Глава 15 Живой дом

0.00
 
Глава 15 Живой дом

— Баронесса ждёт, одевайся. Моя задача провести тебя к ней и помочь дойти.

Он вышел в коридор, словно я мог смутиться от его присутствия, как девчонка. Оделся, все вещи идеально сели по форме, наверное, пока был в отключке, кто-то снял замеры. Закончив процесс облачения, ставшим таким трудным в свете недавних событий, присел, чтобы отдышаться. Ну и как я в таком состоянии должен идти к Баронессе? Чую, что-то здесь не ладно. Где Линд вообще, он давно уже должен был отправиться на мои поиски. Вновь вернулся горбун, ведя перед собой кресло, что приводило в движение четыре колеса снизу.

— Садись, — без эмоций произнёс горбун. Сел и мы двинулись вперёд. Надо мной растелился тускло освещённый коридор, всего было несколько церковных канделябров из бронзы на небольших комодах. Чистая обстановка, но скудная, несколько средних картин. В некоторых местах на полу и на стенах облез лак. Дом довольно большой, я не ошибся. Доехав до крутой лестницы, горбун неоднозначно остановился, оставив меня перед ней, и кратко осмотрелся. Выбрав нужный коридор, он завернул за угол. Здесь значительно теплее, чем в предыдущей комнате. Видимо, где-то рядом расположен камин. С верхнего этажа спустилась Лирата, а за её спиной, словно чёрном пятном на белом холсте шёл Горубн. Как он там оказался? Звук его шагов стал тише, понятно, он сменил обувь, вот только зачем ему понадобилась подошва из железа, не знаю. Почему данная мысль не даёт мне покоя? А, худшее, что могло произойти, всё равно уже произошло. Окинув печальным взором свою искалеченную физическую оболочку, я перевёл взгляд на юное создание. Она так же переоделась, став похожа на сочный плод. Длинное красное платье, закрытое декольте, тонкая золотая цепочка, простые медные серёжки с довольно крупным жемчугом. Лебединая шея, аккуратно собранные волосы в один цельный пучок, правильно подобранные духи с запахом наверняка красивых цветов, вперемешку с бергамотом. Маленькие синие бархатные высокие сапожки, чёрные тонкие колготы… Жаль, что здесь нет Тициана Вечеллио, он бы нашёл новую Венеру. О да, теперь её можно слушать вечно, но посмотрев на себя и на это бесподобное создание, которое уже спустилось с лестницы. Слишком большая пропасть между нами. Отдав своему мрачному слуге распоряжения, он встал сзади и понемногу колёса стали крутиться, о господи, как же неловко. Чувство гордости должно остаться.

— Прошу тебя, стой, не делай этого.

— Почему? — с наигранным удивлением спросила она, понимая причину, а я тогда этого, увы, не понимал.

— Не надо принижать моё достоинство, я пойду сам, — хотел уже было встать, но прикосновение её пухленьких губ остановил мою попытку заранее обречённую на провал.

— Успокойся, зачем ты так дёргаешься из-за такого пустяка.

— Объясни, зачем тебе всё это нужно? — тишина в ответ. — Говори начистоту.

— Ну как ты не поймёшь? Всё очень просто, моя душа вздрогнула, увидев тебя в лесу. Я поняла, что давно утрачено — вновь найдено, теперь мы с тобой связаны до конца, — продолжать спор бесполезно, всё стало ясно, как божий день, я в роли игрушки для богатенькой девочки и это только верхушка Айсберга. Позабыв про боль и ноющие раны, не продумал хорошенько все варианты, да и тем более, даже если бы заранее знал развязку, сделать ничего не смогу. Пройдя до конца коридора, опустим описания дома, ибо ничего удивительного там не увидел. Два зала с каминами, не дорого, но со вкусом. Вышли на улицу. Спустились по спиральной дороге, вымощенной необтёсанным булыжником. Потрясло прилично, я даже не мог себе представить, что в столь хрупком женском теле может иметься такая сила, катить меня по подобной тропинке.В принципе, если подумать, что там моего веса? Со стороны холм напоминал пузырь, по всей окружности. Возвышенность прислонялась в упор к горам. На просторной полянке стояли покрашенные массивнее доски, соединённые меж собой пятью металлическими, широкими лентами. Всё в совокупности напоминало гигантскую бочку. Плавно перейдя с плохой дороги на бездорожье, хорошо, что почва успела немного высохнуть, а не то моя телега без вариантов бы погрязла в грязи, не проехав и метра. Проделав небольшой путь въехали в лес, лесную тишину перерывал гул различных по тембру голосов, военные численностью около нескольких сотен. Хорошо вооружённые, язык общения русский, разделены на группы у разных костров. Дальше стояли палатки и как не удивительно, возле каждого кружка кто-то что-то ел: хлеб, мясо, картошку. Пили тоже не пойми что. Вспомнив голод в городе, создаётся двоякий контраст. Подобравшись поближе, к нам поспешил главный сего военного гарнизона. В длинном пальто, в мундире неизвестной страны. Борода свисавшая до брюха, длинные волосы, спадавшие на лицо, закрывая весь лоб. Нос крупный и вытянутый вниз. Лопатообразный подбородок, в меру упитанное лицо, множество шрамов… Можно смело утверждать, что передо мной опытный боец, или разбойник с большой буквы, никак не низкого ранга. Лирата покинула меня, отойдя в сторону с неизвестным, тем часом я смотрел и бросал догадки, зачем её отцу понадобилось столько людей. Прохладно на улице, или меня морозит… И зачем с собой она взяла разбитого Санчо, чудной деве не почём мороз. При дневном свете её красота заиграла яркими красками, приобретая новые грани совершенства. Большая часть людской массы жадно пожирала взглядом столь сладостный образ красавицы. Капитан вышел из задумчивого состояния, обвёл взглядом своих людей, поняв все их грязные мыслишки и показал кулак, и злостно как волк перед нападением зубоскалил. Стая покорилась вожаку, на мою особу внимания никто не обратил, что было весь хорошо, ибо кроме усмешек и презрительных взглядов, уверен, что никаких более эмоций на их лицах не увидел. Главарь размеренно потопал к одному из множества кружков. Лирата встала рядом со мной, я посмотрел прямо в её светло карие-глаза, что очаровывали меня всё больше и больше...

Очнись, всё является не тем, чем кажется на первый взгляд. Голос доносился из глубин подсознания, списал на последствия одной из многочисленных травм. Неожиданно моя каталка двинулась, но оставалась принцесса на месте, видимо, подоспел Горбун. И так, мило беседуя на разные темы, мы объехали холм и оказались с противоположной стороны. Многолетний, одинокий дуб поросший мхом и грибком, но могучая корневая система уходящая в глубь почвы не даёт паразитам взять верх. Только печально, что он тут без своих собратьев, ибо за всё то относительно не долгое путешествие по лесам, одни сосны. Рядом железная лавочка, искусной резьбы, основа покрашена серебром, доски с выгнутой наперёд спинкой для удобства, но как показывает дело из-за нарушения технологии изготовления, в основе приносит большой дискомфорт. Берингтон Джозеф, он же Горбун, постелил на место будущего сидения кусок толстой шерсти и отошёл обратно за мою спину. Нимфа села на лавочку, устроившись поудобнее. Мою личность пристроил рядом, в центре расположилась величественная скульптура химерного чудовища с телом человека, головой осьминога и глазами из злёного малахита. Как их ещё не украли… Даже статуя была одета в подобие Византийского лора, не смотря на хорошо укрытые плотно прилегавшим друг к другу веток, что в целом похоже на сводчатый купол, закрывая от дождя и снегов, всё же природа сделала своё дело. Переделав на свой лад. Вся фигура дышала величественностью и как бы говорила всем своим видом, что боролась, и будет бороться за своё существование. Против самого опасного врага — времени. Лично моё отношение к скульпторам и их творениям весьма поверхностное, не большой любитель данного вида искусства. Украдкой посмотрев в мою сторону кошачьим взглядом начала диалог Лирата.

— После нашего переезда, это место стало моим любимым. Здесь я чувствую душевный покой и гармонию с природой. Да и дубовый, толстый столб закрывает от ветра, помню, как после поездки в родной край, на Сибирь, где я появилась на свет, обветрились губы. Знаешь, какая там природа? Не то, что здесь: туманы, дожди, эпидемия!

— Так почему не осталась? И откуда такой своеобразный прислуга? — поспешно перебил, не спуская глаз с неё.

— Он не прислуга, а друг семьи. Иди сюда, Горбун, — он сел на противоположный край лавочки. Психологически стало намного лучше, а то когда подобный организм стоит сзади тебя, как-то не комфортно.

— Мой творец часто ездил по разным странам, он всегда мечтал путешествовать, но работа лекаря не позволяла, да и потом ряд других событий очень мешал. Всё изменилось в один день, после прихода одного великого человека, слава богам! Три года безвылазных трудов над неизвестным проектом и ошеломительный успех. Уйма денег, славы и признания. Помню его лицо, как оно сияло от счастья. Отец думал, что после исполнения мечты, его светская жизнь среди привилегированного общества сильно улучшится, поможет справиться с недугом, но зря. Болезнь переходит из одной стадии в другую, а мнимая панацея всего на всего сильнодействующе наркотическое вещество, успокоительное. Близок час, когда мой отец отправиться в долину мёртвых, — на этой фразе её очи наполнились горькими слезами и вырвались наружу.

Уродец вытянул из кармана платок, подвинулся поближе и протянул его Лирате, на что она взмахом кисти отбросила его и лицом уткнулась в бушлат, обняв Горбуна. Трудно подобрать слова чтобы описать происходившее, могу сказать лишь одно — у столь чудного цветка, и стебель, и бутон, всё превосходно, как и сердцевина совершенна, но корни… Чувствую, данная сцена зацепила неведомые ранее струны моей души. Как бы я хотел остаться с ней в этой глуши, скрыться от всего мира и дожить до конца своих дней, не продумывая каждый шаг на перёд, а жить только одни мгновением. Пора возвращаться к суровой реальности. Помахал головой в разные стороны, отключая режим мечтания.

— Хватит тебе, все рано или поздно там будем, всё имеет своё начало и конец, — приосанившись и протерев рукой остатки слёз, я придал ей большего очарования.

— Твоя взяла, но тебе не понять того не подъёмного бремени, видеть как умирает твой близкий и самый важный человек, когда ты не в силах ничего изменить.

Ну, конечно, ведь твой отец бесценный, а то что люди мрут сотнями как мухи их-за невнятной заразы, то ничего. Циничный реалист начал просыпаться внутри, но холоднокровье загнало его обратно, и прозвучал ответ.

— Продолжим наш диалог, откуда вы достали Горбуна? Зачем вам столько людей? — прямой грозный взор хищной птицы смерил мой торс и ампутированную конечность.

— Заканчивай, отвечать тебе я не обязана! — она нахально вскинула подбородок и отпрянула ближе к Горбуну. — Теперь твой черёд, я и так много рассказала!

Пересказав выдуманную историю своей жизни, просто немного накинув тёмных тонов, стало вечереть.

— Думаю, пора заканчивать, — лениво потягиваясь, произнесла Дама. Встала со скамейки, отряхнула изящное платье и побрела вперёд, оставив меня на опеку своему «родственнику». Не говоря ни слова, мы отправились обратно. Время идёт, а учителя всё нет. Значит, гипотеза подтверждена, но зачем им нужен инвалид… В пути, прямо перед самым особняком, известняк вперемешку с песком создавали высокий фасад. Нужно попробовать телепатически связаться с Линдом, в тот раз сработало, в этот — нет. Наверное, расстояние слишком большое, и мои духовные запасы на половину исчерпаны. Вошли обратно в дом с центрального входа, представлявшего крепкую кленовую двойную дверь, с львиными головами, во рту коих крепилось золотое кольцо. А сами животные сделаны из серебра, потускневшие от внешних факторов.

Вошли уставшие, по очереди, особей десять разного пола, а вслед с угла дома показалось трое мужчин с различными инструментами. Вслед за всеми появился хозяин, толпа пропала в темноте, трое отчитались про выполненную работу, с ними расплатились и отправились за остальными, в темень. Только через четыре больших окна на улицу поступал свет. Наверное, прислуга с ближайших поселений приходит, не важно, волнует другое. Почему он так спокойно их впускает в свой дом, если вокруг пандемия? Вдруг они заражены? Мутная вода от новых загадок не стала прозрачнее. Подождав пока все пройдут, мы с Горбуном заехали в дом, две комнаты спустя повернули в зал с множеством полочек и различными книгами. Их было недостаточно для библиотеки, но и не так мало. Оставив меня в центре возле круглого не большого столика с едой, а именно пюре с мясом и графином бордовой жидкости, Горбун ушёл. Я принялся уплетать за обе щеки, не замечая ничего, и никого вокруг себя. Набив брюхо, приметил возле деревянной арки, опиравшегося на одно плечо Далиуса.

— Вижу, аппетит вернулся. Идёшь на поправку. Хочу сообщить некие важные данные по важному делу, — что за нелепость, разве моя потребность в пище могла куда-то пропасть?

— Не знаю, откуда ты знаешь Линда, но всё же он ни разу о тебе не упоминал, и ещё один интересный нюанс. Так, для общего познания. Он скончался три года назад, в Болонском лесу. Неудачная охота, вроде опытный охотник был, а не смог справиться с конём и улетел в овраг. Страж говорил, что эти арабские-чистокровные не управляемы. Повезло тебе, что ты понравился мой дочери, но это не означает, что я намерен держать здесь лгуна, — с этими словами он ударил кулаком по столу. — Как так можно?! Ведь это я, своими усилиями спас твою жалкую жизнь. Говори правду!

— Вы ничего не перепутали? Какой сейчас год?! — злостная улыбка скользнула на губах по лицу Далиуса.

— Одна тысяча пятьсот сороковой, Англия! — полный маразм, да что вообще происходит? Явно у чокнутого старика помутнение рассудка, не мог же я вернуться на полтора столетия обратно?.. Нужно понимать одно, если не играть по его правилам — погибели не миновать. И почему меня не покидает ощущение, будто когда я нахожусь в этом доме, кто-то извне наблюдает за мной? Спишем на усталость или всё же… Так, собрался! Выпрямился, волю в кулак.

— Давай, убей. Я говорил на половину правду, и хватит угрожать, посмотри, что ты спас! Как, по-твоему, я буду жить и работать?! Лучше быоставил умирать! — внутри всё тряслось, страх смерти тому причина, нечеловеческими усилиями надел каменную маску и сделал полный апатии взгляд.

Он, как сторожевая собака обошёл меня несколько раз по кругу, не спуская испытующего взора полного ярко выраженной злобы. Нервная дрожь пропитывала всё его тело, и тут резкий рывок. Поставил руки на подлокотник, соединил в цельную две дуговые брови, сотни морщин исказили и без того безобразный лоб, впился зеницами в мои, как пчела в нектар. Вот и конец. Я сделал всё возможное. Из подо лба кину наглый, последний зрительный сигнал и сомкну зеницы, в ожидании, когда всё закончится. Неожиданно крепко, Далиус обвил меня своими костлявыми конечностями и отошёл на шаг, все впадины на лбу разгладились, шторм миновал.

— Теперь я могу тебе доверять. Пойми, каждый из вас является пастырем и несёт ответственность за свою паству, у меня семья, и мои люди. Маленькая армия собрана мной с одной целью, убить главу города Лондона — мэра Брайтона. Из-за него умерла моя возлюбленная! Единственный луч в царстве тьмы! — Далиус подошёл к большому окну готического стиля, прямо смотря в зелёное стекло, аккуратно погладил его ребристую основу, ибо горный хрусталь невозможно идеально отполировать. Видимо, он никак не может смириться с болью утраты. — Скоро мы вновь будем вместе...

Еле слышно прошептал он, с полной душевной теплотой, и поцеловал стекло… Я присмотрелся, на нём на миг проступили большие человечески вены, и расползлись, словно раскат грома по деревянным панелям, балкам, полу… Будто дом смог ощутить всю искренность хозяина.

— Знай, я говорил чистую правду. Год, история с моим товарищем Линдом, но видя твою растерянную гримасу и поняв, после того как пообщался с тобой, вся эта мимика, движения… Сколько раз глотал слюну, пот, всё это волей не волей я научился замечать при дворе, ибо во множестве случаях, от моего решения зависела жизнь. И как оказалось, в работе королевского врача нужны не только умения хирурга. Чем чаще вспоминаю былую жизнь, тем больше яда ввожу в свои артерии, — после длительной паузы, перебивать которую не решился, я понимаю его и сам вспомнил былые утраты: дом, мать, и свою простую жизнь, свои планы, цели… Гори оно всё синем пламенем. Всё равно не доверяю я данному персонажу, больному и одержимому местью. Сомнительный собеседник, а тем более товарищ.

— Я помогу тебе, только взамен прощу помочь мне. Вижу по твоему телу, в тебе тлеет большая сила, и чистый разум. Дай мне слово.

— Да какой с меня прок?! Ладно, что я теряю? Даю слово, что помогу тебе! — как можно было принять такое решение не обдуманно?.. До сих пор, столько лет прошло с того эпизода, а ответить самому себе так и не смог. Взяв телегу, мы спустились на нижний уровень дома, проще говоря — подвал. Коляску пришлось оставить. Он закинул меня на плечо, как подстреленного кабана, по дороге встряхнув, всю недавно поглощённую пищу, что чуть не привело к рвотному рефлексу. Спускаясь, мы пробирались через небольшой коридор, сравнимый с руслом маленькой речки, и не одной опоры вокруг, бывало земля осыпалась, приводя в паническое состояние. Вот, прямо сейчас всё обвалится!.. Но нет, вновь божье чудо. Не был я учеником архитектора, и никак не связан с данным родом деятельности, но всё же должно быть хоть что-нибудь для подержания подземного туннеля, но ничего тут не было… Когда мы всё же оказались на месте, в обширной комнате, повсюду иллюминация цветов тёмно-фиолетовых пятен. Будто попал в опаловую шахту. В середине сидела старуха, с поношенной физиономией, редкими седыми волосами и опущенной челюстью. Обвисшее тело обтянуто дорогим сукном, кофта бурого цвета с большим вырезом, через него можно разглядеть состояние кожи, напоминающее фруктовый плод из которого выкачали все соки, оставив лишь мизер, дабы он не погиб. Талию обтягивал широкий пояс, напоминавший часть корсета с кожаными вставками, свободного кроя из затёртого кашемира. В более детальное описание вдаваться не буду, объяснение простое — это всего на всего кукла, висевшая в воздухе. В главной роли выступает сердце, значит догадки оказались правдой — дом «живой», вот почему я постоянно чувствовал чей-то взор. Каждое сокращение органа приводило ксмене цвета окружения, Далиус положил меня аккуратно возле ступенек, облокотился локтями на выступе — неудобно, но всё лучше, чем у него на спине, а теперь всё можно разглядеть подробнее. Пол не липкий, наоборот сухой, но здесь намного холоднее, чем на улице. Первое предположение, это то, что мы глубоко под почвой, ибо спускались изрядное количество времени. Ошибка, чем ближе к двигателю жизней, тем прохладнее в эпицентре источника — под ним лёд. Множество вен расходятся в различные стороны, как вороны разлетаются, завидев угрозу. С помощью своих лиан, сердце висело воздухе, если присмотреться — всё вокруг пульсировало в такт источнику жизни, а я грешил на травму головы, когда в своей комнате пару раз заметил, что стены странные… шевелятся? Но, происходило это за столь короткий промежуток времени… Здесь данное явление происходит беспрерывно, и также сухожилья пристроенные в спину куклы, всё вокруг в данном месте. Будто сделано из твёрдого желе, а пол выложен из бесчисленных костей, подробленных и смазанных странной слизью, в форме больших плит. Понял я это, когда глаза стали побаливать от резкой смены гаммы. Решил получше рассмотреть, на чём сижу, и увидел… зубы. Другие костяные компоненты, видимо, дробильная установка пропустила, помню, видел одну такую установку на работе у отца. По прямой, глаза не замечая ничего, кроме марионетки, Далиус припал к ней, усаживаясь на колени, приподнял чистые волосы и с нежностью поцеловал в лоб. Холодное пламя не обжигало, лицо полное грусти и печали сменилось до неузнаваемости, а старуха видно привыкла к холоду, да и кажется, когда смерть уже близка, тебе всё равно, что вокруг. По её виду не сложно рассудить, она уже очень близка… к смерти. Сухожилия вздулись, кукла пришла в сознание, механически открыла веки и подорвалась с места. Вся сущность будто вновь воспрянула, наливаясь кровью.

— Долго сосуд не протянет, мне нужен амулет с шеи Сенатора, как успехи? — Далиус встал с колен, низко поклонился, будто передним не кусок мяса, а Император. Оставшись в позе «три погибели».

— Люди собраны, ваш план по ослаблению городской обороны работает, прошу, не дайте умереть моему ангелу! — вернув позвоночник в нормальное состояние, он хотел обнять марионетку, но она отпрянула как театральная декорация.

— Достаточно я давала тебе времени, потратив всю энергию на подержание жизни в теле. Иди и сделай то, о чём мы с тобой договаривались или твоя любимая отправиться в долину Вечной Тени. Голос прозвучал словно наполненный желчью, хрипло с перерывами. Кукловод выключил своё творение, что недавно резво летало по помещению, стало вновь безжизненным набором органов. Драгомиров хрустнул шеей, грубо и в тоже с некоторым уважением произнёс...

  • Ноктюрн Пряхи / Музыкальное / Зауэр Ирина
  • Rudolf Steiner, антропософский календарь души, 23 / Рудольф Штайнер, АНТРОПОСОФСКИЙ КАЛЕНДАРЬ ДУШИ / Валентин Надеждин
  • Тетя Тома / Katriff
  • Боты - NeAmina / Верю, что все женщины прекрасны... / Хоба Чебураховна
  • Писатель человеческих судеб - Ruby / Лонгмоб - Необычные профессии-3 - ЗАВЕРШЁННЫЙ ЛОНГМОБ / Kartusha
  • Осенние стихи / Котиков Владимир
  • Праздник к нам приходит... / Рассказки-4 / Армант, Илинар
  • Сегодня всё за и про Осень.. / Гамин Игорь
  • Страсть / КОНКУРС "Из пыльных архивов" / Аривенн
  • 1 глава / В поисках любви... / Яна Кайнова
  • Что же это было? / Алецкая Ив

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль