Глава 5

0.00
 
Глава 5

Церкниттер — не лесистые горы. Это высокие, серо-желтые хребты, похожие на измятые ленты оберточной бумаги. Воздух над горами тоже кажется желтым. На сухой пыльной земле изредка встречается низкий колючий кустарник. Никаких пушистых козликов, скачущих по лугам, — одни ящерицы.

В пути Шон пытался заговорить со мной, но я упорно молчала, обиженная на его выходку. Тогда он догнал Вудгерти и принялся донимать его. Со мной поравнялся Ортман:

— Никак не привыкнете?

— Стоит ли? — буркнула я.

— Вам долго придется нас терпеть. Постарайтесь не мерить по себе.

— Если я приму все, как есть, разве не стану сама сумасшедшей?

— Разумно.

— Можно личный вопрос? Вот вы сержант...

Ортман улыбнулся, угадав мою мысль:

— Хотите спросить, почему до сих пор сержант? После того, как станешь донором, вылетаешь из общей системы. Наша основная задача — кормить уберов. Нас не назначают в командиры.

— Но Шон — лейтенант.

— О, он успел поучиться в военной академии прежде, чем стать донором. Получил лейтенанта. Славный малый.

— Славный малый?! — я чуть не подпрыгнула.

— И он, и Вайде. Я, прошу заметить, давно с ними служу.

— Ну, а наш предводитель? — я бросила взгляд в спину Вудгерти. — Его вы тоже давно знаете?

— Конечно.

— Тоже славный малый?

— Вы просто читаете мои мысли!

Я покачала головой. Ортман казался искренним человеком. Не знаю, почему. Может, из-за мелких морщинок вокруг глаз и полных губ с приподнятыми уголками. Он напоминал мне отца.

— Ему тогда было столько, сколько вам сейчас, — продолжал Ортман. — Молодой капитан с ледяным взглядом. Он уже имел крепкую протекцию фельдмаршала. Всегда сосредоточен. Сколько раз я видел его улыбающимся — по пальцам сосчитать можно. Я не думал, что он впишется в нашу разношерстную компанию. Уберы, совсем еще дети, находились «на испытательном сроке», и мы занимались чем-то в роде полицейской службы. Помню, в первом же рейде Вудгерти искупал нас всех в дерьме с помощью одного меткого выстрела.

— Расскажите, — оживилась я.

— Мы преследовали подрывников. Может, помните, тогда в Хильдебурге действовали вандалы, устраивающие взрывы в городской канализации.

Я не помнила, но кивнула.

— Преследуем мы, значит, вандалов в коллекторе. Признаться, они были очень изобретательны в плане побега. Тогда капитан Вудгерти вынимает револьвер, чтобы зацепить хотя бы одного. Стреляет в ногу и — бабах! Фонтан из нечистот. Оказалось, тот бедняга прятал брусок взрывчатки в голенище сапога. Вот представьте: все в дерьме, преступники продолжают сопротивляться, мы их скручиваем, поскальзываясь в сточной жиже.

Я не смогла сдержать смех.

— Вот такая у нас была первая операция.

— А что с тем бедолагой, в которого выстрелили? — я вытерла выступившие от смеха слезинки.

— Насколько помню, ему кое-как собрали ноги, или сделали протезы. В общем, жив остался. Но вот что я очень хорошо запомнил, так это то, как мы стояли возле участка, с нас стекали продукты жизнедеятельности Хильдебурга, прохожие обходили нас стороной, и Вудгерти впервые улыбнулся.

Я с интересом слушала Ортмана, как вдруг мне в голову пришла одна мысль:

— А как его имя? Я до сих пор не знаю, как зовут Вудгерти.

— Он никогда не пользуется именем. Может, считает его неподходящим, — Ортман пожал плечами.

— И все-таки? Вы ведь его знаете?

— Эрих.

Эрих, значит. Имя как имя. Я задумалась, почему Вудгерти оно не нравится. Ортман притих.

Через какое-то время мы вновь вышли к рельсам и еще долго брели вдоль путей, огибающих скалистый холм. Солнце клонилось к закату за нашими спинами. Наконец, показалась стоянка гарнизона. Можно было различить несколько строений, судя по всему, из дерева.

— Будьте осторожны, — Вудгерти снял винтовку с плеча. — И наденьте защиту.

Ортман и Шон достали из рюкзаков какие-то ремни и надели себе на шеи.

— Вас тоже касается, — глянул на меня Вудгерти.

Я не понимала, что делать. Ортман залез в мой рюкзак и вытащил такой же ремень:

— Это защита для шеи. Места, откуда кормятся уберы.

Он продемонстрировал мне металлическую накладку на ремне. Я нехотя взяла ремень. Точно собачий ошейник, только поводка не хватает.

— От ранений никто не застрахован, — добродушно улыбнулся Ортман. — Если ранят туда, будет очень больно.

Я надела ошейник под платок.

Мы приблизились к первой постройке — складу с распахнутыми настежь воротами. Убер-Ханнес и убер-Ханна быстро юркнули внутрь и так же быстро вернулись. Безмолвно кивнули Вудгерти — все чисто.

Дальше было несколько казарм. На двери одной из них висел мертвый солдат. Его рука сжимала ручку. Судя по всему, он хотел бежать, но смерть настигла его — через всю спину тянулся порез, рассекавший тело чуть ли не пополам.

Было решено разделиться, чтобы быстрее осмотреть место. Шон и убер-Юстас зашли в первую казарму, убер-Ханнес и убер-Ханна направились ко второй, Ортман и убер-Оскар — к следующему складу.

Я и убер-Клайд шагали за Вудгерти.

— Кажется, это кухня, — оберст осторожно толкнул дверь носком сапога.

Убер-Клайд прошел вперед. Когда в дверь сунулась я, Вудгерти сказал: "Стойте на месте". Я послушалась, но все же заглянула внутрь.

Большое помещение было заставлено столами. У стены, облицованной металлическими листами, располагалось четыре плиты с газовыми горелками и баллоны с газом. На полу валялись кастрюли, сотейники и прочая посуда. Кроме того, запах стоял отвратительный.

— Фуу, — убер-Клайд наступил на что-то. — Гадость! Ничего здесь нет, кроме протухшей каши.

Мы вновь собрались вместе на пустой площадке.

— У нас два трупа, — сказал Шон.

— Один, — я впервые услышала голос убер-Ханны.

Глухой, будто бы с трудом выходящий из ее груди. Я даже вздрогнула. Убер-Ханна покосилась на меня. Выражение ее узкого, с острыми скулами, лица не поменялось, но она посмотрела мне в глаза своими черными бездонными глазищами, и я почувствовала легкое головокружение.

— Ясно, — Вудгерти повесил винтовку на плечо. — Ашхи напали на гарнизон и стащили тела на рельсы. Судя по всему, это произошло не далее пяти дней назад.

— Ну, и чего они добивались? — фыркнул Шон.

— Понятия не имею. Будьте предельно внимательны, — Вудгерти задрал голову и осмотрел вершины окружающих гор. — Мы сейчас как на ладони.

— Думаешь, за нами наблюдают?

Я тоже невольно взглянула вверх. В малиновом закатном небе одиноко парила большая птица. Сумерки сгущались быстро. Мой взгляд зацепился за вышку для наблюдений, находящуюся в паре сотен метров от нас.

— Посмотрите, вон там! Как будто что-то висит?

Мы поспешили к вышке. Действительно, между опор болталось человеческое тело, подвешенное за шею.

Убер-Ханна быстро взобралась по лестнице и перерезала веревку. Грузное тело свалилось на землю, поднимая облако пыли. Вудгерти присел рядом с ним:

— Ну, вот и нашелся генерал Зук.

Шон присвистнул.

Вудгерти принялся шарить по карманам покойника:

— Может, он оставил какие-нибудь записи? Надо бы еще найти командный штаб.

— Нам придется возвращаться к поезду ночью, — заметил Ортман.

— Можно набрать химических светильников. Склады целы.

Прохладный ветерок коснулся моей шеи, вызывая легкую дрожь. Я провела рукой по ошейнику, кожа под ним вспотела и неприятно зудела. Разминая суставы, я отвернулась от покойника.

Что-то было не так. Сначала я не поняла, что именно меня напрягло, а потом заметила. Недалеко от нас лежало еще одно тело. Сам факт наличия мертвеца меня бы уже не смутил, если бы не одно "но". Минуту назад этого тела там не было!

Да, мы бежали к вышке быстро, но уж я бы заметила труп, если бы бежала мимо него. Этого тела не было! Я осторожно подошла к нему, не приближаясь слишком близко. Мертвец лежал лицом вниз и, хотя было довольно темно, я разглядела на его спине темный широкий порез. Точь-в-точь, как у того первого...

Меня передернуло. Я кинулась к остальным.

— Там покойник! — я схватила Вудгерти за рукав. — Вон там.

Я показала рукой. В тот момент я готова была поклясться, что труп стал еще на несколько метров ближе.

— Он движется!

— Ну, это уже чушь, — сказал Вудгерти. — Успокойтесь, Латимер. Я понимаю, что вам страшно, но у нас мало времени.

— Точно вам говорю, его здесь раньше не было!

— Пойдем, посмотрим, — Шон пожал плечами и зашагал к телу.

— Осторожнее!

— Беспокоитесь за меня, барышня? — он повернулся к нам лицом, продолжая отступать.

Шон подошел к телу и толкнул его ногой:

— Мертвее некуда.

Тут рука мертвеца взметнулась вверх и схватила Шона за лодыжку.

Не знаю, кто закричал громче: я или Шон. Он сразу попытался вырваться, но упал.

— Неужели, живой? — услышала я голос Вудгерти.

Мертвец, оказавшийся живым, зашевелился всем телом, приподнялся и пополз на Шона. Все бросились к нему.

— Да отцепите его от меня! — орал Шон.

Вудгерти схватил бывшего мертвеца за плечи и попытался оттащить — не тут-то было. Его рука железной хваткой держала Шона.

— Он мне сейчас кость сломает! — Шон свободной ногой пинал живого мертвеца, куда только мог.

Тот не реагировал. Раздался хруст, и Шон взревел, как раненый бык.

Убер-Юстас вытянул руки ладонями вперед.

— Нет, стой! — быстро скомандовал Вудгерти. — Это же наш солдат!

Вудгерти оттянул голову ожившего солдата, чтобы разглядеть лицо:

— Да что с тобой? Приди в себя! Ну же!

Кожа на изогнувшейся шее солдата треснула, как тонкая ткань. Его остекленевшие глаза не двигались. Изо рта вырвался сдавленный хрип и был заглушен булькающей темной кровью.

Шон завыл, осыпая всех руганью:

— Это труп! Вы что, не видите?!

— Отойдите, пожалуйста, — сказал убер-Юстас. — Я должен защитить донора.

Он снова вытянул руки, будто бы собирался что-то толкать. Кто-то оттащил меня подальше. Мертвец дернулся, замер на секунду, а потом с треском разорвался, как лопнувший пузырь. Что-то жидкое плеснуло и на меня. Я стояла с открытым ртом, не в силах шевельнуться. Но остальные и глазом не моргнули. Только Вудгерти воскликнул:

— Ну, зачем так? Можно было только руку!

Шон упал на спину и всхлипнул:

— Горячо. Что это? Жжется!

Он завертелся, ощупывая себя. Шона хорошо окатило внутренностями солдата, и теперь от этих мест начал подниматься легкий парок.

У меня защипало щеку. Остальные тоже почувствовали что-то неладное.

— Кажется, это кислота, — сказал Вудгерти, осматривая ладони. — Внутри него была кислота!

Он быстро скинул рюкзак, достал фляжку с водой и подскочил к Шону. Тот уже сдирал с себя ошметки штанов вместе с кожей.

— Держите его! — крикнул Вудгерти.

Ортман и убер-Юстас схватили Шона, который бился в судорогах. Вудгерти начал промывать покрасневшие участки кожи.

— Латимер! Еще воды! — его крик вывел меня из ступора.

Я отдала Вудгерти свою фляжку. Убер-Ханнес и убер-Ханна тоже. Мы все уселись вокруг Шона, который извивался, как уж на сковородке. Включили переносной светильник.

— Откуда кислота в человеке? — спросил Ортман. — Почему она не сожгла самого солдата?

— Похоже мы имеем дело с чем-то… новым, — сказал Вудгерти.

— Вы предполагали, что может произойти нечто подобное? — спросила я.

— Оживших мертвецов мы никогда не встречали. Мне нужны мыло и тарелка!

Убер-Ханна достала завернутый в бумагу кусочек мыла. Вудгерти наспех сделал мыльный раствор.

— Давайте, аккуратнее, — он разорвал свой карманный платок и половину протянул мне.

Я, повторяя за Вудгерти, смочила платок в мыле и принялась обтирать обожженные участки на ноге Шона.

— А кого встречали? — я не могла успокоиться, хотя и понимала, что мешаю.

— Ашхи делают чучела из костей и кожи горных ящеров, — сказал Ортман. — И заставляют их двигаться.

Вудгерти кинул мне один бинт:

— Умеете? Обвяжите левую ногу.

Сам он взялся за правую. Я осторожно начала обматывать коленку Шона, который понемногу притих.

— Кто же мог сделать чучело из человека, — пробормотала я.

— Принисите еще бинт, там, в моем рюкзаке.

Я разогнула затекшие ноги и отыскала глазами рюкзак Вудгерти, который был брошен в стороне.

Казалось бы, в мешок с одним отделением невозможно сложить вещи аккуратно, и все-таки, у Вудгерти это получилось. До меня донесся знакомый запах. Я постаралась припомнить. Ну да, конечно. Так пах платок Клайда, когда Вудгерти вернул мне его.

Коробочка с медикаментами была поставлена сбоку. Я действовала быстро, но один предмет привлек мое внимание и заставил остановиться. Рядом с аптечкой лежала то ли книжка, то ли блокнот в кожаном переплете. Из него торчал уголок листа, зажатого между страницами. "До..." — вот что я увидела. Строчка, написанная от руки. Всего лишь "До...". Дальше листок был скрыт. Кто угодно мог написать это. Только у меня кровь прилила к щекам. Буква "Д", чуть приплюснутая по-горизонтали, с длинным завитком сверху. Так писал Клайд.

Моя рука дернулась к листку, но замерла на полпути. Это ведь чужие вещи. Клайд служил вместе с Вудгерти, конечно, он мог написать ему какую-нибудь записку. А записка могла затеряться в блокноте. Но этот кусочек бумаги… Еще одна вещь, которой, возможно, касался мой брат.

Подул ветер, и на моей спине проступила дорожка холодного пота. Я все еще боролась с желанием достать листок, продолжалось это всего несколько секунд, как надо мной нависла тень. Я вздрогнула, словно пойманный за кражей ребенок. Перед глазами возникла пара грязных сапог. Я медленно подняла голову — пыльные обвисшие штаны, огромный белый живот, вываливающийся из-под перекошенной рубашки. Генерал Зук восстал из мертвых. Голова его была чуть свернута на бок, а пустые глаза смотрели мимо меня. Тем не менее, шел он точно ко мне.

Генерал Зук протянул короткие пухлые руки. Его растопыренные пальцы сгибались и разгибались без всякого порядка, словно вышедшие из строя механические крючки.

Я сделала вдох, чтобы закричать, в тот самый момент, когда "крючки" защелкали возле моей шеи.

— Латимер! — услышала я.

Воздух больно осел в груди. Вместо крика из меня вышел сдавленный всхлип. Щелк — и пальцы генерала Зука стиснули мое горло, как железный капкан.

Меня дернуло в сторону, наверно, кто-то попытался оттащить, но не успел.

— Оскар! Ханна!

Я увидела Ортмана, повисшего на грузной фигуре генерала. Убер-Оскар схватил веревку, болтающуюся на шее Зука и рванул на себя. Генерал подался назад, увлекая меня за собой. Я начала задыхаться. Кто-то тянул меня за куртку сзади.

— Подальше, Латимер!

Сбоку мелькнуло тонкое тело убер-Ханны. Она изогнулась и ногой снесла Зуку голову. Раздался хруст, голова генерала повисла где-то у него за спиной, но он продолжал сжимать пальцы, а у меня уже поплыло перед глазами. Еще хруст — меня унесло вниз.

Я упала на колени, держа за запястья руки генерала. На глаза навернулись слезы, но я увидела, что, кроме болтающихся на моей шее рук, больше ничего нет. Убер-Ханна переломила их по локоть.

На меня накинулся Вудгерти. Он пытался разжать стиснутые на моей шее пальцы, от чего становилось только больнее. Перед глазами поплыло.

— Нет, нет, нет, — повторял Вудгерти сквозь стиснутые зубы.

Или мне это послышалось?

— Только не снова, — выдыхал он мне в лицо. — Нет, нет.

Мне стало страшно. Что это было в его глазах? Отчаяние или лютая ненависть? Рядом с моим носом оказался нож.

— Не двигайся! — сказал Вудгерти одними губами.

Кажется, меня покинула способность слышать. Но видеть я все еще могла. Вудгерти ткнул ножом мне в шею. Его лицо приблизилось настолько, что можно было различить каждую ресничку на веке. Я не понимала, что он делает. Хочет проковырять дырку? Или прирезать меня, избавив от мучений? Голова превратилась в тугой резиновый мяч.

И тут воздух ворвался в мои легкие, вышибая из головы последние мысли. Я захрипела и упала на спину, хватаясь за горло. Пальцы размазали липкую кровь.

— Держите. Вот так, — Вудгерти прижал к моей шее бинт. — Повезло, что он схватился за платок. Иначе, не оторвали бы.

Вудгерти положил мне на грудь две клетчатые тряпочки — разрезанный платок Клайда.

— Что с ним делать? — послышался голос Ортмана. — Он все еще двигается.

— Похоже, есть только один способ, — сказал Вудгерти.

— Ты уверен? Все-таки, генерал нойхофской армии.

— Пусть таковым и останется, а не человеческим чучелом. Только не здесь, внутри него тоже может быть кислота.

Я повернула голову на бок и увидела, как убер-Оскар тянет Зука на веревке подальше от нас. Убер-Юстас последовал за ним. Оказавшись на достаточном расстоянии, убер-Юстас одним взмахом руки превратил мертвого генерала в облако брызг.

— Смотрите, там! — Ортман указал в сторону гор. — Еще кто-то. Да не один!

Они собирались, словно почуявшие добычу звери. Темные фигуры солдат выныривали из сгущающихся сумерек. Три, четыре, пять… Еще больше. Безмолвные, смотрящие в пустоту, повинующиеся непонятной страшной силе.

— Не подпускайте их близко, — приказал Вудгерти уберам. — Латимер!

Он вздернул меня вверх и оттащил к Шону:

— Сидите здесь!

Я и опомниться не успела, как оказалась одна. Остальные ринулись на подступающих мертвецов. Уследить за всеми разом не удавалось, и я вертела головой, как свихнувшийся болванчик.

Удары и звуки разрывающейся плоти — все, что я слышала в темноте, и была рада, что мне не приходится это видеть. Лишь время от времени вспыхивал огонь убер-Клайда. Во всполохах пламени мелькали тела и искаженные лица, будто бы вокруг меня развернулось дикое ритуальное представление. У меня закружилась голова.

"Считай от одного до бесконечности", — вспомнилось мне. Клайд запер меня в темном шкафу. Это была проверка на прочность. "До бесконечности?! — захныкала я. — Это же невозможно долго!". "Вот именно, — сказал Клайд. — Нельзя бояться до бесконечности".

Тогда я дошла до семиста. Для ребенка, боящегося темноты, это был подвиг. А что после семиста?

"Вылезай", — Клайд открыл дверцу. "Но я могу продержаться дольше", — сказала я. "Молодец, но вылезай. Мне здесь без тебя скучно".

Сейчас я не успела досчитать и до семидесяти. Передо мной возникло лицо Клайда. То есть, убер-Клайда. Я огляделась по сторонам и поняла, что все закончилось.

От убер-Клайда пахло подпаленными волосами.

— Что? — он нахмурился, заметив на себе мой взгляд. — Эй, не трогай!

Он резко отстранился, когда я потянулась к его дымящейся майке.

— На тебе одежда горит! Я хотела помочь.

— За собой следи.

Рядом со мной присел Ортман:

— Все целы?

Подошел Вудгерти. За ним уберы один за другим.

Убер-Юстас протянул Вудгерти серый мешочек, покрытый слизью:

— Вот это было в солдатах. Желудок горного варана. Его ткани более устойчивы к кислотам, чем человеческие. Кислота была помещена в желудок варана, а желудок — в тело солдата.

— Больные ублюдки, — фыркнул убер-Клайд. — Если мы найдем этих ашхи...

— Главное, с какой целью? — перебил его Ортман. — Если кто-то проделал такое, чего он хотел добиться? Может, он наблюдет за нами с гор?

— Или ему нет до нас никакого дела, — тихо сказал Вудгерти.

Я посмотрела на оберста, казалось, он перестал дышать. Я поняла, о чем он думает:

— Если эти солдаты восстали из мертвых, то те, на рельсах...

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль