебства и магии, а также детсада, университета и министерства… Бедные маги, судя по всему, они со школьных скамей перебирались на пару этажей выше и садились уже в рабочие кресла.

***

Коридор школы магии и волшебства выглядел как… собственно, коридор. Незатейливый дизайн серых стен, мраморный пол — в камнях девочка не разбиралась, но раз в книгах упоминались исключительно мраморные полы, значит и в магнийской Академии лежал мрамор. Вместо светильников на стенах иллюзорным огнём горели факелы, Мирздав тоже пользовался этим волшебством, когда зажигал камин. Окна располагались слишком высоко, чтобы заглянуть в них, к тому же были очень узкими.

Даша кинула на дверь кабинета истории прощальный взгляд, дважды повторила про себя её номер и отправилась в путь.

Мирздрав говорил, что орки, не встретив должного сопротивления со стороны обычных магнийцев, расслабились, разленились и предались незаметному для высшего начальства безделью, само же начальство сидело в Главной башне и сосредоточенно думало, как побыстрее стать законным архимагом Магнии. Риск быть обнаруженной мог возникнуть лишь в том случае, дерзни она сунуться в логово Гадикуса. Ранняя встреча с главным злодеем Дашу совершенно не прельщала, поэтому в её повестке дня, точнее, раннего вечера, значились лишь два скромных пункта: поиск формы ученика и встреча с магом. Мирздрав советовал одолжить на время форму какой-нибудь ученицы, но такой способ приобретения маскировки гордой дочери Земли казался недопустимым. Как бы сильно не болели маги, но рыскать в их шкафах или сундуках — это чересчур. Жизнь — не компьютерная игра, и такого ей не простят. То ли дело проверенный временем и бесчисленным количеством героев вариант с прачечной!

К величайшему сожалению и немалому стыду, другие советы мага она не вспомнила. От самобичевания девочку отвлёк промелькнувший слева лестничный проход, и, рассудив, что прачечная должна находиться на нижних этажах, она начала спуск. Ступеньки были широкими и высокими даже для взрослого, а декоративные перила не внушали доверия, поэтому через пять этажей она почувствовала усталость, а через десять окончательно выдохлась.

«Тоже мне, средневековый небоскрёб, — она фыркнула про себя, и присела на ступеньку, чтобы отдохнуть. — Да сколько здесь этажей? Зачем было строить такую дурацкую лестницу? Это точно школа?». Земная архитектура теперь казалась ей эталоном, по крайней мере, дома, перила выполняли дополнительную функцию, и со спуском проблем не возникало.

Угнетающая тишина Академии начала нервировать. Создавалось впечатление затишья перед переменой, будто вот-вот прозвенит звонок и воздух наполниться звуками хлопающих дверей и голосов учеников. «Эх, нужно было подготовиться и хотя бы расспросить, что где находится, а не доставать его вопросами о посохе и волшебной палочке. Жаль, что здесь нет что-то типа плана эвакуации при нападении дракона или пожаре в лабораториях… — и тут её глаза заприметили висящий около двери на семнадцатый этаж пожелтевший от времени плакат в стеклянной рамке. Прищурившись, можно было разглядеть подозрительно знакомые линии и прямоугольники. — Нет, бред какой-то, даже если это план здания, я наверняка ничего в нём не пойму…» — она встала и подошла ближе. План был настолько подробен и лёгок для восприятия, что в нём разобрался даже не владеющий грамотой человек.

Согласно плану, верхние этажи безраздельно принадлежали учителям, что объясняло унылость их дизайна. С двадцать четвёртого этажа начинались жилые этажи, которые через три чередовались с этажами для занятий. В таком расположении наверняка имелся свой смысл, который лично от неё ускользал. Столовая располагалась на первом этаже, значит, не только на Земле школьники устраивали забеги к вожделенной пище. Но самое интересное заключалось в длинном тонком прямоугольнике, проходящем сквозь все этажи башни — шахта лифта. Имея для ежедневного преодоления не один десяток лестниц, его поневоле изобретёшь.

Приятности на этом не заканчивались. На втором этаже имелся продолговатый прямоугольник, обозначенный как «Склад». Хранилище новых и не очень парт и стульев, теоретически годового запаса мела, который почему-то всегда покупали ученики, и самое главное: формы. Десятки сериалов подготовили её к этому дню. Сегодня Даша использует самый популярный способ внедрения в частные школы. Сегодня она представиться ученицей и наконец-то сделает первый шаг к долгожданному освоению волшебной науки.

***

Местный аналог лифта нашёлся после долгих плутаний по безлюдному этажу и случайной догадке, что маленькая проржавевшая железная дверь в самом тёмном коридоре, является венцом средневековой инженерной мысли. Такое небрежное отношение к технологиям настораживало. Кнопки были нелепыми и грубыми, также в лифте не нашлось ни одной нацарапанной надписи, поэтому Даша пришла к выводу, что устройство используют нечасто и не ученики. Нажав кнопку второго этажа, она прислонилась к задней стенке и стала размышлять, где ей найти магов, не наткнувшись при этом на орков. Спуск был лёгким, практически бесшумным, непрезентабельный внешний вид лифта не повлиял на ходовую часть.

Однако вскоре госпожа Удача покинула самонадеянную шпионку и ушла к кому-то менее рискованному: лифт дёрнулся и остановился. Колёсики механического табло показали тринадцатый этаж. Створки разъехались и в лифт ввалилось два орка — их невозможно было с кем-то спутать. Сердце побледневшей девочки сделало кульбит и добралось до нижних этажей быстрее остального тела.

Места было немного, поэтому, как бы мастерски она не старалась слиться со стенкой, её все равно заметили.

— Почему не в комнате? — грузно повернувшись к ней, рыкнул один из орков после того, как нажал кнопку первого этажа.

Девочку обдало удушающей волной перегара и курева, и она позеленела, породнившись цветом кожи с нежелательными попутчиками.

— К ле-лекарю… Жи-живот болит, — пролепетала она, изо всех сил сдерживая подступившую к горлу тошноту. Голос получился убедительно больным, поэтому чрезмерный интерес к её скромной персоне был потерян.

— Ха, женщины! Создают проблемы с малых лет, будь они неладны, — видимо, недоверчивому орку через пару этажей стало скучно, раз он решил вернуться к разговору. За пренебрежение к прекрасной половине человечества, он был незамедлительно внесён в чёрный список находящейся в лифте представительницы оной.

— Брось, будто мешает, — впервые заговорил его спутник. Он был менее категоричен и более пьян.

— Да я о всех них, эльфийскую стрелу тебе в задницу!

Ругательства другого мира вызвали у Даши немалый интерес и закономерные опасения насчёт потасовки за оскорбление. Учитывая размер помещения, есть шанс быть придавленной. Однако второй орк оказался не промах, и ответил словесно, да так метко, что положил напарника «на лопатки».

— Бешеный, ты никак по бабам скучаешь? — прозорливо предположил он и громогласно расхохотался. Отсмеявшись, орк продолжил: — В изгнание их нечасто отправляют. Хотя это хорошо, представь, если бы к нам отправили мою старшую сестру… Брр! — от упоминания родственницы, благодушно настроенный наёмник поёжился и, кажется, протрезвел.

— Пошёл ты, — беззлобно огрызнулся Бешеный и затих.

Механическое табло показывало шестой этаж, напряжённая обстановка разрядилась и Даша позволила себе расслабиться. Это было очень неосмотрительно с её стороны. От глотка пропахшего ароматами орков воздуха, девочка закашлялась. Допустимый для больных магов уровень шума был превышен.

— Нам говорили сообщать о странностях, — Бешеный снова повернулся и принялся внимательно разглядывать Дашину одежду. — Значка нет, и одежда какая-то… не такая.

Всё вернулось к тому, с чего началось. Видимо, ей на роду написано быть подозреваемой и прокалываться на одежде. В очередной раз попавшаяся разведчица напряглась, лихорадочно подыскивая решение проблемы. Выход из ситуации нашёлся, однако его загораживали две горы мышц.

— У девчонки заболел живот, и она потащилась за зельем. Боль и голод они чувствуют.

— Зря тебя прозвали Щитоносом — ты та её размазня. Магам нельзя доверять! И чем только думают остальные, дразня этих выродков… — Бешеный начал распаляться, в то время как Щитонос выглядел образцом спокойствия и безграничного терпения.

— Я и позабыл, что ты здесь недавно… Остынь, иначе разнесёшь эту карловскую игрушку, и начальник урежет жалование. Если плевать на деньги, вспомни о проклятущих лестницах, — не только ей не понравилось творчество строителей Академии. Угроза возымела эффект: устрашённый количеством лестничных пролётов Бешеный перестал выпускать пар из ноздрей и буравить подозрительную, по его мнению, ученицу налитыми кровью глазами. — Я в городе с самого начала, — продолжил Щитонос, — поверь, она — плёвый случай. Как только маги не чудили: и одежду забывали напяливать на свои тщедушные тушки, и как ложкой орудовать. Порой, глядишь, в бумажках своих шебуршится, лопочет по-мудрёному, а как что-то спрашиваешь — слюни изо рта и взгляд дохлой рыбы. Глянь на эту — дуб дубом же!

Когда на неё обратили внимание, Даша была во всеоружии. Задав себе сложнейший в жизни вопрос: «Кем я хочу стать?», девочка изобразила самое глупое выражение лица, на которое была способна. Она сыграла хорошо — придирчивые зрители признали её талант ухмылками и парочкой обидных шуток. Лифт дёрнулся, и орки наконец-то вышли, напоследок наказав после посещения лекаря вернуться в свою комнату.

Эта был самый долгий спуск в её жизни. По всем показателям, потому что в Гдетотамовске не строили высоких домов. Даша обессилено сползла на пол.

— Сами вы глупые… — пробормотала она. — Проглядели… целую меня! Вот! — таким образом отомстив за поруганное имя, девочка с трудом дотянулась до кнопки второго этажа и нажала её.

Глубокий вдох чистого воздуха — это было первое, что она сделала, нетвёрдой походкой выйдя из лифта. Чистота здешнего воздуха была спорна, так большую часть этажа занимала лечебница, но для человека, проведшего в одном помещении с орками не самые весёлые минуты своей жизни, запах медикаментов не уступал свежести гор.

Осознание того, что она вышла из образа, было подобно струе холодной воды из водного пистолета. На шпионское счастье, нежелательных прохожих и приспешников зла в коридоре не наблюдалось, и Даша отправилась на поиски склада.

Хранилище совков и мётел защищала большая круглая металлическая дверь, как в банковских хранилищах. Маги подходили к сохранности школьного инвентаря серьёзно и с размахом. Дверь была слегка приоткрыта, поэтому проблем с проникновением не возникло. И только недружелюбный полумрак и прерываемая тихим скрипом тишина навели девочку на первые здравые за день мысли: «А завсклад орк или маг? У меня нет никаких документов, мне удастся прикинуться новенькой?». Документы обеспокоили её гораздо больше личности завсклада — взрослые просто обожали бумаги, справки, подтверждающие правдивость этих бумаг, и справки справок, подтверждающие правдивость первых справок. В своё время ей довелось вместе с мамой посидеть не в одной очереди за очередной бумажкой или квитанцией. Но что сделано, то сделано, в конце концов, её глупое выражение уже прошло одну проверку.

Единственным источником света здесь была настольная лампа, выглядывающая за тёмным неприступным бастионом, при ближайшем рассмотрении оказавшимся закрытым письменным столом. За ним сидел карл, древмирский аналог гнома, однако он сильно отличался от киношных сородичей. Во-первых, обязательный для этой воинственной расы топор отсутствовал, вместо него было гусиное перо. Во-вторых, борода. Она, слава Профессору, существовала, однако в самом коротком и элегантном варианте, и давала фору щегольской бородке Мирздрава. И, в-третьих, одежда. Никакой брони, лат и прочего железа. На нём был надет прадедушка смокинга, подчёркивающий строгость обстановки. В общем, завсклад «П. Скряжник», как гласила табличка на столе, создавал впечатление трудоголика, в чьих жилах вместо крови текли чернила, а вместо глаз стояли сканеры.

Даша собралась с духом, кашлянула пару раз для внимания, и пошла начала налаживать контакт:

— Здравствуйте! — на приветствии заряд храбрости закончился. — Эм-м, не могли бы вы уделить мне одну минутку? — вход пошла вежливость.

Скряжник уверенными движениями левой руки завершил предложение, поставил перо в чернильницу и вытащил из нагрудного кармана часы на цепочке. Похоже, слова о минуте он воспринял всерьёз.

— Чем могу помочь, — сухо осведомился он. Голос его был низким и очень приятным, несмотря на отсутствие эмоций. Под колючим взглядом Скряжника, Даше почему-то захотелось вывернуть карманы и дать отпечатки пальцев. Наваждение продлилось недолго, видимо, внимательный к бумагам карл не тратил силу «сканеров» на людей, тем более таких незначительных, как новички.

— Я здесь недавно, вещи и прочее не приехали… В общем, я новая ученица. Насчёт формы, это ведь к вам, не так ли?

Мужчина ответил не сразу, заставив её понервничать.

— Странная одежда, — наконец заключил он.

— Эльфийская мода, сами знаете, — Даша неловко засмеялась, проведя рукой по волосам. Шутка была так себе, ведь с момента пришествия в Древмир карлы жили бок о бок с эльфами и наверняка знали о моде вечно молодого народа, если не задавали её. Гном в официальной одежде с часами на цепочке — ребятам рассказать, не поверят. — Я всё-всё подпишу, даже если б/у или некомплект, только выдайте, пожалуйста, хотя бы плащ! А то косятся тут всякие…

— Ты… Что ты сказала? — глаза завсклада расширились, и Даша впервые увидела эмоцию на его беспристрастном лице: удивление.

— Ну, это, форма, подпись. Так ведь дела делаются в серьёзных организациях.

Скряжник ничего не сказав в ответ, спустился со стула с регулировкой высоты и, побренчав связкой людей, скрылся в полумраке. «Впервые вижу ученика, знающего о порядке. Одна перемена за другой, ох не к добру это, не к добру…» — из темноты донеслось приглушенное бормотание, продолжение которого заглушили щелчки десятка механизмов и финальный скрип чего-то массивного.

От нечего делать Даша приподнялась на цыпочки и заглянула за перегородку «стола-бастиона». Документ, над которым корпел карл, представлял собой детальный разбор какой-то церемонии с длинным списком условностей, без которых важное событие пойдёт крахом. «Кто с кем стоит, какие цвета разрешены, кто говорит первым… — длинные ряды идеальных строчек так и клонили в сон. — Тоже мне документ первой важности! Рядом ходят орки, а он тут имитирует бурную деятельность, переписывая старые документы» — воспоминание о приспешниках Гадикуса произвело бодрящий эффект, и по возвращении Скряжника, таком же внезапном как и уходе, Даша была настороже.

Положив на стол серый свёрток, карл принялся воодушевлённо рыться в бумагах.

— Всегда держал под рукой… Ах, вот! — и Даше протянули древмирский аналог «лицензионного соглашения». Имея опыт установки не одной игры, она прочитала начало и конец, и убедившись, что глупые приписки наподобие: «Ваша душа отныне принадлежит господину П. Скряжнику» отсутствуют, подписала документ под именем «Дария Отмира». Если присмотреться, то можно было увидеть маленький пробел между «от» и «мира». Ну, оно, по крайней мере, задумывалось — исполнение вышло не очень, потому что перо было менее манёвренным, чем шариковая ручка и требовало сноровки. «Надеюсь, Мирздрав не будет меня ругать» — девочка с замиранием сердца проследила, как карл принимает свиток, окидывает его цепким взглядом и прячет в ящик. Её полуправду приняли на веру, как Скряжник, так и возможная система магической защиты. Маги ведь не могут быть доверчивыми, не так ли?

— Забыл просить твой факультет…

— Ой, общий, — «вспомнила» Даша и послала виноватую улыбку.

— … но я догадался об этом, — самодовольно усмехнувшись, продолжил карл. — Возьми, сапог нет, зимняя партия ещё не пришла, хотя я заказал её месяц или неделю назад? — доселе оживлённое лицо Скряжника внезапно утратило краски, и карл неожиданно вернулся к бумагам, всем своим видом показывая чрезвычайную занятость.

Такая резкая смена настроения вызвала недоумение, но стоило Даше взять свёрток на руки и разглядеть эмблему общего факультета, как ей стало не до странностей собеседника. Школьная форма мага. Она наконец-то сделала это. День, когда будет сотворено первое заклинание не за горами, теперь, когда она знает о прямом телепорте в академию, дела сдвинутся с мёртвой точки.

Вопрос, что делать дальше возник, едва она оказалась в коридоре. Простояв с минуту в раздумьях и так и не придя к решению, Даша решила вернуться назад и спросить дорогу к коменданту общежития. По словам Вити, именно этот человек открывал ворота во взрослую жизнь с собственной комнатой и дверью на замке, раз она теперь считается ученицей, то можно и понаглеть. За штаб-квартиру в тылу врага Мирздрав должен, как минимум, вручить орден.

Однако стоило обратиться к изображающему чрезвычайную занятость Скряжнику, как тот взорвался бурей негодования.

— В твои годы я здоровался со старшими! — это обвинение вырвало девочку из оцепенения. Да, она назойлива, но ведь не до такой степени, чтобы на неё изливали недовольство от помарки в документе. Как взрослый карл мог отнестись к ней более снисходительно.

— Да я пару минут назад с вами здоровалась!

— Я бы запомнил такую нахальную девчонку, — карл нахмурившись, резко встал со стула, видимо, чтобы высказать ей пару ласковых, но практически сразу же сел обратно и взялся за перо. Его сосредоточенное лицо ничем не выражало недавней вспышки раздражения.

Даше ничего не оставалось кроме как восхититься стальной выдержке взрослого. «Каждый раз когда у него зашкаливают эмоции, он успокаивается и возвращается к работе. Вот что значит профессионал! Злюкина о таких говорила, точнее она говорила нам быть такими. Хотя стоп, разве это нормально?» — она резко обернулась, но нет, Скряжник не сверлил её спину злыми глазами, беззвучно шепча проклятья, а преспокойно занимался своим делом. В голове вертелась одна достаточно глупая мысль, проверка которой могла стоить безопасного путешествия по Академии. Победило любопытство.

— Добрый день! — вновь постучав по стойке, Даша широко улыбнулась. Любите разводить церемонии — получайте, ей не сложно.

— Добрый, — Скряжник в очередной раз оторвался от своего занятия и посмотрел на неё. На его лице не промелькнуло ни капельки узнавания. — Чем могу помочь? — спросил он, когда молчание затянулось.

— Вы уже помогли… Спасибо, до свиданья…

Когда Даша последний раз посмотрела на хранителя барахла магов, тот увлечённо водил пером по бумаге. «Я всё поняла: у него память — решето! Или он NPC. Ужас, они всё-таки существуют. Каждый день делать одно и то же, быть вечным помощником настоящим героям — я б так не смогла».

Положить конец косым взглядам она решила в лечебнице. Заодно можно было взглянуть на банки-склянки магов. Раз в этом мире существовало зелье правды, то могли быть и другие, не менее интересные и мощные.

Радужные мысли о приятных бонусах прогулки, прервал грохот со стороны лифта. Поддавшись панике, Даша, едва не потеряв равновесие, рванулась к ближайшей двери. На её счастье, та оказалась незапертой.

Ровные ряды кроватей. Тело сделало всё само, повинуясь инстинкту из детства. В себя девочка пришла под самой дальней кроватью, лёжа в клубах пыли и мелкого мусора. Прикрыв рот рукой, она попыталась абстрагироваться от реальности. «Тут десятки дверей, не факт, что они зайдут именно в эту комнату».

Когда голоса приблизились и дверь лечебницы распахнулась, закон подлости в который раз доказал своё существование и немалую власть на судьбы людей.

Орков было трое. И все они остановились как раз напротив Дашиной кровати, распространяя вокруг себя неповторимый аромат месячного запоя.

— Берём строго по две, а не как в прошлый раз. И смотрим по сторонам — этот сегодня в патруле, опять учудит.

Раздался звон стеклянных бутылок и несколько сочных комментариев об загадочном «этом». Ну, конечно, дальние кровати стоят около стеллажей, она сама подставила себя под удар!

— Эх, могут же, когда попросишь! — довольно крякнул один из орков, видимо, сняв пробу с «лекарств». — Хоть какая-то польза от этих слюнтяев.

— Я буду скучать по ним.

— По кудесникам?!

— По их пойлу, песок тебя забери!

Под громкий гогот любители кудесниковых микстурок удалились. Выждав для верности время, самоназначенная разведчица сил добра выползла из своего укрытия и принялась отряхиваться. Что-то в этом приключении пошло не так. Герои должны прятаться от «алчущих крови» врагов, древмирские же орки желали совершенно другого и на возможных героев не обращали внимания.

Её чувства избранной были серьёзно задеты и практически растоптаны суровой реальностью. «Одни пьют, другие в бумажках зарылись, третьи спирт не прячут. Каким местом это другой мир «с магией, драконами и злодеями»? Да у нас в Гдетотамовске то же самое! Тьфу!».

С трудом раздобытая форма ученика магической школы доверия не внушала. Слишком лёгкая для зимы ткань серого цвета с множеством разнокалиберных кармашков плохо вязалась с мешковатыми балахонами из фильмов. Хуже всего было то, что роба чересчур плотно прилегала к телу и с учётом того, что её пришлось натягивать поверх старой, конечный результат получился довольно нелепым.

Даша ещё раз крутанулась перед зеркалом и вздохнула. Боевой задор пропал, Академия потеряла свою привлекательность, а настоящие маги ей так и не повстречались. «Маги!» — озарило её. Несчастные люди, подвергшиеся таинственной болезни, превратившей их в безвольных кукол. Она и не взглянула на них!

Позабыв обо всём, воспрянувшая духом школьница умчалась в гости к сверстникам. Если бы она задержалась в лечебнице, и порылась в вещах, как изначально планировала, то нужда куда-либо бегать отпала. В раскиданных по столу и частично по полу покрытых слоем пыли бумагах было подробно описано начало «эпидемии». Правда, записи обрывались на пятом дне наблюдения, словно исследователю надоела эта скучная работа, и он переключился на что-то более интересное. В скрытой за стеллажами с зельями каморке можно было его найти и узнать, на что он променял жизненно важное для магов исследование. С бессмысленным взором один из гениев древмирской медицины изо дня в день изготавливал… самый обыкновенный спирт. И не он один, весь второй этаж погряз в этом деле, кроме Скряжника, которому поручили переписать на современный язык дословное описание церемонии назначения Архимага лидером страны кудесников.

***

Подъем по лестнице согнал с Даши семь потов, и мысль о недопустимости использования лифта подверглась нещадной критике. В конце концов, орки оказались не такими страшными, какими она их вообразила. «Обычные такие приспешники зла со своими проблемами, например, похмельем, интересами — избавиться от похмелья, желаниями — выручить много денег и спустить всё на выпивку…» — Даша помотала головой, отгоняя от себя мысли о круговороте выпивке в наёмнической среде, и сосредоточилась на деле. Итак, этаж, до которого она смогла доползти, судя по цветочным орнаментам на стенах и завядших цветах в горшках, принадлежал либо девушкам, либо магам земли.

Десяток однотипных дубовых дверей выглядел одинаково. Доверив выбор комнаты проверенной временем детской считалочке, Даша наугад постучала в шестую по левую сторону дверь. Ответа не последовало, однако от стука дверь немного приоткрылась — не заперто. Помучившись для приличия муками совести, она вошла.

Представшая её глазам картина потрясла до глубины души. Никогда, ещё никогда она не видела такого бардака. На слоях пыли можно было рисовать картины в человеческий рост, в завалах книг можно было затеряться так, что не вывели и три бригады МЧС — и всё это в комнатушке на пять метров, слабо освещаемой ночником в виде раскрывшейся розы.

«А дяденька Мирздрав оказывается ещё чистюля» — Даша собиралась уйти, когда заприметила кое-что на кровати. То, что она приняла кучу небрежно брошенной одежды, на самом деле являлось хозяином комнаты. Человек неопределённого пола был настолько бледен, что практически слился с двумя одеялами, в которые он завернулся подобие гусеничного кокона. Даша вздрогнула и отшатнулась. Итак, перед ней лежит безучастный к вероломному вторжению юный маг. Осталось определить его пол, наконец-то понять, в чём заключается болезнь магов и вернуться в кабинет Мирздрава.

С чего начать разговор с подростком из магического мира, который в силах вырастить взрослое дерево за час или превратить землю под тобой в зыбучую грязь? Пожалуй, она начнёт с классики.

— Привет. У меня соль закончилась! И спички! А в конспекте по истории пропущена одна лекция, не поможешь?

Дальнейший разговор прошёл тяжело, однако цель сегодняшней прогулки была достигнута. Теперь Даша в полной мере осознавала, что такое «лишиться собственной воли», и от этого знания в душе стало гадко и мерзко.

Кожаный ремешок на руке потеплел — время вышло. Обратный путь к кабинету истории в памяти не отложился, как и активация телепортационной установки.

— Как всё прошло? — Мирздрав выглядел обеспокоенным. Ещё бы — отпустить подростка в такое место — каждый бы поседел от переживаний. Хорошо, что до разговора с больным магом, она толком не понимала, куда напросилась.

— Давайте поговорим на свежем воздухе, кажется, я за эти два часа собрала всю пыль вашей башни, — девочка натянуто улыбнулась, со стыдом вспомнив свои, кажущиеся теперь детскими, прятки по Академии.

После полумрака и опустошённости Академии, Тёмный лес показался Даше самым живописным местом в её жизни. Снег наконец-то пробился сквозь плотный древесный навес, принеся с собой морозную свежесть и укрыв собой тёмные прогалки, коварные корни и необычных цветов и размеров растения.

— Что-то случилось, да? Тебя поймали на воровстве? — от предположения Мирздрава Даша встала как вкопанная, позабыв про только что открытые красоты леса.

— С чего вы решили?

— На тебе форма общего факультета, причём новая, нет остаточной магии. И твоё лицо по возвращении… я подумал, что случилось худшее.

— Лицо? — переспросила она и даже потянулась, чтобы проверить, что в нём неправильного, но вовремя одёрнула руку. — Дяденька Мирздрав, форму я взяла на складе, выдав себя за новую ученицу. Как видите, сработало, а вы всё: «своруй-своруй».

— Погоди-ка, — маг изменился в лице, — представилась новой ученицей? И тебе поверили?

— Ну, да, Скряжник, конечно что-то там ворчал, но форму дал, правда, без сапог.

— Скряжник? Скряжник Подземный? Въедливый до циферок карл, который душу выпьет, пока не получит свои дурацкие подписи?!

— Ну, не буду бить себя в грудь, но да, он походит под это описание.

Мирздрав издал отчаянный стон, стянул с головы шапку и принялся её ожесточённо мять от избытка чувств.

— Ты подписала? — нервно уточнил он.

— Ну, да, — девочка насторожилась, предчувствуя, что ей сейчас откроют подвох бесплатной выдачи казённого имущества. — Я не под своим именем, вы не думайте.

— Подписи — это бестолковая выдумка карлов с их бумажной волокитой в головах. Перо! Проблема в нём! Оно запоминает ауру и вносит её в хранилище Академии!

— Но… я же не маг, у меня нет этой самой ауры…

— Аура есть у всего!

Мирздрав прекратил мучить шапку и уставился на притихшую горе-разведчицу недобрым взглядом. Одно быстрое движение — и по лесу раздалось обиженное: «Ай!». Вот чего она не ожидала от взрослого мужчины, когда-то работавшего учителем, так это щелбана.

— Оставим это, — маг натянул шапку обратно, — что ты видела?

— Орков, Скряжника и… — в памяти всплыл «разговор» с учеником, — … ученика. Девчонку моего возраста. Говорить не хочет, конспектами делиться тоже, вот такая вот вредина.

Установилась тишина. Мирздрав смотрел на неё, а она, ощущая тяжесть его взгляда, на припорошённое снегом жилище мага. Ей следовало продолжить:

— Знаете, в самом начале, я думала, что это всё окажется шуткой. Ну, смешно это: спасение другого мира — и нам. Мы же ничего не умеем, у нас в школе только лыжная и волейбольная секции, — говорить стало легче — Мирздрав тоже заинтересовался семейной лабораторией. — Потом мне стали рассказывать о вашем мире, и я подумала: «А что тут сложного?». Дальше вы знаете: страхоед, зелье правды, наши с вами поиски… Если подумать, Гадикус же никого не убил, всего лишь собирается стать новым архимагом — казалось бы, ничего страшного… — в глазах защипало. — Карлы умеют колдовать?

Ответ последовал не сразу:

— У них своя магия, магия камня.

— Значит и он тоже, а я-то подумала на другую болезнь, — если ей выпадет второй шанс попасть в Академию, она извиниться перед карлом. Пусть даже он этого не запомнит. — Дяденька Мирздрав, то, что сделали с магами, хуже смерти. Извините за то, что я этого не понимала. Извините за то, что давала глупые советы. Извините за то, что … Что вам попалась такая никудышная Избранная!

Щекам стало холодно. В конце концов, зима не лучшее время для запоздалых слёз.

 

 

  • 3 ГЛАВА / Ты моя жизнь 1-2 / МиленаФрей Ирина Николаевна
  • Своя игра / В созвездии Пегаса / Михайлова Наталья
  • Зонтик. / Ayuki
  • 6. Самому важному человеку. / Эй, я здесь! / Пак Айлин
  • Глава 3 / Мир ведьминых снов / vallentain
  • Здесь и сейчас / Девятый вал / Рыжая
  • Лишь мы с тобой / Любви по книжкам не придумано / Безымянная Мелисса
  • Покер / Заповеди цинизма / Рыжая
  • СИГНАЛ / Адамов Адам
  • Коровы ели туман / Леднева Дарья (Reine Salvatrise)
  • Сказка о (не)везении / Кира Котвель

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль