Глава 1.Смертельное гостеприимство

0.00
 
Корчменная Анна
Герои Ландории:Разные дороги. книга 3
Обложка произведения 'Герои Ландории:Разные дороги. книга 3'
Глава 1.Смертельное гостеприимство

Давид открыл глаза и взгляд тот час же уперся в серые своды скалы. Настолько гладкие и отвесные, что медленно падающий снег соскальзывал вниз, прямо на весьма удачно лежащего темного эльфа.

Холод пробирал до костей. Чувствуя, что замерзает, Давид торопливо встал. Но сильно ушибленной голове такой маневр пришелся не по вкусу. В глазах потемнело, земля резко подпрыгнула вверх, поплыла волнами перед глазами. К горлу подкатила тошнота кисло-сладким комом, темный эльф судорожно сглотнул. Чтобы не сползти обратно на холодную землю, пришлось упереться плечом в скалу.

Подождав, пока головокружение пройдет, и земля остановится, он обернулся на то место, где лежал минуту назад. На потемневшем, вдавленном снегу алело внушительное кровавое пятно.

Давид инстинктивно потянулся к гудящему затылку. Боль от прикосновения заставила невольно скривиться, но крови на ладони к счастью не было.

— Хоть смерть от кровопотери мне не грозит, — Давид уныло осмотрелся. Он стоял на узкой заснеженной тропинке, зажатой между двумя одинаковыми как близнецы скалами. Холодную звенящую тишину, царящую здесь, прерывали лишь редкие порывы ветра, бросающие россыпи снежинок прямо в лицо. — Ну, и куда меня занесло?

То, что произошел какой-то сбой в портале, Давид почувствовал почти сразу. Все тело обвили липкие черные нити, не давая двинуться. Тугие путы стянули тело врезаясь в кожу и причиняя боль. Любая попытка освободиться, лишь усиливала ее. А потом последовал резкий, мучительный, почти осязаемый толчок в сторону — ощущение полета, удар и темнота.

"Где остальные?"

Оглядываться и звать друзей нужды не было. Он был один. Давид знал это еще лежа на снегу. Чувствовал как внутри разрастается черная бессловесная пустота.

Криво ухмыльнувшись ей, словно это могло помочь, Давид бездумно двинулся вперед. Нормально осмыслить ситуацию и разработать хоть мало-мальский план действий не давала болезненная тяжесть в затылке. Он просто брел, с трудом передвигая ноги по заснеженной тропе, изредка смахивая опавшие на ресницах снежинки.

Из тумана путанных размышлений Давида выдернул едва различимый шепот, доносящийся из-за скалы. И теперь узнать место не составило труда.

«Прелесть. Меня занесло прямо в гномий муравейник».

Еще пару шагов, Давид обогнул поворот, и перед ним развернулась вполне ожидаемая картина — тропинку перекрывала шеренга из плотно стоящих, плечо к плечу мужчин. Каждый был облачен в отменные кованые доспехи, так редко используемые в Ландории, и вооружен длинной острой пикой, либо алебардой.

— Стоять, — хрипло приказал их командир. На нем была броня цвета чистого золота.

— «Редок», — без труда узнал мэра Трогма Давид.

— Дальше не пройдешь.

— Сам вижу, — Давид насмешливо прищурился. — Что-то мелкое и бородатое преградило путь.

— Это кто там такой идотски смелый? — Редок сделал шаг вперед, и его большие карие глаза удивленно расширились. — Давид? А ты что тут забыл? И где остальные? — гном выжидающе взглянул ему за спину.

— Сам бы хотел это знать, — Давид раздраженно передернул плечами.

— Ох, бедный эльфишка, потерялся. Какая жалость, — Редок, кривляясь, всплеснул руками. Раздались ехидные смешки и реплики солдат.

Но каменное, безразличное выражение, отразившееся на острозаточенном смугловатом лице Давида, свело на нет все веселье.

— Так, вы меня пропустите? Или еще раз попытаетесь удивить отсутствием зачатков интеллекта?

— А куда ты так торопишься? — Редок сделал вид, что не заметил грубости. — И почему пешком? Где твой знаменитый Зеро, за которого дают больше, чем вся казна моего города?

— Тебе какое дело? — вопросы гнома раздражали хотя бы тем, что Давид не знал на них ответа.

Редок понимающе кивнул.

— Дай угадаю: Избранные встряли в очередную переделку? Послало же Равновесие нам героев.

«Какой смысл с ними вообще о чем-то говорить?»

На лице Давида вновь появилась маска полного отчуждения.

— Ладно, можешь не отвечать.

Давид даже не сразу поверил в искреннее дружелюбие, мелькнувшее в голосе Редока.

— Предлагаю хоть на часок заглянуть в Трогм. Хоть в порядок себя приведешь, видок у тебя жалкий, даже по меркам слюнявых эльфов.

Давида всего передернуло.

— Идти в одиночку в город, где готов прибить просто за оскорбляюще произнесенное вслух — «темный эльф». Ага, отличная идея.

Редок насмешливо сложил руки на груди.

— Да ты не боись. Никто на твою избранную шкурку не позарится. Ты ж у нас — спаситель. Его Отмороженность — Воплощение воли.

Давид всей душой хотел послать гномов с их предложением, но усиливающаяся головная боль, коченеющие даже в перчатках пальцы и урчащий от голода желудок сделали свое дело.

— Ладно, загляну в вашу деревушку.

Главной особенностью Трогма были здания, ничем не отличающиеся друг от друга. Трактир, ратуша, пивоварня — все постройки были двухэтажными, из красного кирпича с покатой белой крышей и аккуратными квадратными окнами — шесть внизу, четыре — вверху.

Дом мэра не был исключением. Выявить его среди прочих можно было лишь по гордо развевающемуся на крыше, знамени Трогма — скрещенные щит и булава.

Обстановка внутри была не менее лаконичной. В гостиной пара кресел, стоящих по углам, слева у стены прямоугольный деревянный стол и четыре стула с высокими спинками. Вся мебель темная, с изогнутыми резными ножками. Напротив был дверной проем, в котором виднелась широкая белая печь и стол, загроможденный кастрюлями и тарелками. А рядом — узкая деревянная лестница на второй этаж. На голых каменных стенах висел портрет мэра и несколько канделябров с белыми свечами, на окнах — льняные полотна вместо штор, украшенные неброской красной вышивкой. Дощатый пол застилал палас ручной работы — на нем тускло-красные полосы чередовались с черным и белым цветом.

— М-да, не так я представлял себе жилище меркантильного существа, — Давид неспешно снял заснеженную черную безрукавку и, небрежно бросив ее на спинку стула, с плохо скрываемым наслаждением приземлился в одно из кресел. — Или ты все золото хранишь под матрасом?

— Я ищу выгоду не для себя, а для города, — Редок скрылся на кухне, а Давид, расслабленно откинувшись на спинку, закрыл глаза. Усталости он не чувствовал. В голове зудела только одна мысль, не оставляя места даже для боли.

«Где остальные? Если они попали в ловушку, то это просто катастрофа. Их трое, нужен четвертый. Нужен — я».

Гулкие шаги по скрипучему полу вернули Давида к реальности.

— Вот, приложи к ране, — Редок протягивал ему мокрую белую ткань, источающую насыщенный травяной аромат.

— Что это? — Давид взял тряпку и с недоверием принюхался.

— То, что поможет тебе не кривиться от боли каждые полминуты, — Редок снисходительно усмехнулся. — Уж прости, супер-магов и смазливых хранительниц у нас нет, поэтому приходится выкручиваться своими силами. Вылечить, конечно, не вылечит, но болеть не будет — гарантирую.

— Ладно, — Давид осторожно приложил ткань и невольно вздрогнул. На голову будто бы снежная лавина обрушилась, но неприятное ощущение быстро отступило, унося с собой и боль. — Подействовало, кто бы мог подумать.

— А ты чего ждал? — Редок снова исчез на кухне.

— Не знаю, — Давид слабо улыбнулся сам себе. — Разъедающего яда, наверное.

— Ну, яд-то эффективнее внутрь принимать. Думаешь, для чего я тебя кормить собрался? — Редок вернулся, неся в одной руке кастрюлю, а в другой — две тарелки и ложки.

— Тогда я спокоен, — Давид переместился за стол. — А то я заподозрил тебя в гостеприимстве и, самое ужасное — дружелюбии.

— Обижаешь, эльфишка, — Редок выплеснул Давиду в тарелку некую густую субстанцию, смутно напоминающую суп. — Уж к тебе я дружелюбия испытывать точно не способен.

Наполнив и свою тарелку, гном приступил к поглощению еды. Давид нехотя зачерпнул неприглядную жижу, в которой плавали куски жира и кожи.

Да, это был определенно суп, только приготовленный еще минимум месяц назад, к тому же, Редок даже не потрудился подогреть его.

«А я еще над кулинарными талантами Криса издевался…»

Давид глотнул суп как можно быстрее, чтобы не чувствовать вкуса. Силы ему нужны были в любом случае.

Опустошив свою тарелку, Редок откинулся на спинку стула.

— Ну, как обстоят дела в борьбе со злом?

— Все живы-здоровы. Причем, это касается обеих сторон, — Давид отодвинул от себя тарелку с остатками супа. Проглотить весь этот отвар он так и не смог.

— Странно. Мне казалось, вы давно должны были победить. Ведь на вашей стороне сражаются такие сильные воины, как наш Хэл.

Давид безучастно повел плечом, голову занимали совсем другие мысли.

«Нужно найти хоть какого-то мага, чтобы связаться с Даниэлем, а потом…»

— Эх, какой был воин, — Редок нарочито громко вздохнул, обращая на себя внимание. — Такие рождаются один на миллион. Ты как считаешь?

— Определенно. Трехметрового гнома видишь не каждый день, — Давид устало смахнул со лба упавшую прядь. Голова снова начинала болеть. Но уже от болтовни Редока, мешавшей думать.

— А я не только о росте. Его боевые умения тоже не знали себе равных.

— Да уж, не знали, — губы Давида против воли изогнулись в ироничную усмешку.

Заметив это, Редок нахмурился.

— Я думаю, что солдат, отдавший свою жизнь за Родину, достоин большего уважения, чем ехидная гримаса Избранного. Он сражался бок о бок с вами. И, кстати говоря, мне очень интересно — кто именно убил нашего несокрушимого чемпиона?

— Так вот в чем причина такого неожиданного гостеприимства, — Давид медленно наклонился вперед. — Вынужден тебя огорчить, ничего нового я не сообщу. Хэла убил Ники — боец армии Ашандара.

— И все? — Давид отчетливо услышал в голосе гнома даже не раздражение, а нарастающий гнев. — Ты хочешь рассказать мне только это?

— А ты на что надеялся? На кровавые подробности?

— Очень интересно, — крепкие кулаки Редока медленно сжались. Карие глаза смотрели с все большим вызовом. — А то, что Ники и Кристиан Рамирес, четвертый Избранный, — одно лицо, ты сообщить не хочешь?

И снова безразличный взгляд. Давид не счел нужным изобразить хоть подобие эмоций на лице.

— Зачем? Тебе и так все известно.

— Известно! — выпалил Редок и вскочил из-за стола, но сделать даже шаг к Давиду так и не решился. — И я, нет! Все жители Трогма ждут, когда Избранные принесут нам извинения за это чудовищное событие.

— Значит, ждать придется долго, — Давид в упор посмотрел на Редока. — Ты сам знаешь, каким идиотом был ваш воин. Хэл должен был просто разведать нахождение противника, но ему захотелось славы. Вызвал Ники на бой и тем самым чуть не угробил свой отряд.

Перед глазами встал трехметровый гном с вечно широкой улыбкой и длинной черной бородой, заплетенной в косу. Он был глуп. Беспросветно глуп и постоянно раздражал своими попытками померяться с Давидом силой. Но такой мучительной смерти, Хэл определенно не заслужил.

— Его погубила жажда славы, — повторил Давид, и голос как всегда нес насмешливую прохладу, скрывая истинные эмоции. — Хэл только и делал, что трепался о том, как достоин стать новым Воплощением Силы.

— Конечно, достоин! — запальчиво выкрикнул Редок со своего края стола. — Он самый великий воин из тех, кого я знал!

— Кристиан, который тогда весил килограмм тридцать, — оглушил его ударом с кулака. — Давид сузил глаза. — Выводы делай сам.

Круглое розовощекое лицо Редока медленно вытянулось. Скулы заходили ходуном.

— Я давно понял, что гномам с Избранными не по пути. Наши предки сделали правильный выбор.

— Ты о чем вообще? — Давид выпрямился. Что-то в голосе мэра заставило насторожиться.

«Это не пустая болтовня».

Редок отходил все дальше к лестнице. Дыхание учащалось.

— Меня предупредили, что мимо Трогма будет проходить кто-то из вас. И как же я рад, что попался именно ты — темный эльфишка.

Рука Давида скользнула к кинжалу, но было поздно. Гном что-то уронил на пол, и комната заполнилась темно-красным туманом.

— Какого…?! — Давид, ничего не видя, бросился к двери. Расположение мебели в комнате он помнил прекрасно, но к выходу добраться не сумел. Руки натолкнулись на неизвестную преграду. Холодную и твердую, как айсберг.

— Уже уходишь?

Дымка рассеялась, и Давид увидел прямо перед собой Зельду. Полудемонша, склонив голову набок, разглядывала Избранного, словно редкую, дорогую вещь перед покупкой.

Рефлекс сработал быстрее мысли. Рука выдернула из-за пояса кинжал. Едва заметный глазу бросок, и оружие застыло в воздухе. В миллиметрах от пустых серых глаз Зельды.

— Хорошая попытка, — она спокойно взяла зависнувший кинжал, попробовала остроту лезвия пальцем. — В прошлом вполне мог стать для меня смертельным.

«Нужно выбираться. Сзади дверь на кухню, там окно. Может, есть шанс…»

Но шанса не было. Едва Давид сделал осторожный шаг назад, как Зельда выбросила когтистую лапу вперед. Сполох чудовищной силы ударил по ребрам. Давида шарахнуло о стену. Грудная клетка едва не проломилась от невидимой тяжести. Эльф соскользнул тяжелым кулем вниз.

Стараясь сосредоточиться на дыхании, Давид оперся на ладонь и попытался встать. Но тело будто пригвоздили к полу.

Зельда неспешно подошла к тяжело дышащему Давиду. Склонилась над ним, убрала упавшие на лоб волосы и заглянула в глаза.

— Удивительно, — полудемонша с едва скрываемым разочарованием качнула головой. — Даже теперь. С силой Ашандара я не могу прочитать твои мысли. Впрочем, я и так знаю. Ты боишься.

Давид молчал. Говорить было нечего. Он попался, все было предельно ясно и без слов.

— Один, без друзей, — Зельда говорила с почти искренним сочувствием, по-матерински заботливо поглаживая Давида по щеке. А он не мог даже пошевелиться. В голове стучал только один вопрос: «Смерть или плен? Наверняка второе».

— Хотя будь они здесь, все равно не помогли бы, — очередная неестественно слащавая улыбка, открывающая единственный развитой клык. — Наверное, уже знаете, что против меня медальоны бессильны? — Зельда замолчала, видимо, ожидая ответа.

Но Давид снова промолчал. Просто так, из-за упрямства.

— Не любишь пустой болтовни? Что ж, тогда поговорим откровенно, — Зельда выпрямилась и отошла назад. Невидимая тяжесть на груди исчезла. Давид громко вдохнул и осторожно поднялся на ноги, не спуская с нее глаз.

— Сомневаюсь, что ты можешь сказать что-то интересное. То, что я вляпался — это и так понятно.

— Но не все для тебя потеряно, мальчик мой, — полная приторной сладости улыбка полудемонши вызывала зубную боль. — Ты вызываешь у меня наибольший интерес среди Избранных, не скрою. А также наибольшее уважение. Я отдаю себе отчет в том, что примитивными пытками, физическими и моральными, тебя сломать, возможно, не получиться.

— И? — Давид приподнял бровь.

— Я хочу договориться с тобой. Чтобы ты перешел на мою сторону добровольно.

— Договориться? — ироничная усмешка скользнула по лицу Давида. — Знаешь, я так заинтригован, что даже хочу тебя выслушать. В чем же заключается мое задание?

— Все очень просто. Тебе нужно убить одного из своих друзей, — голос Зельды прозвучал настолько буднично, словно она и вправду просила не о предательстве, а сходить в лавку за продуктами.

А вот Давиду удержать невозмутимое выражение не удалось. Неуместный смех сам рвался из груди.

— Ты и вправду чокнутая, — он покачал головой. — А что будет, если я откажусь? Убьешь меня? Пожалуйста. Особой любви к жизни я не испытываю.

Зельда усмехнулась.

— Почему сразу убить? Сказала ведь — хочу договориться. Значит, мне есть, что тебе предложить.

Давида вновь затрясло от смеха.

— О, вот эта интрига. И что же ты можешь мне предложить? Особый статус в будущей империи? Горы золота? Или, может, объятия тысяч девственниц?

— А тебе они нужны? — Зельда прищурилась, хитро и снисходительно одновремено. — Тысячи девственниц? Насколько я знаю, тебе нужна всего одна.

— Какая жалкая попытка меня задеть, — Давид лишь усмехнулся. — От той, которая величает себя Черной королевой, я ждал чего-то более изощренного. Просто позор.

— А это не попытка. Это и есть обещанная награда. Я смогу сделать то, что не подвластно никому — верну твою любовь.

«Это обман. Она за дурака меня держит».

Мысли были трезвыми. Мысли были правильными, вот только сердце их не слышало, пустившись сумасшедшим галопом. Словно почуяв его участившийся ритм, Зельда еле заметно кивнула, довольная своим выбором.

— Даниэль говорил, что вернуть кого-то к жизни невозможно, — слова бежали друг перед другом, пытаясь отогнать напрасную надежду.

— Так и было на тот момент, — подтвердила Зельда. — Но сейчас, когда к моим знаниям добавились силы Ашандара, оживить твою любимую стало вполне реально. И я тебе это докажу.

Зельда стала едва слышно шептать себе под нос заклинание. С каждым словом возле нее образовывался светло-золотой туман. Затем, достав из-за пояса ритуальный кинжал, взрезала себе ладонь и брызнула в самый центр клубящейся дымки.

Туман взвился вверх до самого полка, и вдруг схлынул плотной неосязаемой волной. А на его месте стояла погибшая невеста Давида.

Несколько секунд влюбленные просто ошарашенно смотрели друг на друга. Давид изо всех сил пытался рассмотреть в стоящей перед ним девушке хоть малейшее отличие от невесты. Точнее он считал, что этим занимается. На самом деле, он просто смотрел на Арин’далу. Длинные, ниже пояса волосы цвета зрелой пшеницы, широко раскрытые от удивления светло-голубые глаза, тонкие, благородные черты лица и изящная фигура. Она была безупречна, прекрасна, и сердце эльфа болезненно сжалось.

«Лесная лань — вот какой тотем ей определили старейшины».

Тщательно спрятанные воспоминания, вместе с болью бурным потоком хлынули в голову.

Их соревнование на охоте мастеров. Он тогда победил, обогнал Арин’далу всего на два шага.

— Я тебе поддалась, — все знали, что это не так. Давид знал, что это не так, но Арин’дала просто не могла его не дразнить, иногда доводя до белого каления. Единственная, кто отваживался издеваться над ядовитым Черным Скорпионом.

Первый поцелуй, тогда же.

— Зачем ты так сказала? — Давид смотрит на нее сверху вниз, буквально нависнув над почти воздушной Арин’далой, но та лишь звонко смеется. И вдруг улыбка исчезает. Она смотрит на Давида своими глазищами и, подавшись вперед, страстно целует в губы. Его дыхание сбивается, а сердце сладко замирает. А потом отпускает, так же неожиданно.

— Чтобы убрать твою самодовольную рожу, — вновь разливается серебряный смех. И, гордо вскинув голову Арин’дала, уносится прочь. Как ветер. Как мимолетный мираж.

А потом был дождь. Пронизывающий и равнодушный. Давид баюкает на коленях ее мертвое тело. Голова запрокинута назад. Горло перерезано, рана похожа на второй уродливый рот, и кровь — кровь Арин’далы повсюду. Он не успел на помощь. Опоздал всего на пару минут, но этого хватило, чтобы прервалась жизнь их обоих. И обручальное кольцо, то, которое он так и не подарил, теперь украшало навсегда холодный и безжизненный палец.

— Давид, — позвал тихий, почти забытый голос. — Я так скучала.

И все стало не важно. Война, долг, друзья — все отошло на второй план. Его бросило в неприятный, сводящий с ума жар.

— Давид, — вновь позвала Арин’дала. Сделала несмелый шаг навстречу. Тонкие руки протянулись вперед.

Внутри все оборвалось. Давид резко попятился назад, пока не врезался спиной в стену.

Арин’дала огорченно застыла, на губах играла растерянная улыбка.

— Ладно, время свиданий закончено.

Зельда протянула ладонь вперед, и Арин’дала исчезла.

— Что это было? Как ты это сделала? — Давид даже сам не узнал свой голос — неуверенный и дрожащий.

— Душа твоей возлюбленной, — Зелда явно наслаждалась произведенным эффектом. — И я смогу ее возродить. Уж поверь, врать мне резона нет. Если, — губы демоницы хищно изогнулись, — ты выполнишь свою часть сделки.

— Невозможно, — Давид тряхнул головой, отгоняя дурные мысли. Во рту пересохло. — Я не смогу предать друзей.

— Разве дружба важнее любви? — иронично склонила голову Зельда. — Просто подумай, что будет, когда ваш поход закончится. Даниэль вернется к своей Диане, Кристиан наверняка женится на Анне, и все они будут жить долго и счастливо. А куда отправишься ты? В город, где все будет напоминать о погибшей любви и о шансе, который ты упустил?

— Нет! — Давид оглушительно рявкнул. Все, чтобы отогнать отвратительную мысль.

«А ведь Зельда права».

— Да, что же ты так кричишь? — Зельда усмехнулась, будто прочитав мысли. — Ты же умный парень. Если сделать все осторожно, то сохранишь и оставшихся друзей, и вернешь любовь.

— Вы ведь часто сражаетесь, и тебе наносят кровавые раны… — полудемонша не закончила, многозначительно шевельнула длинными железными когтями.

— Анну хочешь убрать с помощью моей крови? — Давид знал, о ком говорит Зельда с самого начала. — И ты думаешь, что я убью самое доброе создание на земле? А как же Крис? Я не хочу, чтобы он пережил такое. На его долю и так хватит кошмаров.

Зельда ехидно покачала головой.

— Ты действительно сравниваешь свои чувства и чувства этого законченного бабника? Да он забудет о своей великой любви уже через месяц.

— Я так не думаю, — Давид мрачно поджал губы.

— Хорошо. Я дам тебе два дня на раздумья, — решилась Зельда. — Так что выбирай — сохранение чужой любви или возвращение своей.

Полудемонша исчезла в портале, а Давид так и стоял, тупо глядя в пустоту. Перед глазами замерли смеющиеся лица друзей — Анна, Кристиан, Даниэль. Слышался их смех. Но все заглушали всего три слова: «Я так скучала…».

Давид обессиленно сполз по стене и обхватил голову руками. Перед ним стоял выбор, которого, по сути, и не было. Его сердце разрывалось на части. В глубине души он осознавал, что его возлюбленная вернется из мертвых другой. Но разум отказывался верить. Сомнения одолевали им, пронзали изнутри. Как же быть?

  • Так странно / 32-мая / Легкое дыхание
  • Я скоро вернусь / БЛОКНОТ ПТИЦЕЛОВА. Моя маленькая война / Птицелов Фрагорийский
  • Ціна помилки / Argentum Agata
  • Цереус перуанский, скалистая форма / bbg Борис
  • Каштановые сны на хвосте пурпурного дракона / Кроатоан
  • Воспоминания ! / Валексов Валекс
  • 05. F. Schubert, W. Mueller, липа / ЗИМНИЙ ПУТЬ – вокальный цикл на музыку Ф. Шуберта / Валентин Надеждин
  • Восточный календарь / Шалим, шалим!!! / Сатин Георгий
  • Глобальный мир - венец стремленью / nectar
  • Последняя охота Даба Натана Ллойда-Кроу / Грэй Варн
  • Очень личный ассистент / Громова Наталья Валерьевна

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль