Откуп

0.00
 
Цуканова Нина
Драконова наложница
Обложка произведения 'Драконова наложница'
Откуп

Матерчатые навесы рыночных ларьков освещало полуденное солнце.

Работы не было, и я скучающе бродила между лавочек и людей, стреляя глазами по всему яркому и блестящему.

Было многолюдно и довольно-таки тесно. К тому же, то и дело приходилось отмахиваться от назойливых зазывал.

— Лучшая сельдь в области! Прямиком с океана! Девушка, не хотите попробовать?!

— Нет у вас в городе океана, — фыркнула я, подныривая под его растопыренные руки и проходя дальше, в ремесленные ряды.

Пару лавок я прошла мимо, у одного из ларьков загляделась было на шкатулочки, но на меня налетел какой-то крупногабаритный мужик и, запнувшись о мою ногу, едва не грохнулся наземь, гремя корзинами.

— Ты, черт те… — начал было он, гневно обернувшись на меня, однако тотчас замолк.

С расстояния вытянутой руки уже можно было признать во мне мистика.

По городу я обычно ходила не в охотничьей мантии, а в обычной одежде. Которая, впрочем, все равно не очень сливалась с одеждой простой горожанки.

— П-простите, госпожа… — невнятно пробубнил мужик под моим холодным равнодушным взглядом и поспешил скрыться.

Честно говоря, я была даже немного удивлена. Я таки уже несколько намозолила глаза местным, и многие знали, кто я, так что обычно с близкого расстояния народ меня все-таки примечал. Хоть и относился с некоторым сомнением.

… Почему-то по народному поверью все "ведьмаки" должны быть исключительно обладателями шевелюры цвета вороного крыла. Я видала и блондинов, и были они весьма успешны.

"Ведьмы" же, по тому же народному поверью, должны были быть не иначе как огненно-рыжими. И зеленоглазыми.

Я была такой себе "ведьмой" в глазах общественности. Совсем не "ведьминской" внешности. Темно-русая и сероглазая.

— Девушка, померяйте сапожки, прямо на вас! — прокричал над ухом очередной зазывала.

— Да идите вы лесом, — беззлобно отмахнулась я. Вот уж кто самого черта не испугается, куда уж там какого-то мистика...

Взгляд мой привлек блеск на одном из прилавков. Я пригляделась и увидела россыпь всяческих штук для волос: гребней, щеток, заколок и украшений...

"А вот это по мне", — мысленно проговорила я.

Я подошла ближе и принялась разглядывать представленную на прилавке красоту.

— Вот, полюбуйтесь! Лучшие украшения, привезенные прямо с Востока! — проговорил торговец.

В этот момент взгляд мой упал на палочки для волос.

Этот тип украшений вызывал у меня трепет и восторг одновременно.

Но длина и объем моих волос не позволяли мне их носить.

Длинные волосы — это вообще не моя фишка. Я слишком нетерпелива, а иметь косичку в палец толщиной — так себе стимул.

Был в моем выпуске парень с косой… кхм, простите… волосами до пояса. Вот мне о таком терпении только мечтать!..

Однако, попялиться на красивую блестящую штучку — это святое. Быть может, даже выберу и куплю себе одну, а волосы, небось, когда-нибудь отрастут...

— Волосы не коротковаты? — с хохмой осведомился торговец, глядя на то, как сосредоточенно я рассматриваю палочки.

Я скрипнула зубами, размышляя, не стоит ли мне при ответе упомянуть его происхождение от четвероногого друга человека, но передумала.

— Знаете, вы правы, — ответила я. — Надо для начала попробовать. Возьму, пожалуй, пока эту на пробу. А если понравится, куплю потом еще, — и нахально сунула палочку себе в нагрудный карман, даже не подумав достать деньги.

Мужчина скривился. Но спорить с мистиком не отважился.

Ничего, в следующий раз подумает, прежде чем "ведьме" хохмить.

Я миновала торговые ряды и направилась к выходу. Покупать я ничего не планировала, а толкаться надоело.

Уже на выходе с рынка меня в очередной раз окликнули:

— Постойте..!

— Отвалите, я уже купила все, что хотела! — привычно отмахнулась я, не глядя на говорящего.

—… госпожа мистик!..

Теперь-то я удостоила его вниманием. Надо же, с такого расстояния признали без мантии...

В ожидании продолжения, я оглядела довольно молодого парня, облаченного в скудный доспех, состоящий из кожаной куртки и легкой кольчуги без рукавов. Его товарищ, повыше и пошире в плечах, был одет в похожую куртку и латы. У этого были еще и поножи.

Интересно, кто они. Городскую стражу экипируют по-другому. Для солдат слишком скудно. Для разбойников — богато.

— Скажите… Вы заказ взять не хотите? — осведомился первый, подходя.

— Смотря какая работа и сколько платите, — веско заявила я.

Парень стрельнул глазами туда-сюда, видимо, оценивая, не слишком ли много лишних ушей вокруг, и, чуть понизив голос, продолжил:

— Мы дракона бить собираемся...

— Батюшки! А что ж он вам сделал? — всплеснула руками я.

— Зря смеетесь, госпожа! — недовольно проговорил второй. — Мы, — он сделал значительную паузу. — драконоборцы!

Я мысленно усмехнулась...

… Я выпускник Соулской Мистической школы.

Наша школа — известнейшая не только в стране, но и на всем континенте. Она подготовила многих достойнейших специалистов, наиболее успешные ее выпускники состоят штатными мистиками при королевском дворе и в лучших домах страны; в военных подразделениях выпускник СоулМиШ в штате считается почти что знаком престижа. Десятки ее выпускников каждый год работодатели готовы расхватать с руками и ногами...

А поступает на обучение ежегодно… пара сотен, а то и больше.

Вычитать, небось, все умеют, и получается...

Добрая половина выпускников, которым, вроде как, и не было оснований не дать диплома, но за которых Школе стыдно перед потенциальными работодателями и миром.

Итак, вот отсюда и я. Дзета Янше, одна из неблистательных выпускников Соулской Мистической школы.

В основном, школа готовила практиков. Конечно, наши преподаватели и старшие наставники давали нам советы, разные, порой даже противоречивые… Сходились в одном. Главное, не брать мутных заказов от всяких дураков.

… Я жила именно этим.

— Что ж, господа, я готова выслушать ваше предложение. Ежели драконоборцы вы, тогда какова будет моя роль?

— Дык дракон-то не прилетит сам, — вновь заговорил первый. — Нам нужен кто-то, кто сможет его… приманить.

— Приманить? — хмыкнула я. — Это как?

— Смотри, мистичка, — подал голос второй. — Драконы, они чего? Селенья жгут, все ценное в гнездо свое уносят да девок молодых крадут и жрут...

— Да не жрут они их, дурак! — вклинился первый. — Крадут да портят!

— Да почем тебе знать? — огрызнулся товарищ.

— А вот почем! Зачем же они в старину именно девиц молодых требовали на откуп? Ну, молчишь? Вот оттого и ловить нужно на невесту...

— В общем, ты, мистичка, должна будешь сыграть невесту, чтобы его призвать… А как он прилетит, тут мы его и схватим!..

— А почему именно невесту? Речь же шла про "девицу", — спросила я.

— Нет, ну а как дракон поймёт, что девица невинная? А с невестой-то всё понятно...

— Так значит, ваш план — приманить дракона на "отданную на откуп невинную девицу" и сразить его? — уточнила я скептически.

— Ну… да, — ответили доблестные "драконоборцы".

— Ребят, мне жаль вас огорчать, но… скорее всего, ничего не получится.

Лица их выразили удивление, которое затем начало медленно превращаться в недоверие.

— Понимаете, в чем дело, — продолжила я. — Это все байки. Дракон не прилетит на "невесту". Это чушь собачья. Россказни и народные домыслы, что драконы деревни сжигают, молодых девок крадут и портят...

— Мы много об этом слышали! — обиженно начал первый. — И даже в книгах об этом есть, нам читали… Недаром же в старину отдавали драконам девиц на откуп...

— Ну, в старину и чуму молитвами да святой водой лечили… Тоже мне, нашли аргумент...

— И всё же, не бывает дыма без огня!

Я скептически закатила глаза...

— И что же полагается делать?..

— Да там ерунда, песенку спеть в свадебном платье...

— От незадача… — театрально покачала головой я. — Платья-то у меня и нет...

— Возьмешь да простыней обмотаешься, — проговорил второй. — Что дракон, приглядываться что ли будет? И на голову что-нибудь придумаем… У нас вон штора красивая кружевная была...

— Ну, хорошо. А теперь вопрос на сто сереньких[1]. Что вы будете делать, если дракон прилетит?

— Не боись, мистичка, — бодро сказал он. — У нас баллисты. Отстреляемся.

—… И сколько вы за это предлагаете?

— 30 сереньких даем, — ответил первый; я уже почти удовлетворенно кивнула, но он добавил, — если дракон прилетит.

— А если не прилетит? — нахмурившись, осведомилась я.

— Ну-у, каков результат, такова и плата… Прилетит — заплатим...

— То есть, если я спою, а дракон не прилетит, вы мне не заплатите? — праведно возмутилась я.

— То есть, мы должны платить, если дракон не прилетит? — праведно возмутились они.

— А я вам сразу сказала, что дракон не прилетит! А за бесплатно я для вас петь в простыне не намерена!

— А где нам гарантия, что вы и правда приложите усилия, чтобы его призвать, а не просто споете для виду?

— Резонно, — согласилась я. — Тогда давайте так. Двадцать сереньких — задаток. И еще 20 сверх — если дракон прилетит.

— А не многовато для задатка? — возмутился второй, тот, что повыше.

— А на меньшее я не согласна! — заявила я.

— А что если мы другого мистика найдем?! Который согласится!..

Я демонстративно огляделась, козырьком приставив ладонь к глазам.

— Ну, ищите ветра в поле… — фыркнула я и, развернувшись на каблуках, направилась прочь.

— Ну хорошо, мы согласны! — крикнул мне вслед первый "драконоборец".

Я остановилась и обернулась.

— Значит, по рукам?

— По рукам… Пойдемте в наш лагерь, обговорим все...

Лагерь "драконоборцев" располагался за городской чертой на склоне холма, так, что из города видно его не было. И "лагерь" было довольно лестным названием. Самих ловцов было всего человек восемь. И пара неплохих баллист.

Там я получила порядком истрепанную книгу, у которой не представлялось возможным прочитать названия (не удивлюсь, если там некогда было написано "Былины и небылицы народов мира" ) и несколько сложенных листов с текстами.

Встретиться условились в том же месте завтра на рассвете. Хотя я почти слезно умоляла хотя бы часов в 9.

Но решили на рассвете. Чтобы без лишних глаз — добычей не делиться...

Вечером я занялась чтением "сказок". Несколько раз прочитала песню, чтобы запомнить, но сильно усердствовать не стала.

И, сделав себе подсознательную установку проснуться незадолго до рассвета, легла спать.

 

***

Я потянулась в постели, щурясь на восходящее солнце, после чего с дежурным ужасом осознала, что проспала...

В это время мне полагалось уже быть в лагере.

Я наскоро оделась, не зашнуровывая, сунула ноги в ботинки и спешно выскочила на улицу.

Улицы были заполнены тенью: солнце было еще слишком низко, чтобы осветить пространство между домами. Было по-утреннему зябко. Я поплотнее запахнула куртку и зашагала к холму.

Я не успела с утра порадоваться жизни, позавтракать и зашнуровать ботинки, и потому пребывала не в лучшем расположении духа.

Когда я была на месте, солнце уже примерно на час поднялось над горизонтом. Почти неподвижными лежали в его косых лучах кустящиеся свежей зеленью поля. Деревья по склону были окутаны легким туманом.

Вспугнутый солнцем, туман уже убирал свои щупальца со склона; тело его, почти недвижимое, лежало над озером. У подножья холма почти не было ветра.

Вершину же холма уже касался ветерок, легкий, но слишком свежий, чтобы можно было назвать его приятным.

— Ну, здрасте, — бросила я, подходя к "ловчему лагерю".

— Уж заждались Вас, госпожа, — буркнул один из "драконоборцев", условно взявший на себя обязанности командира. Хотя, на самом деле, они больше походили на шайку, а не на команду.

"Заждались они меня, ага. Сами вон только встали..." — мысленно усмехнулась я; вслух же говорить ничего не стала, дабы не уязвлять достоинства доблестных ловцов.

— Вот одежда Ваша, — он указал на повешенные на одну из баллист тряпки. — Наряжайтесь, только пошустрее, солнце уж поднялось...

Я обернула простыню вокруг спины, перекрестила на груди и завязала сзади на шее.

— А куртку-то бы снять… — критично на меня посмотрев, проговорил недоглавнокомандующий шайкой. — Рукава всё впечатление портят...

— Да вы издеваетесь?! — возмутилась я. — Дубак же несусветный!

— Ну и что? Вы где-нибудь видели, чтобы подвенечное платье поверх куртки одевали?

— Вот дали бы вы мне подвенечное платье, я бы еще подумала. А вы мне простынь дали… — буркнула я, развязывая оную.

Я сняла куртку и начала было прилаживать "платье" вокруг рубахи.

— Да руки голыми должны быть! — с нотками раздражения заявил командир. — А то на саван смахивает!

— Да вы обалдели! — возмутилась я. — На саван смахивает… Тут не в рубахе моей дело, а в вашей простыне! Между прочим, свадьба раньше считалась символом смерти девушки как молодой девицы, потому и платье белое!.. Отвернитесь все тогда! За приватные танцы с раздеванием мне никто не платил!

Я сняла рубаху, оставшись в одной сорочке, и торопливо обернулась простыней, хоть тепла от нее было как от индюка молока.

"Фату" я кое-как примотала к голове лентой, оставив красивый кружевной хвост сзади, а на лицо свесив верхнюю часть шторы. По длине она полностью закрывала лицо, а снизу имела прошитый карман для нанизывания шторы на палку.

Закончив с "фатой", я торопливо накинула куртку на покрытые мурашками плечи и выпрямилась.

— Хорошо, — покивал головой командир, придирчиво рассматривая. — Только вот штаны под "платьем" плохо смотрятся...

— Точно доплату за раздевание потребую! — с угрозой прорычала я. — Уж не ваши ли слова, что дракон приглядываться не будет?!

"Драконоборцы" тотчас согласились, что штаны под "платьем" смотрятся вполне себе нормально.

Я скинула куртку и подошла к условленному месту. Туман истаивал; меж деревьями по склону он был уже почти прозрачным.

Небо было чистое, безоблачное. Но воздух еще был наполнен утренней дымкой. От вершины солнце отгораживали деревья, с востока заходящие на холм почти до вершины. Поэтому я даже не могла погреться в его лучах. Однако, был в этом и свой плюс: стрелкам глаза не заслепит...

Было свежо и зябко. Я повела голыми плечами, ежась под холодным дуновением утреннего ветра… Петь полагалось "песню невесты", а тянуло — "песенку чернокнижника"...

Ой, ладно, хоспаде. Сейчас спою им их несчастную песню и обратно спать пойду. Делов-то.

Я вздохнула, потирая зябнущие плечи. Быстрее начнем — быстрее закончим. Как там начиналось?..

— На высокой скале берегов океана

Черно-красным цветком отцветает закат.

Омывает вода камня старые раны,

Словно горная твердь его память крепка.

 

Там живет царь ветров, зверь, что ужас внушает,

Охраняя границы своих берегов,

Красной бронзы броня его грудь украшает

И жемчужная нить… из людских черепов. — Что и говорить, маги прошлого любили всякие замысловатые формулировки.

 

— Коль судьба моя — Землю покинуть до срока,

Не склоню головы пред своею судьбой,

И, едва познав, с жизнью проститься земною,

Но взамен глотнуть жизни страны грозовой.

 

И крылатому змею навеки стать данью,

Что бессмертному солнцу огонь подарил,

Землю — добрую мать целовать на прощанье,

Коль он огненный взор на меня обратил.

 

Что ж, приди же по душу мою молодую,

Неприкаянной дочью меня не оставь,

Забери меня в небо, страну грозовую,

Из которой никак не вернуться назад. — Однако, песня звучит как-то даже чересчур оптимистично… Для девушки, отдаваемой в жертву. Словно сама желает этого… Какая ирония!..

 

— И быть может тогда ты заполнишь зарею

Мое сердце — прозрачный кусок хрусталя,

И рассыпется в пыль все, что было игрою,

Я теперь неба дочь, до свиданья, Земля".

Я закончила петь. Ничего не произошло. Ветер гулял по тростнику озера, заставляя чуть клубиться туман.

Я обернулась и, взглянув на несостоявшихся "драконоборцев", раскинув руки, крикнула:

— Ну, что я вам говорила?

Лица их, выражающие разочарованное смятение, вдруг резко вытянулись.

Я даже не успела подумать, отчего бы это. В эту самую секунду резкий и шумный поток ветра накинул штору мне на лицо, разметав волосы, и через мгновение мою грудную клетку сжали огромные лапы.

От рывка из легких выдавило весь воздух, и я даже не почувствовала, как из-под ног ушла земля. За мгновение перед глазами пронеслись люди, баллисты и "ловчий лагерь", а следом — и деревья по склону, и вот только тогда я наконец сумела с хрипом вдохнуть и заорать.

— АААААААА!!! Стреляйте, придурки!

Видимо, до этого они додумались и без меня. Потому что щелчок я услышала, еще когда набирала воздух перед словом "стреляйте".

Сразу две стрелы прошили воздух; дракон, едва не разжав когти, увернулся от одной, а вторая и так шла безнадежно мимо.

Теперь я осознала всю глупость своего последнего заявления. И заорала еще пуще (хотя, казалось бы, куда уж) прежнего:

— НЕ стреляйте, придурки!!!

Даже если они попадут в дракона, я спикирую на землю с такой высоты, что ничего хорошего мне не светит.

В отношении к выстрелам дракон был со мной солидарен и, словно для подкрепления моих слов, плюнул огнем в дерзновенные баллисты. Люди бросились врассыпную; баллисты вспыхнули, как зачарованные. Дракон взмыл вверх.

Осознав, что уже слишком высоко, я прекратила свои трогательные попытки вырваться из когтей, и даже, напротив, покрепче в них вцепилась.

Однако, одну из баллист, видимо, успели взвести, и она сработала.

Вновь послышался заставляющий сердце сжаться, а пальцы скреститься звук выстрела, и где-то совсем рядом с драконом прошла стрела. И его когти разжались...

Человеку подвластна левитация. И лучшие маги с моего выпуска это умели.

Но я никогда не была лучшей.

Я не настолько умна и удачлива. Ибо, если бы я была настолько умна и удачлива, не была бы самопальной наемницей-фрилансершей...

Озеро было левее относительно меня. Лучшее, что я могла сделать — немного подкорректировать траекторию своего полета навстречу матушке-Земле, собственно, чтобы с этой самой встречей повременить.

Я крутанулась в воздухе и попыталась отрегулировать положение своего тела. Предполагаемая траектория изменилась, причем даже почти так, как надо.

Только не двигайся, только не двигайся!

Все более реальным начал становиться шанс упасть в озеро у самого берега. Благо, берег был крутой и сразу уходил глубоко под воду, так что, глубина позволяла.

Правда, настолько же реальным был шанс влететь и в бережок...

Сверху, сквозь свист ветра в ушах, слышалось хлопанье огромных крыльев. Я чуть повернула голову, стрельнув глазами назад. Тварь летела следом, горя желанием поймать упущенную добычу.

"Поймай меня! Поймай меня!" — малодушно молила я мысленно.

Но, кажется, ему было не успеть...

Надеяться оставалось только на себя. И делать какой-нибудь немыслимый финт на подлете.

Входить в воду с такой высоты я в обычной жизни, наверное, никогда б не решилась. Однако, поскольку выбор в данный момент у меня был между водой и землей, я выбрала воду. Лететь приходилось головой вниз. А значит, нырять предстояло рыбкой.

Я бы, конечно, предпочла "солдатиком", вперед ногами, как говорится. Но развевающееся "свадебное платье" тогда бы пагубно сказалось на моей аэродинамике.

Озеро стало совсем близко. Я шла почти впритирку к берегу, поэтому пришлось вертануться, чтобы избежать встречи с ним.

В воду я влетела здорово. Хоть вошла и руками, но лицу все равно было больно. Особенно слева. Потому что входила в воду немного косо. В глаза залило воды, жгучей, как чили, да и в нос тоже. А еще я по недалекости своей согнула ноги и нехило отбила себе ляжки. Особенно левую. Но ерунда все это. Зато не в землю.

В воде меня развернуло, и я, уже порядком потеряв в скорости, довольно мягко встретилась левым боком с песчаным дном.

Но не успела я даже толком очнуться от удара, как, в бока впились драконовы когти, и, сжав грудную клетку, резко выдернули меня из воды вверх.

С меня градом катилась вода; в лапах дракона я повисла тряпкой, не в силах больше бороться, напоследок взглядом вверх ногами выхватив нашу "ловчую стоянку", стремительно уменьшающуюся с каждым рывком от взмаха огромных крыльев.

"Придурки", — мрачно подумала я.

Холм отдалялся. Объятые пламенем баллисты стали совсем как игрушечные и, даже если бы были целы, на это расстояние уж точно бы не добили.

Ветер свистел в ушах и трепал мокрые волосы.

"Фата" слетела еще в первые секунды после появления дракона. С незашнурованными ботинками я тоже распрощалась практически сразу, хотя даже не заметила, в какой конкретно момент. Хотя, конечно, мне как мистику полагалось бы знать, ведь мы должны уметь контролировать тело на тысячу процентов...

Внизу с невероятной скоростью проносились холмы, леса, луга, реки, пока, наконец, на смену им не явились темные воды океана.

"Ну все, — мелькнуло в голове у меня, — пиши пропало. Унесет в свое гнездо на острове"...

Мы летели долго, наверное, что-то порядка полутора-двух часов.

Потом я почувствовала, что дракон начал снижаться. Я подняла голову и увидела впереди скалу.

Самым странным было то, что на скале возвышался замок. Видимо, тварь устроила себе гнездо в чьем-то брошенном замке. А может, и выгнав (или съев) бывшего владельца...

Перед зданием оказалась большая ровная площадка, как будто нарочно сделанная для приземления дракона. Я испугалась, что он сейчас приземлится на передние лапы, в которых была зажата я.

Однако он, проигнорировав площадку, поднялся к башне (я только теперь поняла, насколько она огромная) и, сложив крылья, влетел в окно.

Мы оказались в просторной каменной зале, но, я не успела оглядеться, как дракон швырнул меня к стене.

Я жестко приложилась лопатками, тазом и немного головой о камни. Тихонько застонав, зажмурившись, я потерла рукой ушибленный затылок.

Приходя в себя от удара, я не видела, что делает дракон, только слышала его неровное рычание.

Меня обдало жаром, достаточно легким, однако. Я приоткрыла глаза, но увидела уже только, как силуэт дракона стремительно уменьшается.

Вместо огромного крылатого ящера передо мной оказался человек, уперевшийся в пол кулаками, со сложенными за спиной крыльями.

Он был невероятно высок, широк в плечах. И… совершенно не одет.

Он поднял голову, откидывая с лица растрепанные черные волосы до плеч, и, сверкнув глазами цвета пламени, сделал рывок ко мне.

Вот теперь я заорала громко.

— Какого рожна?! — проревел дракон. Он казался мне просто огромным. Я чувствовала себя маленькой девочкой по сравнению с ним.

— Аааааа! Не ешь меня! — отчаянно завопила я. Стыдясь, я старалась не опускать взгляда от его лица.

— Серьёзно?! — рявкнул он. — Я выгляжу голодным?!

Тогда я все-таки опустила взгляд от его лица.

— АААААА! Лучше съешь меня! Пожалуйста, съешь! — я отчаянно забила ногами. — Иииииии!

— Да не ори ты, дура! — рявкнул он.

— Я хочу хранить честь для суженого-о! — в ужасе вопила я, суча ногами.

— Беги! — проревел дракон, попав в краткий миг, когда я переводила дыхание.

— А? — непонимающе замерла я.

— Беги, дура! — гаркнул он, отворачиваясь. — Вон с глаз моих, а не то я передумаю и отделаю так, что на ноги не поднимешься!..

Я подорвалась и со всех ног бросилась прочь из зала.

Опомнилась я далеко не сразу. Я бежала по какому-то темному коридору, босиком, неловко подхватив рукой край порезанной когтями простыни. Куда и сколько раз я сворачивала, я помнила смутно.

Я нервно огляделась, но погони не было, и я, наконец, сбавила шаг, судорожно переводя дыхание.

Сердце бешено колотилось и прыгало в груди, его удары отдавались в горле и в ушах. На глазах от страха выступили слезы.

Немного отдышавшись и отойдя от шока, я, наконец, как следует осмотрелась.

Коридор был темным и широким, полностью каменным; пол был сложен из крупных плит натурального темного камня, холодного и шершавого.

Я попыталась поудобнее перехватить простыню; и только сейчас заметила багровые разводы крови на белой материи. В первый миг мое сердце пронзил ужас, но уже через пару мгновений разум взял верх, и я поняла, что это кровь из ран от драконовых когтей.

Я, хоть и немного некстати, с досадой подумала о том, как, должно быть, жалко и глупо выглядела. Зареванная, в разодранной простыне поверх такой же разодранной сорочке, отчаянно бьющая ногами… Достойная выпускница Соулской Мистической школы. Тьфу.

В коридоре было темно, однако на стенах были незажженные факела.

Недалеко впереди чуть заметно высвечивался угол стены, обозначая поворот.

Я поспешно направилась туда. Дойдя до поворота, прижалась к стене и осторожно выглянула из-за угла.

Опасности не было. За поворотом обнаружилась чуть приоткрытая дверь в какую-то освещенную комнату. Я по стеночке подобралась к двери и с осторожностью заглянула в щелку.

Это оказалась ванная комната, и она была совершенно пуста. Я зашла внутрь и заперла дверь на засов.

Ванная была хорошо освещена, выглядела очень чистой и приличной. Там пахло хорошим мылом и травяными отварами.

Обстановка казалась почти обыкновенной, что рвало мне шаблоны, потому как такая приличная комната никак не вязалась в моей голове с образом огромного чешуйчатого огнедышащего монстра. Все предметы были крупнее, чем обычные; я чувствовала себя так, словно вдруг уменьшилась примерно в один с четвертью раз.

Осторожно ступая по камышовой циновке, я подошла к зеркалу. Взглянув на отражение, утвердилась в мысли, что выглядела очень жалко.

Я сбросила несчастную изорванную простыню. От пострадавшей не меньше ее сорочки проку было мало.

Я оглядела себя. Все тело было в свежих синяках. Бока были исполосованы глубокими кровавыми царапинами, которые уходили на спину.

Пояс и часть штанов тоже были задеты когтями.

На левой стороне лица созвездиями распустились несколько сосудистых звездочек; одно маленькое кровоизлияние было даже в глазу.

Я обиженно фыркнула на свою нелегкую судьбину и преисполнилась жалостью к себе.

Раны стоило бы промыть. А по-хорошему, еще и чем-нибудь обработать. Но у меня при себе, понятное дело, ничего не было.

Я подошла к массивной ванне и критически ее оглядела.

Вот это номер: здесь есть даже водопровод!.. В обычных городах такое было редкостью!

Я повернула рычаг, и ванна начала наполняться водой. Я сунула руку в воду: теплая. Божественно.

Я подняла глаза и осмотрела содержимое стеллажа из темной (и, вероятно, весьма недешевой) древесины. Неплохо бы найти здесь что-то, что подошло бы для обработки ран...

Надо сказать, заполнен стеллаж был весьма недурно, даже аристократически. Тут было и хорошее травяное мыло, и несколько травяных и древесных отваров, и эфирные масла...

Я взяла один из отваров, густо-зеленого цвета. Открыла крышку и понюхала. Да, это именно им так здорово пахло… Думаю, должно подойти. Хуже-то всяко не будет.

Я огляделась вокруг в поисках емкости и нашла деревянный ковш. Он был несколько больше, чем те, которые я видела обычно, как и все здесь.

Я набрала в него воды и добавила с четверть бутылочки отвара. По комнате тотчас разлился приятный запах трав.

Осталась примерно половина бутылочки (она и до меня был неполная). Подумав, я налила еще половину от оставшегося в ванну.

Я стянула штаны и аккуратно забралась в воду. Царапины от когтей, что были пониже и касались воды, тотчас адски защипали. Но я стиснула зубы и осторожно, но довольно быстро опустилась в воду спиной.

Через какое-то время боль притупилась и стало возможным немного расслабиться. Тогда я достала мыло и промыла раны мыльной водой.

Что ж. Раз уж я была так подло похищена, могу позволить себе немного повести себя по-хозяйски.

Я окунула в воду волосы и немного расчесала их пальцами (и вытащила из них засохший кусок озерной тины). Затем выключила воду, откинулась на борт ванны и устало прикрыла глаза.

Сумасшедший выдался денек...

Сколько точно прошло времени, я не знаю.

Я валялась в ванной, пока не остыла, несмотря на толстые теплонепроницаемые стенки, вода.

Я поднялась и, склонившись над ванной, обработала раны отваром. Потом вылезла на циновку и, отжав волосы, стала ждать, пока высохнет кожа.

Параллельно я задумалась над тем, во что же мне теперь одеваться.

Надевать грязную окровавленную разодранную одежду не было ни малейшего желания. Тем паче, закутываться в простыню, помимо прочего полежавшую на камнях пола и уже впитавшую их холод.

Я еще раз осмотрела комнату и теперь приметила шкаф у входа.

В нем обнаружилось что-то типа халата, слишком большого и зачем-то с прорезями, начинающимися на спине в районе — предполагаемо — лопаток (для меня — поясницы) и идущими до самого низа.

Кое-как подпоясавшись, я осторожно отодвинула засов и выглянула за дверь. Коридор в обе стороны был пуст.

Я вышла. Относительно ванной, коридор казался холодным. В особенности неприятно было ступать по камням босыми ногами.

Поежившись, я осторожно прошла по коридору. Вскоре обнаружила еще одну дверь. С опаской заглянула внутрь. По всей видимости, это было что-то типа гардеробной. В ней было несколько платяных шкафов.

Я зашла внутрь и принялась исследовать одежду. Все-таки, ходить по "вражеской" территории в одном банном халате неудобно, причем во всех смыслах.

Одежда и правда была мне колоссально велика. Значит, мне не показалось тогда, что дракон крупнее человека.

Я отыскала для себя что-то вроде рубахи, кажется даже, натурального шелка. На ее спине были такие же прорези, как и у моего халата.

"Это для крыльев," — наконец поняла я.

Плечики рубахи у меня были чуть ниже середины плеча. Рукава свисали вниз от кончиков пальцев на добрых пол-локтя. В длину она доходила мне почти до колен. Хоть как платье носи, если б не разрезы...

Со штанами было сложнее. Найти что-нибудь хоть сколь-нибудь подходящее оказалось нереальным. Тем не менее, я нашла золотистые, расшитые зелеными нитями шаровары (ну, точней, шароварами они были для меня), подпоясалась тесьмой и подвернула штанины.

Закатать рукава оказалось тоже непростым делом, потому что материя скользила, и они постоянно раскатывались. На одном из "халатов" я нашла брошь и заколола правый рукав. Второй броши нигде не обнаружилось.

Поэтому правый рукав у меня был нормальный, а левый постоянно раскатывался.

Так же в гардеробной мне посчастливилось найти обувь — что-то очень похожее на восточные туфельки-тапочки. Размер был не мой, сильно не мой, но, за неимением лучшего...

Выйдя из комнаты, я направилась дальше.

Надо обследовать замок, возможно, найти выходы, пути для бегства...

Я спустилась на этаж ниже и прошлась по коридору. Мне встретился широкий вход в просторную залу, дальнюю от меня стену, которой я разглядывала, подходя ко входу.

Выдавшись на полшага за арку, я окинула взглядом центр залы и только сейчас заметила сидящего за столом спиной ко мне дракона.

Я, ахнув отпрянула.

Но незамеченной остаться не удалось. Залу огласил густой голос мужчины:

— Да не прячься ты. Проходи, садись.

Я несмело вышла из-за стены.

— А Вы меня не тронете?

— Нет, я уже успокоился, — сухо ответил мужчина, отхлебывая из кружки.

Я неуверенно направилась к столу, на ходу закатывая расправившийся левый рукав.

Мужчина был причесан и хорошо одет, его нынешний вид остро контрастировал с тем, что я видела в первые минуты по прибытии. На вид ему можно было дать лет 35.

— Чай будешь?

Я присела на стул. Мужчина взял вторую кружку и налил чая из чайника.

— Ну, — недовольно проговорил он, поставив кружку передо мной. — Извольте объясниться.

Я потупилась.

— Эммм… Как бы сказать...

Дракон опустился на свой стул, недовольно глядя на меня.

— Я мистик… Меня наняли, чтобы… — я осеклась. "Чтобы приманить дракона на живца и убить"… Так следовало ответить?!

Мне было, во-первых, страшно, что его это разгневает. Во-вторых… мне было неловко. Неловко перед разумным и явно цивилизованным существом.

Дракон представлялся мне чем-то вроде… животного… А сейчас… Сейчас я понимала, что это не так. Совсем не так...

—… Чтобы поймать дракона, — как могла нейтрально проговорила я.

Мужчина скептически приподнял бровь.

— Поймать дракона, значит.

Я снова потупилась, ощутив укол стыда.

… Он спокойно мог бы меня убить. И, пожалуй, это не было бы несправедливостью… Ведь не это ли собирались сделать "драконоборцы", и я вместе с ними?..

Но я сидела теперь за его столом и пила чай. Мы разговаривали как два цивилизованных человека.

— Мне стоит уточнять, зачем? — холодно осведомился дракон.

Я покачала головой.

— Хорошо. Допустим. Вы решили поймать дракона. И как тогда так вышло, что я забрал девушку в… простыне, певшую песню призыва?

— Ну… — поморщившись, начала я, — ну мне сказали, что драконы похищают девиц… И в старину даже специально на откуп дев отдавали, чтобы драконы селения не жгли… Поэтому мы ловили… "на живца", так сказать...

— И как ты на такую дурь повелась? — с негодованием всплеснул руками дракон. — Я думал, что мистики должны быть умными людьми...

— Ой, таки шо за стереотипы? — деланно возмутилась я.

Дракон едва заметно усмехнулся. В выражении лица его не было злобы. Скорее какая-то… мудрая строгость.

Я тоже улыбнулась, отхлебывая чай.

— Зовут-то тебя как? — беззлобно спросил он.

— Дзета. Дзета Янше.

— Конхстамари Дх'Орр, — ответно представился он.

Руки он не протянул, хотя, если б протянул, я бы даже пожала.

— А теперь позволь кое-что прояснить тебе, Дзета — позор университета, — продолжил он. — Та чудесная песенка, которую ты пела — не что иное, как ритуал призыва. Заклинание было создано в стародавние времена вашими же магами для определенных целей. Призыв базируется на физиологии и в нем так заложено, что призывающий объект предназначен исключительно для чистой и непорочной плотской любви… И вот, приношу я исполнительницу в свой дом, а она, вместо того, чтобы упасть в мои жаркие объятия, начинает орать и отбиваться… А я, знаешь ли, сторонник традиционных отношений: то есть, исключительно по обоюдному согласию...

Я слушала это, закрыв залитое краской лицо кружкой… Как неловко...

— Так что же, получается, я… — пробубнила я в кружку.

— Ты совершила акт психологического насилия, — холодно проговорил мужчина.

Так значит, это не дракон — ужасный похититель, а я — провокатор, подло использовавший физиологию для достижения своих целей… И каких, должно быть, усилий ему стоило не тронуть меня, а отправить куда подальше...

— Ох, должно быть, Вам это было очень неприятно...

— Ну, после того, что ты сделала, ты, как честный человек, должна была бы выйти за меня замуж...

— Простите… господин дракон, — опустив голову, проговорила я. Ох уж эта моя замечательная способность запоминать имена с первого раза...

— Конхстамари, — великодушно напомнил он.

Некоторое время мы сидели молча.

— Вы… Вы ведь вернете меня на континент? — наконец задала я, пожалуй, наиболее важный вопрос.

Дракон сделал глоток из кружки, взглянул на меня своими желтыми глазами и ледяным тоном проговорил:

— Нет.

Я почувствовала, как холодеет в груди. Но, стараясь не подавать виду, как можно более спокойным голосом спросила:

— Почему?

— Ничего личного, дитя. Просто это невозможно.

Я напряженно глядела на него. В голове уже поднялся ворох пугающих мыслей, особенно про "как честный человек..."

— Невозможно вернуть кого-либо на континент, когда он и так на континенте. — вздохнув, продолжил дракон. — Вижу, с географией ты тоже не особо дружишь… Мы на мысе Жемчужная Скала, это часть материка.

— С географией я дружу нормально! — вскинулась я, тем не менее испытав небывалое облегчение. — То, что мыс Жемчужная Скала — часть материка, я знаю. Я не знала, что мы на этом мысе.

— А могла бы и знать. Вроде, мистики должны быть способны настолько чувствовать окружающий мир, чтобы осознавать своё местоположение относительно земли...

— Также как мужчины такого сложения должны уметь отжиматься с мизинцев. — едко ответила я. — Можно, но тяжело.

Дракон, хмыкнув, кивнул, соглашаясь.

— Ну, тогда… Вы вернете меня туда, откуда взяли?

— Зачем? — фыркнул дракон. — Мы ж на континенте… Съедешь на попе по скале, а там и пешечком можно… Недели за две, небось, дотопаешь.

— Нет, ну!.. — возмутилась было я, но он проговорил:

— Так и быть уж, верну откуда взял. Но не сейчас. Уже стемнело, я не успею до восхода назад: четыре часа лету в один конец… Не хочу привлекать лишнего внимания.

— Разве четыре? — удивилась я. — Мне казалось, мы сюда часа за полтора-два долетели...

— Угу. А то, что я к тебе, пока ты песню пела, за несколько минут долетел, тебя не смущает? Одно дело, когда летишь на заклинание практически сквозь пространство и время, или когда тащишь добычу домой, и совсем другое — когда летишь просто так...

— Хм… — глубокомысленно изрекла я, в который раз закатывая злополучный левый рукав.

Мы снова замолчали на какое-то время.

— А зачем люди создали это заклинание? — неуверенно спросила я. — Неужели чтобы ловить драконов?

— Это его неправильное использование. Изначально оно применялось людьми, которые хотели стать наложниками.

— Ой да ладно! — недоверчиво проговорила я. — Такие были?!

— И немало, представь себе.

— Никогда бы не подумала...

— Что ж, девочка, придется устроить тебе ликбез по расовой психологии, драконологии и еще какой-нибудь чешуе… — протянул дракон. — Некоторые представители людей, как и других рас, охотно соглашаются быть наложницами или наложниками драконов, мы же, взамен, обеспечиваем им хорошую безбедную жизнь.

— Что, и наложниками тоже? — скривилась я.

— Драконы по природе своей пансексуальны, — просто ответил дракон. — Если объект нравится, раса и пол не имеют значения.

— И как же к этому относятся ваши женщины?

— Обычно мы стараемся общаться с ними по минимуму.

— Так-то вы, значит, к своим женщинам относитесь… — осуждающе протянула я. — А на другие расы заглядываетесь...

— Они у нас немного… отбитые, — со вздохом ответил дракон. — От такой вовремя не сбежишь — сожрет, и это не шутка. Поэтому мы не имеем постоянных отношений с нашим бета-полом и контактируем только со строго определенной целью… А для всего остального — наложники из других рас.

— И они соглашаются продать свою свободу за деньги?

— Многие хотят хорошей жизни. Но не всегда они хотят денег. Некоторые девицы и парни мечтают быть обращенными. И даже предлагают за это доплатить...

Я хмыкнула:

— Обращенными? Как это? Я читала только, что в некоторых неправдашных сказках вампиры могут обращать людей в себе подобных с помощью укуса...

— Дракон способен обратить человека в драконэлла. Но это совсем другое. Почти никогда этого не делают, ибо много чести, слишком дорогого стоит… Мало что может предложить взамен человек.

— Разве драконы не падки на золото? — ухмыльнулась я.

— Золото? — хищно оскалился дракон. — Хочешь я покажу тебе мою сокровищницу? Два нижних этажа замка, семьдесят четыре квадратных шены[2]? Так что, не знаю, не знаю, сколько золота должен предложить человек… Если только себя в качестве наложника. Но такие случаи редки: это надо очень сильно потерять голову...

— И много у вас наложниц?

— Как правило, нет. Выбираем и обхаживаем тех, которые особенно понравились, — ответил дракон.

Я отхлебнула чай и взглянула в высокое окно; на темнеющем небосводе разгорались звезды.

—… Это же, по сути, то же самое, что торговать собой… С той лишь разницей, что только для одного, — поморщилась я. — Но все равно мерзость.

— Ну… а не то же ли самое выйти за богатого мужа ради денег? — хмыкнув, проговорил дракон.

— Ну, да… — протянула я. — Выйти замуж ради денег тоже к тому близко...

— Так что, многие считают, что стать наложницей — весьма хороший вариант. И я, как потенциальный держатель гарема, не вижу тут ничего предосудительного...

— А как… — я замялась, — дети?..

— А что дети?

— Ну… с ними нет проблем? С здоровьем там?.. Гибриды, все-таки...

— Нет с ними проблем, — отрезал дракон. — Нет детей — нет проблем. Какие дети? У наших видов слишком сильные биологические различия!.. Девочка, ты вообще хоть что-то учила в этой вашей школе? За что тебе вообще дали диплом?

— За красивые глаза! — с вызовом ответила я.

Дракон скептически взглянул на меня, выражением своего лица давая понять, что ставит под большое сомнение мое последнее заявление. Оскорбленная, я хотела было плеснуть в него из кружки, но чай был слишком вкусный и его было жалко. Поэтому я сняла с ноги тапочек и кинула в дракона. Тапочек легонько ударился о его плечо и упал вниз; дракон проводил его взглядом, потом поднял недовольные глаза на меня и проговорил:

— Нет, ну вы посмотрите! Сидит в моем доме, в моей одежде у меня за столом, пьет мой чай, да еще и кидается в меня моей же туфлей! До чего нахальная девчонка!

— Я еще и голодна! — храбрясь, нагло воскликнула я. — У Вас же есть что-нибудь к чаю?

Дракон вскинул брови, покачал головой, после чего бросил:

— Наглость — второе счастье… Ладно уж, сейчас принесу что-нибудь.

Он вернулся с подносом с фруктами и поставил его посередине стола.

— Да уж, — протянул он, когда я с интересом принялась разглядывать содержимое подноса.

Я обернулась и запоздало поняла, что он смотрит сквозь прорези рубашки на царапины.

— Ну уж извиняй, сама нарвалась, — проговорил он, отходя.

На ночь дракон выделил мне комнату на третьем этаже замка. Его же комната была этажом выше.

Я отключилась почти сразу, как только коснулась подушки.

Утром я проснулась, когда солнце уже поднялось достаточно высоко. Я привела себя в порядок, вышла из комнаты и прошла в ту самую залу, где мы разговаривали вчера.

Дракон, по всей видимости, встал уже давно.

— Доброе утро, — проговорил он.

— Доброе, — ответила я, садясь за стол.

Он поставил передо мной блюдо, на котором лежал неизвестный мне фрукт и пара кусочков обжаренного на огне хлеба.

— Скажите… — проговорила я. — А Вы… едите людей?

— Нет, — ответил он, присаживаясь за стол. — Зачем, если с людьми можно делать куда более интересные вещи… А что, человечинки захотелось?

— Нет… Просто интересно, — сказала я.

— Тот, кто поедает разумных существ, постепенно сам теряет разум. Есть поверье, что именно из-за этого русалки так плохо кончили...

Да, слыхала. Говорят, раньше у них были целые цивилизации, но потом что-то пошло не так. Они одичали, и теперь это нежить, охотящаяся на людей и подлежащая уничтожению при обнаружении… В нашем ведении.

— А Вы один здесь живете? — поинтересовалась я, поправляя неуемный левый рукав.

— Угу, — ответил дракон. — Хочешь составить компанию?

— Нет, упаси меня Небо. Хотя замок, признаться, уютный...

День я провела в замке. Дракон разрешил мне "гулять где вздумается", мотивировав это тем, что я все равно не умней кошки. Только попросил не бросаться из окон и не вылезать на скалу...

На закате мы вышли к той самой широкой площадке перед замком, которую я приметила, когда мы летели сюда.

Скала была красива… Загадочные белые россыпи ближе к подножью на фоне темных камней завораживали взгляд. Я подошла поближе к краю, чтобы рассмотреть ближайшие россыпи… и оторопела… Темный камень скалы покрывали… человеческие черепа.

— Что это? — ошарашенно проговорила я.

— А-а, это то, почему скалу испокон веков зовут Жемчужной, — ответил дракон, сняв, тем временем, халат и оставшись в легких панталонах до колен. — Дурье лазало, лазает и будет лазать… Честно говоря, даже не знаю, что с ними делать: уже и подножье огородил, и табличку повесил: "Опасно!!! Отвесные скалы!!!" — нет, стабильно одного или двух придурков в год понесут черти "грязное гнездо твари летающей" штурмовать… И хорошо обычно это не кончается...

— Жаль… — проговорила я, помолчав.

— Жаль. Но я считаю, пусть это и покажется жестоким, что "кто к нам с дурью придет — тот по дури и погибнет"… А теперь отойди к замку, — продолжил он после небольшого молчания. — чтобы я не задел тебя крылом и ты не пополнила эту жемчужную россыпь.

Когда я отошла, мужчина опустился на кулаки, расправил крылья и сменил "человеческую" форму на драконью.

Пару раз взмахнул крыльями, разминая их, и, повернув ко мне голову, кивнул.

Я двинулась к нему. Он подставил крыло. Оно было покрыто жесткой, словно бронзовой чешуей, ближе к краю немного напоминающей перья. Я сделала несколько неуверенных шагов по крылу, после чего дракон поднял его, и я съехала ему на спину, уперевшись ногами в гребень.

— А вот теперь держись, девочка, — прорычал дракон.

Он расправил огромные крылья. Я покрепче вцепилась в драконий гребень. Дракон постоял немного и, наконец, поймав ветер, сильно толкнулся от скалы...

В этот момент я познала всю прелесть полета. Ветер разметал волосы, каждый взмах крыльев делал ближе небо, и я ощущала такой восторг, подобного которому не чувствовала никогда прежде...

Мы летели над морем. Оглядевшись, я увидела узкий берег континента, и то, как соединяется с ним Жемчужная Скала...

С час мы летели высоко над водой, оставляя слева далекий непрерывный берег.

Потом дракон поднялся выше и полетел над континентом. Я немного охладела к полету, перевернулась на спину, глядя в небо, и обратилась к дракону:

— Скажите… Кхст… Канст...

— Конхстамари, — отозвался дракон.

— Конхстамари… — проговорила я, пытаясь физически запомнить, как это произносится. — Дх'Орр? А можно я буду звать Вас Кондор?

— Можно. И можно уже на "ты".

— Кондор… Помнишь, ты говорил вчера про обращение?.. Я никогда не слышала об этом раньше… Что это такое?

— А что, уже подумываешь? — осведомился он.

— Нет, исключительно праздный интерес, — искренне открестилась я.

— Многие мечтают быть обращенными, потому что это дает кое-какие плюшки. Повышается выносливость и жизнестойкость относительно обычных людей. И появляются некоторые возможности к трансформации, хоть и не полноценно… Но сам обряд очень сложен и… и очень дорого стоит обращающему...

— Как это?

— Один обряд — сто лет жизни.

— Ого… — оторопело протянула я, приподнявшись.

— Но это не совсем верная, упрощенная формулировка. Правильнее сказать "количество жизненной энергии, эквивалентное ста годам жизни". И, если себя хорошо вести, ее потом даже можно восстановить… Однако первое время дракон очень уязвим и даже не может принять драконью форму...

— Ничего себе, — проговорила я. — И неужели кто-то так делает?

— Кто-то делает… Это их дело, у всех свои мотивы.

Я снова опустилась на спину. Вверху плыли высокие облака, волосы шевелил ветер. Лежать на спине дракона, на его ходящих ходуном лопатках, было странно и не то чтобы удобно.

— Знаешь, Кондор… — проговорила я, поднявшись. — Ты невероятно добр...

— Знаю, — нахально ответил он. Я усмехнулась.

— Жалко будет, если мы больше не увидимся… Мне кажется, мы могли бы быть хорошими друзьями...

— Весьма сомнительно… — протянул дракон. — Не знаю насколько возможно дружить с объектом своего сексуального интереса… Вот наложницей я бы тебя взял, хоть ты и жульничала, использовав заклинание. Но, если я правильно оценил твой характер и убеждения, ты не согласишься...

— Ни за что на свете, — подтвердила я.

Мы летели еще долго. Потом дракон немного снизился и спросил:

— Ну и где тебя "высадить"? На том же холме, с которого забрал?

— Да… Хотя, нет, — ответила я. — Там "ловчий лагерь"… Вдруг эти придурки починили баллисты… Лучше в лесу сесть...

— Ой, ну да, мне в лесу, конечно, с моим размахом крыльев, удобно садиться… Там вон приземлюсь, до лагеря своего пешком дойдешь.

Дракон опустился на большую поляну посреди леса, к западу от города.

Он опустил крыло. Я стала съезжать вниз по гладкой чешуе, но почти в самом конце запнулась и еле удержалась на ногах, пробежав вперед.

— А ты точно мистик? — скептически поинтересовался дракон.

— Мистик, мистик, — огрызнулась я. — Была б не мистик, вообще б навернулась!

Дракон с сомнением хмыкнул, приподняв брови.

Я в очередной раз закатала уже порядком взбесивший меня левый рукав.

— Одежду с тебя требовать назад не стану. А то словно у нищего последнюю рубаху отбираю...

Я обиженно фыркнула:

— А я б и не отдала! Это взамен моей, которую ты уничтожил...

— Ага, взамен твоей простыни, — хмыкнул дракон, закатив желтые глаза.

Я рассмеялась.

— Ладно, не буду задерживаться, — сказал Кондор. — Надеюсь, впредь ты будешь умнее.

— До свидания, Кондор, — проговорила я. — Спасибо тебе!

Дракон фыркнул, расправил крылья и взмыл в воздух, обдав меня резким порывом ветра.

Я проводила его взглядом, закатала левый рукав и направилась к холму, требовать справедливости от "доблестных драконоборцев".

Выражения их лиц было не описать, когда на рассвете я появилась у палаток "ловчего лагеря" и нахально заявила:

— Ну так что, господа?! Дракон таки прилетел. Гоните мне мои 60 серебряных!

Они с перепугу сложились и заплатили, напрочь забыв о том, что а) мы договаривались на 40, б) задаток в 20 серебряных мне отдали заранее.

  • Что делает с нами любовь? / Обо всем и ни о чем сразу / Ню Людмила
  • Чайники в Вильнюсе / Путевые заметки - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Хоба Чебураховна
  • Хиты по заявкам радиослушателй / На музыкальной волне / Хрипков Николай Иванович
  • Ты не любишь меня / Сладкий яд / Kalip
  • Лунная дорога - Kartusha / Путевые заметки-2 / Хоба Чебураховна
  • Сегодня ночью опрокинулась моя душа. / Камень любви в огород каждого / Лефт-Дживс Сэм
  • Кэтал / Раин Макс
  • Легенда о пиратской шхуне / Сказания Времен Былых / Лита Семицветова
  • Первый признак гуманоидов / Ирвак (Ikki)
  • Зарисовки. Осенний перелив. / Бузакина Юлия
  • Н. Неsse - Abendgespräch / Вечерний разговор / Симмарс Роксана

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль