В озерах твоих тонуть... / Белая орчанка и оборотень / Litvinenko Li
 

В озерах твоих тонуть...

0.00
 
В озерах твоих тонуть...

17 глава. В озерах твоих тонуть...

   -Война закончена!- Дамбурит взял со стола золотой, украшенный крупными рубинами, кубок.- Я поздравляю вас — победители! – Он отсалютовал, подняв его над головой и одним махом, осушил.

   Огромный зал  главного городского дворца был заставлен столами, которые ломились от щедрых угощений. За столами сидели вперемешку, войны разных народов. Они собрались отпраздновать одержанную ими над ордами гоблинов победу. Наконец-то они сняли броню и латы и позволили себе надеть праздничные одежды. В свете свечей на них поблескивали богатые золотые и серебряные вышивки.

   Впервые за двести лет, народы объединились против общего врага и ради этого выбрали себе одного главнокомандующего. Длившиеся больше года битвы за Широкие земли были кровопролитными, и большие потери несли обе стороны. Решающим фактором в победе стало присоединение оборотней. Гелиодор привел свой народ. Альфа собрал своих свободных, вольнолюбивых братьев и убедил участвовать в ненужной им войне. Оборотень примкнул к войскам народов и провел переломную битву. Впервые за годы, волки чувствовали свою значимость. Они выплеснули накопившуюся ненависть, сокрушив врага, и стали героями.

     Вино, сегодня, текло рекой, войны братались и поздравляли друг друга с победой. То тут, то там сотрясали высокий, трехъярусный сводчатый потолок громкие тосты. Но вожак оборотней, как будто оставался в стороне от веселья. Стараясь не попадаться на глаза друзьям и не портить им заслуженный праздник, он выскользнул из зала в боковую дверь.

За прошедшее с начала войны время он изменился. Легкость и нежность молодости слетели с него, словно ненужная шелуха и внешность оборотня прошили заломы и морщинки зрелости. Они усилили и так ярко выраженную, брутальность Гелиодора подчеркнув его мужественность. В уголках губ и между бровей залегли следы горьких мыслей, кажется, за это время он постарел лет на десять. Движения волка стали более резкими и агрессивными, во всем виде сквозила сдерживаемая злость и пугающая злоба.

   В коридоре он встретил эльфа — главнокомандующего. В богато украшенной тунике и эльфийской короне, тот выглядел как настоящий король. Но даже не будь на нем всего этого, в волевом лице все равно легко узнавался прирожденный лидер.

— Почему ты не веселишься со всеми?- Он видимо какое-то время наблюдал за Гелиодором, и его встревожило поведения вожака оборотней.

— Мне не хочется.- Волк, продолжал двигаться в сторону выхода, своим коротким ответом показывая, что не расположен сейчас к разговорам.

-Я хочу поговорить с тобой. – Дамбурит настойчиво продолжал следовать за Гелом.- Ты герой этой войны и заслужил особой награды. Пройдем в мой кабинет. – Эльф жестом пригласил его войти в, открытые справа, двери. – Обсудим это, я не займу у тебя много времени.

  Гелиодору меньше всего хотелось сейчас с кем-то общаться. Он хотел оказаться, наконец, наедине с собой, а этот день все длился и длился и был какой-то особо долгий. Но отказывать Дамбуриту было грубостью. Пройдя в резные двери, редкого розового дерева,  они оказались в большой комнате с горящим камином и большим столом. Гел не бывал здесь, хотя командиры во время войны собирались именно в этой комнате, являвшейся кабинетом главы. Тут был военный штаб и в нем обсуждали планы предстоящих боев.

   Гелиодор предпочитал передовую. Бой всегда действовал на него как обезболивающее. Только убивая врагов, он чувствовал себя живым.

— Что ты хочешь?- Сразу перейдя к делу начал эльф.- Золото, земли, женщину? – Спросил Дамбурит. – Или все сразу? Я не буду удивлен.- Улыбнулся  лукаво эльф.

   Гелиодар повернулся к нему спиной, делая вид, что рассматривает карту на стене и, не желая, чтоб эльф видел презрение, которое отразилось на его лице. Презрение не к Дамбуриту, нет, тот достоин был быть вождем. Презирал оборотень все, что тот ему предложил. Деньги?! Как ему раньше хотелось их! И что теперь за них он мог купить? Многое… Но разве можно купить жизнь той, которая уже умерла. Земли? Чтоб бродить по ним и понимать, что любимую здесь ему не встретить? Женщину? За Великим лесом, по слухам, остались еще волчицы. Но зачем жить с кем-то, ради чего мучить себя и ее, зная, что не полюбишь? Нет ничего из этого ему не нужно. Последнее время он сам был не свой, не зная куда податься. Послевоенное затишье его угнетало, бездействие заставляло сходить с ума. Сегодня он окончательно решил, что пойдет через горы и продолжит начатое. Будет убивать гоблинов, пока сам не умрет или все твари не исчезнут с лица земли.

   Тут его более пристальное внимание, привлекла огромная карта на стене. Раньше он никогда не видел таких как эта, охватывающих землю за рекой, до этого он пользовался картами, изображавшими только этот берег. Белый берег считался навсегда потерянным. Было принято считать, что он не стоит, того чтоб тратить на его изображение бумагу и краски.

Там был лес и болота и озера…  Два. Изображенные рядом, озера были похожи на глаза. Наверно мастер рисовавший карту случайно запечатлел их так, а может, был он романтик и любил синеглазую деву. Вдоль синих овалов было выведено мелкими ровными буквами: «озе́ра», и более крупными: « Бёрк». Сердце Гела сделало скачек.

— Я хочу это.- И пальцем указал на карту.

-К сожалению, вынужден тебе отказать. – Расстроился эльф.- Мне не жалко для тебя ее, но по традиции карта передаётся у нас в семье по наследству и является частью семейного состояния. Но, если хочешь, тебе сделают точную копию.

— Да не карту. Это! – Гелиодор указал место на рисунке, подойдя ближе.

— Болото?

— Озе́ра.

-Ты хочешь владеть озерами?- Эльф выглядел озадаченным.

— Да. Хочу владеть… И любоваться ими.

— Хе-е-ем.- Задумался Дамбурит.- Для исполнения этого желания, тоже есть препятствие, они расположены на Белой стороне. Ради тебя, пусть ты и герой, люди и оборотни закон менять не станут. С лишком глубока пропасть из предрассудков, между вашими народами.- Он прошелся по комнате и тоже взглянул на карту.- А вот  земли расположенные рядом с тем местом, но на Красном берегу, твои. Если конечно, ты хочешь…- Эльф вопросительно взглянул на Гелиодора.- Там стоит самая северная крепость Широких земель и, насколько я могу судить по карте, с ее главной башни будет открываться отличный вид на те озера. Только так, могу я выполнить твое желание.

— Беру. – В первые, наверное, за многие месяцы Гелиодор улыбнулся. И они с эльфом пожали друг другу руки.

   На следующий день Гел сидел за столом в обеденном зале гостиницы, в которой они остановились. Он составлял список всего ему необходимого. Замок был давно заброшен, и что его там ожидало, неизвестно. Ближайший к нему город, был в двух днях пути и поэтому он решил записать  все нужное, чтобы ничего не забыть.  В зал не спеша спустился Тумит. Альфа не ожидал, что кто-то из братьев так рано проснется. Вчерашняя попойка, закончилась только под утро. Он ничего не говорил братьям о своем решении уехать и предстоящего тяжелого разговора ждал, как ждут урагана.

-Что пишешь? Неужели решил засесть за мемуары. – Тум выглядел довольно бодро, хоть и поспал всего пару часов. В свежей, грубого сукна, рубахе и черных штанах заправленных в сапоги он смотрелся молодцевато. Его давно не стриженые волосы, непослушными вихрами падали на плечи.

-Список, хочу закупиться перед дорогой.- Нехотя, ответил вожак.

— Перед дорогой?- Удивился Тумит. Они собирались хорошенько отдохнуть в столице. Про поездку разговоров небыло.- И куда мы едем?- Потирая руки, обрадовался рыжий оборотень.

— Тум, я еду.

   Тумит пристально всмотрелся в глаза Гела. Еще вчера он почувствовал перемену. Потеря Бёрк, сильно изменила альфу, тот стал замкнутым и озлобился.  Но он все равно оставался его братом, пусть не по крови, но по духу. Много лет они шли, бок обок и разрывать дружбу он не собирался.

  — Объясни.

-Я еду в дальнюю крепость и останусь там жить. Я так хочу. Вы свободная стая и тащить вас в глушь, я не собираюсь. – Гелиодор не знал как объяснить свое поведение, но оправдываться не собирался.- Я сам не знаю, зачем прусь туда… Вы должны остаться, Смараг с радостью примет вас в свои ряды.

— К черту Смарага. Ты наш вожак! Не только ты, не знаешь куда идти. Мы все, «последние»! – Запальчиво отвечал Тумит.- Какая разница в глушь или в город? Мы стая, братья, только это важно. Важно как — семья!

  Говоря с  Гелом, он повысил голос, и теперь все волки их стаи спустились вниз. Они начали обсуждать слова вожака.

— Мы семья. – Сказал Церус.

— Только это важно. – Повторил за Тумитом Сфелер.

На лицах, смотревших, на Гелиодора была написана решительность. Амичит взял со стола бумаги, где прописаны были все права на крепость и землю.

— Так ты теперь пташка высокого полета. – Протянул он, и начал всем показывать дарственную. Оборотни дружно подхватили идею и начали подтрунивать над главным.

-Решил бросить нас и скоротать старость, нежась на золоте в собственном замке, хитрец.- Они дружно засмеялись.

-Надоели ваши наглые рожи.- Лицо Гела было по-прежнему серьезно, но в уголках глаз появились предательские морщинки.

Они, то один то другой, начали похлопывать его по спине. Гелиодор поставил локти на стол и уткнулся лицом в ладони, тяжко вздохнул.

— Зачем вам ехать за мной?

— А вдруг ты приведешь нас к племени маленьких зеленных орков?- Предположил Амичит.- Говорят у тебя нюх на них.

— Альбиносов.- Поправил Тумит. Оборотни начали с улыбками переглядываться.

— Да. Карликовых орков-альбиносов.- Продолжал пороть чепуху Амич.

— И что вы сделаете?- Уже открыто улыбался Гел, откинувшись на спинку стула и скрестив на груди руки

— Как что? Убьем их мужчин, заберем себе женщин…- Трепался Амичит.

 В зале разразился крышетрясный смех. Их шутки перешли в завтрак и совместное уже составление списка. Через неделю, большим тяжело груженым караванном, они отправились в сторону Темных гор в старый замок, являвшийся когда-то  домом стае волков Бурана.

 

 

Цокот копыт о мерзлую землю разносился над старой дорогой и тонул в густом подлеске. Оборотни подъехали почти вплотную к старому лесу, надежно скрывавшему цель их путешествия. Лишь вдалеке, над макушками вековых сосен, виднелись острые пики древнего замка. Из-за главной башни, эта крепость выглядела весьма необычно, по форме она напоминала собой шахматного слона и была окружена хороводом башен поменьше, но такой же формы. В городах, которые встречались оборотням раньше, все крепости были с усеченным верхом и если опять обратится к шахматам, то походили они на ладью.

Стая сгрудилась возле дорожного тупика, упиравшегося в хвойные заросли. Здесь каменистая дорога резко обрывалась, естественный пласт щебня, по которому они приехали, заканчивался и начинавшуюся здесь песчаную почву захватил сплошной сосновый лес. Он был густым и пышным, как богатое, зеленое платье короля. Под широкими лапами сосен, даже в самый солнечный день лета царила густая полутень, и земля от этого всегда оставалась влажной. В теплое время года там роились полчища насекомых, наполняя тягучий, мокрый воздух своим жужжанием. Сейчас в ожидании первого снега все вокруг казалось застывшим. Природа уже потеряла прощальные, кричащие краски осени и, не приодевшись еще в богатые зимние шубы, казалась жалкой как убогая, городская нищенка. Только не этот лес. Он все также сочно блестел своими глянцевыми иголками и пронзал воздух хвойными нотами свежести.

-Другого пути нет?- Спросил у Гелиодора подъехавший Сфелер.

-Другого пути нет…- Задумчиво повторил за ним Тумит, как раз, глядевший в это время на карту.

Гелиодор повернулся к Сфелеру и кивнул, подтверждая слава Тума.

— И что будем делать?- Поинтересовался Сфелер, растеряно глядя на стройный ряд толстых сосен, перегородивший им дорогу.

— Рубить!- Философски рассудил Гелиодор и повел плечами, разминаясь перед предстоящей тяжелой работенкой.

К счастью в обширном багаже оборотней нашлись и пилы и топоры. Они как злые бобры вгрызлись в хвойную растительность, почем зря костеря плодовитые елки, так буйно разросшиеся на их пути. Меньше чем за двести лет, пока замок был покинут, дорога и прилегавший к ней небольшой лесок, обозначенный на старой карте, бессовестно буйно заросли и совсем одичали, серьезно затруднив им жизнь. Дорога, которая по всем подсчетам заняла бы часа четыре, отняла у них гораздо больше времени. Вырубить проезд они решили не широкий, чтобы только прошла телега. Потом, когда быт в крепости будет обустроен, не торопясь, они пробьют тут широкую просеку, как было при прежних хозяевах.

К обеду следующего дня, вся основательно выбившаяся из сил стая, столпилась перед главным входом в заветный замок. Над их головами возвышалась крепостная стена высотой метров десять. Её верхняя, зубчатая кромка кое-где осыпалась, а восточная сторона, как можно было видеть с того места где они стояли, немного обвалилась, рассыпав огромные валуны среди вплотную стоящих к замку деревьев. Две огромные створки ворот, обитые железными полосами, были плотно закрыты, а сквозь их толстые, красиво изогнутые ручки, намотана была цепь с большим навесным замком, гномьей ковки. Под одобрительные крики братьев Гелиодор одним точным ударом, торжественно сбил, насквозь проржавевший замо́к. Цепи неохотно распустились, давая проход первым за столетия посетителям. Петли в открываемых дверях неожиданно громко заскрипели, далеко разнося в морозном воздухе неприветливый звук. В небо взвилась потревоженная стая ворон. Они были единственными обитателями этого строения и, чувствуя себя полновластными хозяевами крепости, возмущенно каркали на оборотней, посмевших прервать их спокойную жизнь.

Волков не смутило такое приветствие, и они дружно вошли на вымощенный камнем двор. К общей радости, замок спрятанный в лесу был совсем не тронут мародерами. Он остался таким же, как запомнили его хозяева в спешке покидавшие Широкие земли. Величественный, прекрасный и роскошный. Да, это был не совсем обычный замок, стая, жившая тут, процветала. Это было видно в каждой детали окружившего оборотней двора, во множестве декоративных элементов башен, в высоких арочных окнах, сплошь украшенных цветными витражами, в самом духе спящего казалось замка-дворца.

— Ну, вот мы и дома.- Тихо сказал Гелиодор и повел под уздцы свою лошадь в сторону, где по его расчетам, должны были располагаться конюшни. За ним потянулся весь обоз, телеги с грохотом закатывались на каменную мостовую, наполняя просыпающийся замок звуками повседневной жизни.

За обустройством быта на новом месте быстро потекли часы и дни. Срочной работы было так много, что в главную башню Гелиодор попал только спустя неделю. Дубовая лестница прекрасно сохранилась, и он без труда попал на самый верх. Медленно поднимаясь по круто изгибающейся винтовой лестнице, Гелиодор боялся разочароваться тем, что так сильно хотел увидеть все последнее время. А вдруг озера, названные одним с ней именем, посрамят своей неказистостью её память. И глядя вдаль, он будет чувствовать только горечь от несбывшейся надежды. Войдя в большую, круглую комнату он сначала даже закрыл глаза. К счастью вид из главной спальни, расположенной на последнем этаже башни, был потрясающим. Как красивы были от сюда леса, реки и даже ненавистные ему Темные горы. А вот и они — «озе́ра Бёрк». Сейчас Гелиодор был уверен: старый орк, давший своей дочери такое имя, точно как и он видел их с большой высоты. И любовался, так же как он, их чистым, синим цветом. На бледно зеленую скатерть болот, покрытых белесым налетом инея, кажется, упали два кусочка летнего неба, упали да и остались лежать там, радуя каждого, кто остановится в своей повседневной спешке и потратит на них мгновенья своей жизни.

У Гелиодора зачастило дыхание, а в горле появился ком, который он всегда чувствовал, вспоминая свою потерянную пару. Он прижался лбом к холодному стеклу и жадно вгляделся в синие омуты. Теперь он сможет видеть частицу Берк не только в редких снах, но и наяву когда того пожелает.

Каждый раз, засыпая, он тихо шептал, обращаясь ни к кому конкретно и ко всему миру сразу.

— Приснись, приснись, приснись…

Иногда его желание сбывалось, и он встречал её, пусть только во сне, но все же встречал. Она шла всегда немного впереди и оборачивалась к нему, на ходу, игриво улыбаясь. Её образ был нечетким, всегда слегка поддернут белесой дымкой, которая скрадывала очертания и размывала контуры лица Бёрк. Поэтому он почти не помнил, что лицо её было покрыто струпьями. В тех снах он чувствовал, что они с орчанкой не одни. Их всегда сопровождал какой-то тонкий звук, как будто в руках Бёрк звенел маленький колокольчик. После таких снов он просыпался чуточку более счастливым, чем всегда и был готов продолжать жить свою одинокую жизнь дальше.

 

 

  • Неподаренное лето / Фомальгаут Мария / Лонгмоб «Четыре времени года — четыре поры жизни» / Cris Tina
  • Лофтус -Холл / Чайка
  • "В раю не нужны трубадуры..." / 9 + 1 (18+) / Воронова Влада
  • Беглец / По мотивам жизни / Губина Наталия
  • Грабли / Кареллика
  • Красота, которую мы выбираем… / Довлатова Маша
  • Когда ни строчки под рукой... / Из души / Лешуков Александр
  • Пиф-паф! Ой-ой-ой! / Конкурсное / Найко
  • В шоколаде / В шоколаде! / Армант, Илинар
  • Портрет Влада Цепеша - Зотова Марита / Экскурсия в прошлое / Снежинка
  • Мечта - небесное явление (Потерянный атом) / Аквантов Дмитрий

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль