Глава 1

0.00
 
Круминьш Дарья
Прелюдия До-Минор
Обложка произведения 'Прелюдия До-Минор'
Глава 1

Человеческие способности вместе с фантазией давно исчерпали себя. Люди уже не в состоянии создать что-то новое, они лишь улучшают то, что создали ранее, а когда улучшать стало нечего, и полёт мысли тут же прервался, человек взялся за самого себя. По этой причине и появился на свет получеловек, полузверь, взявший от скрещённых видов их лучшие физические качества. Все были поражены, ведь чудо генной инженерии осталось в живых, а не испустило дух, как это произошло с плодами прошлых экспериментов. Скажем же "ура" уму людскому!

***

Виктория была до глубины души поражена тем, что детективное агентство, в котором ей посчастливилось работать, мягко говоря, помешалось на одном психически нездоровом подростке. Чего же такого удивительного было в мальчишке, который твердил о том, что он прибыл из будущего? Таких же ребят, как он, с "синдромом Алисы Селезнёвой", было хоть пруд пруди — вот, трое недавно в психушку угодили. А столько внимания к себе привлёк только этот экспонат, ведь других, более важных дел, будто бы и не было.

Виктория проходила мимо «аквариума» — помещения, в котором и содержали паренька, дабы он не свалил. Правда, застеклена эта конструкция была лишь с двух сторон: стена, противоположная той, с которой открывался вид на улицу, примыкала к другому кабинету, а у другой стены была небольшая уборная, которая, естественно, была непрозрачной. Прямо посреди «аквариума» на холодном, выложенном белым кафелем полу, сидел парень, несмотря на наличие рядом стула — такой вот объект всеобщего интереса. На мгновение детективу даже стало жаль заключённого: таким крошечным и ничтожным казался этот паренёк на фоне огромного «аквариума». Мальчишка обернулся, видимо отозвавшись на цоканье каблуков Виктории о пол, после чего та поспешно удалилась.

***

У Александра Лабовица день не задался с самого начала: сначала мужчина чуть не оглох, потому что с утра его разбудила одна из детективов-коллег, Виктория Чернова, проинформировав о том, что "гость из будущего" сбежал, правда, Александр еле разобрал это из криков девушки. Затем, подъехав к величественно возвышающемуся зданию агентства «КОБРа», выяснилось, что вся округа намертво была облеплена журналистами и зеваками, от чего в прямом смысле было «не проехать, не пройти». Только одному Богу было известно, как Александр добрался до входа, столкнувшись с весьма навязчивой проблемой в лице писак. Выбраться из их тесного кольца помогло только волшебное «Комментариев не будет!». Когда мужчина наконец-то добрался до центра событий — «аквариума», он увидел Викторию — высокую, тонкую, изящную блондинку с длинными, но растрёпанными волосами и с почти кукольным личиком, искажённым от гнева. Сама же она, откровенно говоря, срывалась на облепивших её журналистов. Александр был уверен: если бы девушка была бы не в юбке, то кому-нибудь из них точно прилетело бы ногой…

— Не пущу! — кричала она.

— Вы мне все улики перетопчите, гады!

Девушка плотно прижалась к двери «аквариума», защищая вход от нежелательных гостей.

— Так коробка-то пустая! — воскликнул кто-то из особо ярых писак на одном уровне с Викторией, остальные лишь согласно кивали в ответ на его реплику.

— Пошли вон! — взревела она, не желая слышать их оправдания и просьбы.

Александр тихо подошел к ней, шепнув: «Всё, заходи», после чего принял её эстафету и стал не просто перекрывать вход, но и пытаться прогнать надоедливых журналистов вон, что в какой-то момент ему и удалось. Мужчина вывел самых упорных писак к остальной массе, набрал воздуха и выкрикнул, пытаясь развеять нависший над толпой галдёж:

— Никаких объяснений, комментариев и тому подобного не будет, все свободны!

Однако все восприняли этот возглас наоборот, начав ещё больше нападать на него с расспросами, вдобавок и телевиденье подключилось ко всему этому безобразию. Судя по всему, скандала уже было не избежать. Александру, в попытке отбиться от всего этого, уже было трудно защищаться, ведь он даже не заметил девушку с блокнотиком, вплотную подошедшую к нему. Он заметил её только тогда, когда та бойко произнесла: «Простите, а правдивы ли слухи, что вы того человека как в зоопарке держали?». От такого заявления толпа притихла, всем стало охота посмотреть на то, как начнёт выкручиваться и всё отрицать «Змеиный король», как прозвал народ Александра. Собравшиеся, судя по их лицам, выражали крайнее презрение ко всей «КОБРе», хотя раньше они едва ли не боготворили это агентство. А ведь стоило им чуть-чуть оступиться и всё — позорное клеймо. Зря они ввязались в это дело...

— Гражданка!

В относительной тишине тягучий баритон Лабовица зазвучал непозволительно громко. Всё стихло. Казалось, что умолкло даже пение птиц.

— Разве мы похожи на зверей? Он же не всё время просидел в комнате для допросов!

Пришлось соврать, однако этот объект сам же и пожелал остаться в «аквариуме», но разве объяснишь это бушующей толпе? Хотя, судя по осуждающим взглядам, направленным на него, Александр понял, что масса переиначила все слова по-своему, либо вообще пропустила всё мимо ушей. В воздухе повисла гробовая тишина. Время будто бы остановило своё течение. В этой оглушающей и вязкой тиши какой-то мальчишка, одетый слишком тепло для этого времени года, произнёс тихо и хрипло, но казалось, будто он кричал в рупор:

— Монстры, он же гость, хоть и из будущего!

Толпа мгновенно взорвалась, испустив новую волну гудения, уподобляясь пчелиному рою, всецело соглашаясь с анонимным моралистом. Не показывая своего раздражения и отчаяния на лице, Александр схватился за голову, затем словно кошка проскользнул в здание, закрывшись изнутри на все замки, оставляя толпу галдеть снаружи. Он понимал, что надо было сделать этого с самого начала. От досады ему хотелось только выть.

Виктория со своей сестрой-информатором, несколькими детективами и программистами из самого близкого делового окружения Александра, сидели в его кабинете и напряжённо наблюдали за хозяином помещения, который расхаживал вперёд-назад, лихорадочно что-то обдумывая. Немая сцена продолжалась минимум минут десять после объявления собрания, после чего мужчина что-то, наконец, придумав или же наоборот, поняв, что ничего решить самостоятельно он не сможет, остановился, заставив всех непроизвольно вздрогнуть, после чего обратился к немногочисленной аудитории:

— Ну что, товарищи, есть ли идеи? Что вы можете предложить?

Собравшиеся синхронно с растерянным видом покачали головами, некоторые для пущей артистичности развели руками, мол, нет решений и выхода тоже. Александр нахмурился и поджал губы. Солнце, затопившее своим ярким светом кабинет, оттенило лицо мужчины, придав пару жутких ноток его выражению. Голос Лабовица был абсолютно спокойным, когда тот продолжил говорить, но в нём уже начал звенеть металл. Александр медленно, но верно выходил из себя, ведь факторов и катализаторов этому было предостаточно.

— Мы умудрились потерять нашу единственную ниточку к поимке зверочеловека и контролю над временем в одном лице, а у вас нет идей? Что ж, просто отлично! Виктория, что ты смогла выяснить?

Девушка встала и протараторила, как выученный к уроку стих: «Объект стулом ударил по голове уборщика, своровал ключи и ветровку со своей гитарой, которую мы изъяли, а затем выбежал наружу и бросил ключ на входе…».

— Это никуда не сгодится. Непонятно, где нам его сейчас искать… Ладно. Но почему он оставил стул? — процедил Александр, впиваясь взглядом в девушку, на что та бойко ответила кроткое: «Не знаю».

— Садись. Итак, зачем же я вас всех здесь собрал? Сейчас для нас главное не схватить объект, а наблюдать за ним, но самое главное — не вспугнуть его. А то ни мутанта, ни парня мы не поймаем. Расскажите об этом объекте всем своим знакомым, нужно распространить о нём информацию и начать слежку. Но запретите людям каким-либо образом контактировать с ним, даже если тот пойдет дальше что-то грабить. Останавливать и ловить только тогда, когда тот начнёт убивать. В остальных же ситуациях, ни на какой контакт с ним не идти. Вопросы?

Робкий голос с задних рядов произнес:

— А почему просто нельзя просто расклеить листовки? Все быстрее же узнают...

Александр закатил глаза и глубоко вздохнул.

— Я же сказал, не спугнуть! И ты сам-то листовки читал? Хотя бы раз?

— Ну, только от скуки...

— А вспомнить, что там было изображено, сможешь?

Ответом на это послужила лишь тишина.

— То-то же. Теперь это ваше основное дело на ближайшее время. Остальные пусть ищут ещё одного немаловажного беженца.

Мужчина окинул взглядом весь свой кабинет и всех в нём присутствующих, а те, в свою очередь, вперили свои взгляды на него. Снова повисла тишина, но не такая давящая и напряжённая, а совсем даже наоборот, тягучая и расслабляющая. Проблемы отошли на второй план и уже не так давили и душили. Перед солнечным ликом и морозным, но уже теплеющим с утра свежим воздухом, проникающим в приоткрытые окна, отступало всё, от чего люди в небольшом помещении впадали в состояние лёгкой прострации. Сколько продолжалось торжество солнечного света? Мгновение? Вечность? Никто не знал ответа на этот вопрос, да и отвечать на него особо-то никому и не хотелось, ведь сейчас было так легко, хорошо, а задачи казались такими мелочными… Было лишь солнце с тишиной. Александр вздохнул, жалея, что не может оставаться в таком состоянии вечность, ведь время всё-таки поджимало. Вдруг снова все проблемы свалились тяжелой гранитной плитой, никому не удавалось их долго сдерживать. Виктории показалось, что Лабовиц даже как-то ссутулился под тяжестью резко свалившихся на него задач, требующих незамедлительного решения. Он был словно Атлантом, держащим на своих могучих плечах небо. Но не было исключено, что эта ноша раздавит Александра, несмотря на то, что она была гораздо легче небес, но и босс «КОБРы» не являлся потомком бога. Девушку кольнуло волнение, и она по привычке глянула на низенькую, но плотно сложенную женщину — свою сестру по имени Вера. Её короткие волосы цвета тёмного шоколада закрывали почти всё лицо, открывая взор лишь на аккуратный небольшой нос и полные губы. Виктория была уверена, что Вера была абсолютно невозмутима и была уверена в Александре, но она всё же боялась, правда за другого человека, чьи проблемы были тяжелее, а плечи более хрупкими.

***

«КОБРа» — одно из самых успешных детективных агентств, в простонародье же его называют «змеиным гнездом» из-за аббревиатуры, расшифровка которой уже всеми давно была забыта. Именно благодаря его работе удалось немного снизить уровень преступности в стране, который полз до этого ровной вертикальной прямой вверх. Глава «КОБРы», он же «змеиный король» — Александр Лабовиц, получил должность практически по наследству, от своего отца, поэтому вступил на должность в достаточно молодом возрасте — в двадцать семь лет. И, конечно же, весь старый состав весьма предвзято отнёсся к молодому шефу, однако тому удалось заставить себя если уж не любить, то уважать точно. Высокий, статный, физически отлично сложен, аккуратен, надёжен, одним словом — идеал. Казалось, он дышал, жил своей работой, и никто не мог подумать, что Александру его работа изрядно надоедает. Но, к сожалению, так оно и было. Стоящих и реально захватывающих дел почти не было. Лабовиц будто бы просматривал один и тот же фильм день за днём. Он уже больше наблюдал за собой со стороны, нежели жил, и это чувство сжигало его изнутри, медленно, поначалу не очень заметно, но верно. Сложно привыкнуть к монотонной повседневности. Если раньше каждый день был как интересная история с кучей головоломок, в которую хотелось погрузиться с головой, то сейчас же это ощущение резко пропало.

«Змеиный король» тяжело вздохнул, свалившись на свой рабочий стол и закрыв своё лицо руками. Просидел он в таком положении минуты три, а затем запустил длинные пальцы в свои чёрные, жёсткие как проволока, короткие, когда-то зализанные назад волосы. Тёмно-зелёные глаза сверлили взглядом дубовую поверхность стола. Да, рутина была готова поглотить его и подчинить себе, но вдруг как гром среди ясного неба появился он — Объект из «аквариума», как его все называли, потому что своего имени он никому, кроме Александра, раскрывать не стал.

Впервые Александр увидел его, когда сидел и смотрел от скуки телевизор на случайно выбранном канале, лишь бы не было абсолютно тихо и хоть что-то играло на фоне, пока мысли витали где-то вдали. И тут на мгновение, спустившись с небес на землю, Лабовиц услышал: «Подросток пытался уничтожить чудо, созданное великими умами», что вне контекста звучало весьма абсурдно, поэтому Александр решил всё-таки вслушаться и понять, о чём же рассказывают в этом сюжете. На экране показали двух мужчин, вероятно охранников, которые тащили за руки какого-то мальчишку лет пятнадцати, не более. Тоненький, хрупкий на вид, ростом едва ли охранникам по пояс, был весьма удивителен тот факт, что парнишку, по словам корреспондента, скрутили не на входе в лабораторию, а в самом помещении, в самой святая святых — около вольера, где содержался эксперимент. Несмотря на расцарапанные и помятые физиономии мужчин, а также на уставший и побитый вид парня, которому, судя по синякам, тоже досталось, просто так никому не давался. «И зачем этому ребенку нужен был зверочеловек?» лениво проскользнула мысль в голове Александра. Проснувшись на следующее утро, он забыл почти всё, что видел по телевизору.

В следующий же раз Лабовицу посчастливилось лично увидеть и поговорить с двинутым на всю голову подростком. К тому времени к этому странному делу прибавился ещё тот факт, что зверочеловек сбежал из лаборатории, а паренёк, который пытался пробраться к нему, днём ранее смог предсказать с точностью до минуты этот побег, однако все посчитали это «предсказание» за бред сумасшедшего, поэтому не посчитали нужным принимать какие-либо меры. Но когда напророченное им всё же произошло, все на коленях умоляли психологов и психиатров проверить парня на адекватность. Когда же выяснилось, что тот был абсолютно здоров, все побежали умолять «КОБРу» взяться за дело. Там, естественно, отказывать таким жарким мольбам никто не стал, после чего объект поместили в «аквариум», а точнее — в комнату для допросов. Виктория поначалу пыталась относиться к парнишке нормально, на что тот лишь огрызался и скалился. Вскоре она потеряла надежду на нормальный диалог и удалилась, пригрозив напоследок допрашиваемому «гипнозом» — лучшим орудием добычи информации, благодаря которому можно спокойно копаться в голове преступника, выуживая все воспоминания и мысли и раскрывая все нераскрытые моменты в деле. Однако эту весьма перспективную методику использовали крайне редко по причине возможного летального исхода испытуемого. Но в этой ситуации, к сожалению, иного выхода не наблюдалось, поэтому на следующий день после неудачной попытки обычного допроса, Александр вместе с горсткой врачей внесли злосчастную машину в «аквариум», потому что эту громадину, по форме похожую на мятую чёрную коробку, было не поднять в одиночку. Сзади них шёл психолог, который нёс в руках шлем и кучу проводов, которые почти полностью скрывали нёсшего их человека. Когда «гипноз» был поставлен на пол, у Лабовица выдалось мгновение чтобы перемолвиться парой слов с почти обречённым мальчишкой, который был прикован к стулу стальными браслетами на руках и ногах. Александр подошёл к нему и сел на колени, дабы их лица оказались на одном уровне. Парень выглядел весьма уставшим. Его изумрудные глаза за стёклами очков затуманенным взором смотрели в пустоту. Судя по запёкшейся крови на его губах, Виктория во время вчерашнего допроса в какой-то момент не вынесла грубости со стороны допрашиваемого. В это же время Александр приметил пару интересных деталей внешности парня, которые нельзя было приметить на экране телевизора, а именно — тонкие и белёсые шрамы, которых на парнишке было множество. Один из таких шрамов на лице проходил прямо по левому глазу. На руке также был замечен ещё один такой рубец, но уже очень глубокий и старый, на котором также были видны следы от нитей. Правда, этот шрам был лишь самым выделяющимся, потому что живого места на его теле от таких шрамов, судя по всему, уже не было. После этого Лабовиц невольно задался вопросом: «Откуда всё это добро у ребёнка? И у ребёнка ли?». Внезапно парень вышел из помутнения и решил первым прервать нависшую над всеми тишину:

— Ну и что тебе от меня надо, начальник этого недоразумения?

Взгляд парня прояснился, но в нём было видно лишь полное безразличие к ситуации, месту и своему положению. Его вопросы звучали без интереса или злобы. Казалось, он скорее проявлял вежливость, ведь любому будет неприятно ощущать себя каким-то животным из зоопарка, на которое все только и смотрят. Видя, что ему отвечать ему никто не собирается, продолжая выжидающе смотреть, парень усмехнулся:

— Ты же притащил эту штуку, чтобы узнать всё, что тебе нужно, вот теперь и жди, когда они там со всей проводкой разберутся.

По беззаботному тону и расслабленному виду нельзя было сказать, что паренёк был сильно взволнован, но Лабовиц приметил его слегка дрожащие длинные пальцы и беспокойный, бегающий взгляд. «Геройствует», пренебрежительно и слегка с отвращением пронеслось в голове детектива. Александр тяжело вздохнул и с ехидной улыбкой всё же решил ответить этому парню:

— А «гипноза» не хочешь избежать, мазохист ты латентный? — качая головой, протянул Лабовиц. После этих слов ухмылка исчезла с лица парня. Оно перестало выражать что-либо и стало походить на маску, а его голос стал словно машинным, а не человеческим:

— Мне всё равно, — пожав плечами, ответил паренёк.

— Всё равно я твоим садистам ничего не буду рассказывать.

Он будто бы снова оживился, его глаза странно заблестели, после чего он снова ухмыльнулся, правда уже без видимого желания доказать собственное превосходство или съехидничать, а скорее затем, чтобы успокоить и подбодрить самого себя потому что его пальцы дрожали всё сильнее, а дыхание начинало сбиваться.

— Ну, как хочешь, — уже с холодком в речи ответил Александр.

После этого он заметил краем глаза, что ему хотят что-то сказать, но не стал ничего слушать, поднялся и направился к группе копошившихся врачей. Увидев, что почти всё готово, он удовлетворённо кивнул и вышел, поскольку никакой надобности в нём уже не было.

На следующий день он был крайне удивлён тем фактом, что никогда никого не подводивший аппарат на сей раз вдруг не смог выудить воспоминания из парня, которого своевременно отключили от машины, дабы тот не умер. Врачи наткнулись в сознании паренька на некий барьер, сквозь который нельзя было пробиться. Та информация, которую удалось записать на «гипноз», оказалась абсолютно бесполезна, ибо по непонятной причине мысли также не записались. Получилось так, что объект был едва не потерян, что естественно повлекло запрет Александра на дальнейшее использование «гипноза» на парне со странным феноменом. Но врачи решили поступить иначе, поэтому снова и снова пытались обойти этот барьер, всячески копаясь в сознании пациента, мало ли тот уже отошёл от первого раза. Боссу «КОБРы» об этом, конечно, сообщено не было, и когда тот по воле случая проходил мимо «аквариума», он обратил внимание на неожиданный шум и возню, что спровоцировало нехилый скандал. Врачи жалко и мерзко оправдывались, доводя Александра до предела, при этом не спеша отключать сам аппарат, несмотря на настойчивые приказы.

— Это же необходимо, Вы и сами прекрасно понимаете, что сам он ничего нам не расскажет...

Александру оставалось лишь прожигать инициатора этого безобразия взглядом. Затем он металлическим голосом попросил всех покинуть помещение и снять браслеты, в ответ на что врач покачал головой и как-то странно улыбнулся, сказав, что это только на благо самому парню и Александру в том числе. Лабовиц не стал спорить из-за сильной усталости и нежелания вмешиваться в это дело. Спустя какое-то время врачи быстро сняли шлем с парня и стали уносить аппарат из «аквариума». Затейник прокряхтел, что вернётся через час и отвезёт парня в медпункт, ведь сейчас делать это было бесполезно и не очень безопасно. Александр не мог не заметить, что психолог уже второй раз упоминает небезопасность контакта с полуживым на данный момент парнишкой, что заинтересовало его. По этой же причине он отказался выйти из «аквариума» несмотря на настойчивые просьбы врача, который в итоге всё же сдался и, пожав плечами, оставил Лабовица наедине с полуживым мальчишкой. Мужчина глубоко вздохнул, сел на пол по-турецки, и стал ожидать неизвестно чего, от скуки просто наблюдая за тем, как ночь медленно, но уверенно надвигается на город, и её тьма заползает в каждый угол. Лишь холодный свет уличных фонарей хоть как-то сдерживал её нашествие. В кабинете стало достаточно прохладно. Мужчина поёжился, несмотря на то, что был одет в тёплый костюм. Чего говорить о парне в чёрной водолазке без рукавов, джинсах и сапогах — ему было холодно и подавно. Никому не хватало, чтобы он здесь простудился и умер, поэтому Александр нехотя поднялся, накинул на мальчишку свой пиджак и, поёжившись, сел на прежнее место. Лабовиц уже успел пожалеть о своём поступке, но встать всё же не решился, лишь бросив взгляд на человека, недавно подвергшемуся влиянию «гипноза». Александр ни разу не видел подобного, но зрелище для него не было особо интересным, а уже тем более приятным. Наклонённая от бессилия голова, почти стеклянные некогда изумрудные глаза, пустым взором смотрящие в пол, радужка которых казалась мутной, как поверхность зеркала, поддёрнутого толстым слоем пыли. Из приоткрытого рта по подбородку стекала смесь слюны и крови. Сам парень был ещё бледнее, чем обычно, а его кожа казалась едва ли не прозрачной. Нанесённые под глазами тени казались ещё ярче, хотя, возможно они такими и были. Картину дополняли выпирающие изо рта длинные клыки, которые придавали парню почти полное сходство с вампиром, если бы не свисающие ниже плеч взъерошенные волосы огненно-рыжего, а не чёрного цвета. Внезапно ленивые и мимолетные размышления Александра были грубо прерваны громким чиханием парня. После такого быстрого пробуждения мужчина устремил свой взгляд на дрожащего, как кленовый лист, гостя из будущего. Он закатил свои всё ещё мутные, но уже потерявшие пустое, «рыбье» выражение глаза. Лабовиц, затаив дыхание, заворожено наблюдал за действиями парнишки. Александра распирал сковывающий интерес, однако он понимал, что жертва эксперимента может умереть в любую минуту. К тому же он слышал о том, что люди после «гипноза» на некоторое время слепнут, поэтому мужчина старался не выдавать своего присутствия в помещении.

— Твою мать, ничего не вижу! — сипло и сдавленно выдавил паренёк, беспомощно и отчаянно озираясь по сторонам. Мутные, почти слившиеся с радужкой зрачки сузились. Парень ещё некоторое время помотал головой и поморгал, но, судя по его напуганному и загнанному выражению лица, это не особо помогло. Глаза бедолаги расширились от всепоглощающего ужаса. Он попытался встать, но не смог сделать этого по понятным причинам, после чего сел обратно и перестал двигаться. Внешне он стал выглядеть абсолютно спокойным, нормализовалось дыхание, но мертвенная бледность и широко раскрытые глаза, из которых по щекам потекли слезинки, всё же выдали его с головой. Лабовиц же продолжал молча и с недюжинным интересом наблюдать за парнем. Теперь ему даже стало интересно, умрет ли сейчас этот мальчишка или нет. Вдруг тот снова задрожал и начал шептать про себя что-то наподобие молитвы или заклинания: «Больно, помогите, остановите, кто-нибудь, бежать… что делать?!» — раз, за разом повторял это парень. Затем он едва слышно всхлипнул, окончательно потеряв тонкую оболочку спокойствия, и Александр впервые почувствовал, что ему кого-то стало жаль. Возможно, роль тут сыграл и тот факт, что мальчишка из-за своего вида казался жертвой в глазах Александра. В какой-то момент он всё же решил выдать своё присутствие и попытался заговорить с пациентом:

— Тихо-тихо, ты здесь не один.

После этих слов Александр мгновенно осёкся, поняв, что совершил большую ошибку: мальчишка зарычал, окончательно став похожим на загнанного зверька. Лабовиц понял, что сейчас он представлял собой комок чистейшей ненависти и страха с примесью злобы, не более того. Осознание этого факта расстроило мужчину.

— Не дамся! — изо всех сил завопил парень, срываясь местами на визг.

— Не убьёте!

— Погоди, я здесь не поэтому.

Несмотря на то, что эта реплика казалась Александру абсолютно бесполезной, мужчина не терял надежды утихомирить его.

— Мне уже так говорили, — сорванным голосом пробормотал парень, начав вновь озираться по сторонам, силясь хоть что-нибудь увидеть.

Он уже не сдерживался, из него хлынула вся пучина неимоверного отчаяния и ужаса в виде слез. Александру стало слегка не по себе от такой картины, он был поражен, как за пару дней можно довести человека до такого состояния, при котором человек не испытывает ненависть и гнев, а сам становится их источником? Тут явно не только пыточный аппарат поработал. Мужчина, не понимая, зачем он это делает, протянул руку к парню, и, не успев что-либо сделать, почувствовал острую боль, ибо его весьма ощутимо укусили. Лабовиц отдёрнул укушенную ладонь и отодвинулся подальше от взбесившегося парня.

— Пошёл вон, тьфу на тебя! — мальчишка сплюнул кровь Александра в его же сторону, однако не попал в него самого.

Но, несмотря на происходящее, надежда на благоприятный исход ситуации не угасала.

— Пожалуйста, подожди…

— Завались, — прошипел паренёк с усталостью в голосе.

Он выдохся. Диалог не задавался минут пятнадцать — за каждой репликой Лабовица сразу следовала грубая просьба замолчать, однако с каждым разом пациент отвечал всё более невнятно в силу нарастающей усталости, а после и вовсе замолчал. После этого Александр встал, положив свою тёмную руку на плечо мальчишке, а после покинул «аквариум», оставив паренька одного.

На следующий день врачи давали весьма воодушевляющие прогнозы: объект был в полном здравии, пассивно-агрессивное поведение не проявлялось, разве что на самочувствие иногда жаловался, на что он отвечал: «Хрень — на войне и похуже бывало». Выдался отличный день для того, что бы вытянуть всю правду о перемещениях во времени и о побеге эксперимента. Когда Лабовиц пришёл с утра на работу, то он узнал, что пациент пожелал пока остаться в «аквариуме». Александр тихо вошёл в помещение и прищурился от того, что солнце слишком ярко, до боли в глазах освещало его, а мальчуган спокойно стоял и любовался открывавшимся ему уличным видам. Обрамлённый ореолом из света, парень был похож на святого с иконы, особенно когда над его головой подобно нимбу возвысилось солнце. Несмотря на то, что мужчина попытался зайти максимально тихо, он всё же был услышан. Паренёк повернулся к нему, слегка вздрогнув от неожиданности, а после вперил в него всё ещё мутный, но уже более-менее осознанный взгляд своих ярко-зелёных глаз. Он стоял, склонив голову на бок, чего-то ожидая. Его рыжие волосы, отливая золотом под лучами солнца, смотрелись подобно пламени на голове.

— Ну, здравствуй. Как ты себя чувствуешь? — спросил Александр, прерывая повисшую между ними неловкую тишину.

— Не жалуюсь.

Впервые за всё время парень улыбнулся, причём достаточно искренно — величайший прогресс.

— Давай не будем задавать друг другу вопросы из вежливости, тебе же нужна информация, так?

Александр в ответ кивнул, но, наткнувшись на выжидающий взор парня, понял, что вчерашняя слепота отпускать его ещё не собиралась.

— Верно.

— Хорошо, но твоим садистам я бы доверять не торопился.

— А они здесь причем?

— Камера… Нет, вру, диктофон, который ты взял с собой. Можешь отключить его, пожалуйста?

Это удивило Александра. Он недоумевал от того, каким образом ослепший парень смог обнаружить находящийся при себе прибор. Недолго думая, он всё же решил подчиниться и достал из своего кармана диктофон, отключив его.

— Так-то лучше.

Парень резко оживился.

— А теперь спрашивай, что хотел?

— Докажи, что ты из будущего.

— Не вопрос! — обиженно воскликнул парень в ответ, затем сложив руки на груди и фыркнув.

Александр был слегка удивлен, что тот не добавил чего-то вроде детского: «Не честно!».

— Хорошо. Допустим, что я тебе верю. Какова цель твоего прибытия? Ты всего лишь жертва чьего-то эксперимента, или же у тебя есть какая-то цель? — на одном дыхании протараторил Александр.

— Полегче с вопросами! Ладно, так уж и быть, отвечу на оба. Первое — я тут пытаюсь конец света остановить, а второе вытекает из первого, догадаться не сложно.

— Почему ты раньше об этом не сказал?! — возмущенно выкрикнул Александр,

— Мы уже могли бы помочь, а так уже два дня потратили впустую!

— Я тебе-то с натягом доверяю, а остальным и подавно. Ни с этими врачами-садистами, ни с этими полицаям как-то говорить не хочется.

— Повторюсь, мы всё ещё можем помочь.

— К сожалению, уже нет, — отрезал парень, после чего перестал поддерживать диалог.

Александр разочарованно покинул «аквариум». В последующие два дня он спрашивал больше о жизни парня в его будущем и прошлом, нежели о сути дела, пытаясь тем самым в войти к нему в доверие. Того гляди на очередном каверзном вопросе тот оступится и о чём-нибудь проговорится, однако тому удалось обойти все словесные ловушки, поэтому ничего нового и важного о конце света выведать так и не удалось. Но о самой личности парня Александр узнал достаточно. Оказалось, что того зовут Сергей, и он совсем не подросток, а даже на год старше самого Лабовица, чему тот был жутко удивлен. Сергей жил в каком-то захолустном городке, названия которого сами жители давным-давно позабыли. Все его жители знали друг друга и жили как одна большая семья. Сам парень играл на гитаре в каком-то баре, а в качестве дополнительного заработка гнал самогон, жил. В общем, жил неплохо. «А потом произошла война, и люди уничтожили всё…» — на этом месте Сергей запнулся и больше не пожелал продолжить. Вид его стал уныл и мрачен.

Спросить поподробнее о конце света и об остальных деталях Александр планировал сегодня, но парень взял и перечеркнул все его планы. Но то, что Сергей не единственный гость из будущего, он знал наверняка

  • Творец / Маркелл Мерлин
  • Ограниченная эволюция / Моргенштерн Иоганн Павлович
  • Дневной променад / "Теремок-3" / Армант, Илинар
  • Цена желания / Норес Лэсси
  • Флудилка / "Зимняя сказка - 2013" - ЗАВЕРШЁННЫЙ КОНКУРС / Анакина Анна
  • Глория мунди ! сик транзит ? / Книга перемен / анс
  • Большие белые звезды / "День Футурантропа" - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Фомальгаут Мария
  • Ложный выбор / То ли судьба, то ли фокус / Тори Тамари
  • Только не сейчас. Автор - Зауэр И. / Дикое арт-пати / Зауэр Ирина
  • Как мечтала я тебя не знать. / Денисова Анна
  • Лимоны / Пробы кисти и карандашей / Магура Цукерман

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль