Глава 9

0.00
 
Глава 9

Капитан осмотрелся. Ничего особенного: гладкие стены с овальными экранами обзора. На переднем экране была видна невероятная громадина, зависшая над землей, которая понемногу увеличивалась в размерах. Анатолий всмотрелся в нижние экраны и увидел семь застывших коробок рядом с разрушенной автомобильной развязкой. Он догадался, что это — сгоревшие танки его роты, которой теперь не было. Распластавшееся на полу тело инопланетянина каталось от стены к стене, будто хоккейная шайба стучалась о борта площадки.

На экранах заднего обзора взметнулось высокое пламя. Гул взрыва донёсся даже через стены качнувшегося «автобуса». Капитан присел, опершись о стенку, и оттолкнул подошвой прикатившегося ногам пришельца.

Сотня молодых ребят. Живые, жизнерадостные и такие юные. Сгорели, как спички, за неполный час боя. Может, зря он с ними сунулся в этот костер? Может, надо было отсидеться где-нибудь в глубинке? Уйти на танках, например, за Урал или к Байкалу. Там пещер много, говорят, спрятались бы. Но что потом?

Нет, все правильно. Они были солдатами.

Капитан горестно хмыкнул: а кто знает, что правильно, а что нет? Мелькнула мысль: а он ведь так и не нашел себя в жизни, навсегда оставшись там — в ущельях Кандагара и в "зеленке" Чечни. Инну жалко. Она-то ни в чем не виновата, его маленькая женщина, его совенок.

«Автобус» еще качнуло. Анатолий вскочил и посмотрел в экраны. Большие прямоугольные платформы с подвешенными снизу роботами заходили в щели висящей громадины. Из щелей струился зеленоватый свет, и казалось, что низ огромного, парящего над землей диска испещрен трещинами.

"Вот он этот гребаный звездолет!", — стиснул зубы капитан, яростно сжав кулаки.

"Автобус" плавно набрал высоту и стал "заруливать" в открывшуюся сверху звездолета щель. Анатолий машинально ощупал себя в поисках сигарет, но вместо привычной пачки пальцы ощутили связку батареек, которую отдал ему Аркадий.

— А вот про бомбу-то я забыл, — покачал головой капитан и зло усмехнулся.

Он вспомнил кадры из американского фильма «День независимости», где старый пилот истребителя, заорав в пьяном угаре «А вот и папочка!», устремляет свою машину в реактор корабля пришельцев, и прикрывая глаза рукой от яркого света из щели, капитан увидел на боковых экранах огромный голубой шар, выросший из земли там, где стелилась трасса МКАДа и находилась подземная станция Косино.

— Аркаша, — прошептал Анатолий.

Шар лопнул, и от него по земле покатилась в разные стороны тугая волна воздуха, перемешиваясь с пылью и обломками.

«Автобус» заполз в светящуюся щель и остановился. Створки-двери на боку аппарата разошлись, и капитан увидел мерцавшие зеленым светом причудливые внутренности звездолета. Овальные коридоры вели в недра махины. Легкий гул ворвался в уши Анатолия, не давая сосредоточится. Он тряхнул головой, шагнул в один из коридоров и судорожно огляделся. Воздух был спертым. Вдохнув, Анатолий понял, что долго он здесь дышать не сможет и обернулся. Позади "автобуса" медленно сходились огромные задвижки, Легкая вибрация пола усилилась.

— Удрать собрались, екарный бабай! — со злостью крикнул капитан.

Он бросился бегом по коридору, перепрыгивая поднимающиеся из пола заслонки, и после очередного поворота оказался в небольшом овальном зале с торчащей посередине из пола черной срезанной пирамидой. Около неё суетился инопланетянин в привычном зеленом костюме, но без шлема.

— Черт, какие же вы уроды! — капитан брезгливо сморщился, рассматривая «лицо» живого пришельца.

Тот дернулся. Его сетчатые «глаза» замигали желтым, отверстия внизу «лица» зашевелились. Послышались звуки, словно противно каркала ворона.

— Вот, епрст! Даже поговорить с тобой нельзя, — усмехнулся капитан, поднимая ружьё, затем, быстро оглядевшись, достал приспособление, что дал ему Аркадий, сдвинул колпачок и переключил тумблер. Кубы ярко засветились. Капитан присел и, не сводя глаз с суетящегося пришельца, положил мину позади себя.

Тот же будто сбесившись, размахивая конечностями, метался на месте и громко каркал.

— Что, сука, не нравится? — спросил Анатолий. — А вы зачем сюда приперлись, уроды? Из детишек наших наркоту варить? Чтобы потом её втюхивать безмозглым баранам? Да вы вообще кто такие?

Инопланетянин резко дернулся к нему. Капитан выстрелил. Перед пришельцем взметнулись из пола голубые искры, и он остановился.

— Я не договорил ещё, — продолжал Анатолий. — И не шустри, а слушай молча. Так ты думал, что всё вот так легко сойдет тебе с рук?

Он помнил, что сказал ему Аркадий. Десять минут. Долгие десять минут он не должен подпускать этого пришельца к мине. Наверное, её и выключить можно? Только хватит ли сил у него выдержать эти десять минут? Не упасть, не потерять сознание. Капитан с тревогой чувствовал, что начинает задыхаться.

Видимо, почувствовал это и пришелец. Он медленно приближался к капитану. Их уже разделяло всего лишь несколько метров.

— Э, не так быстро! — прикрикнул Анатолий, направляя ствол в грудь пришельца. — А впрочем, чего я тут канитель развел?

Он нажал кнопку огня. Но привычного сгустка энергии не было. Ещё раз нажал. Только тихий щелчок раздался в легком гуле.

Инопланетянин резво метнулся к пирамиде, и к его конечности тут же будто приклеился прут с круглым набалдашником. Стелясь по полу, он подскочил к капитану и всадил набалдашник ему под ребра.

— О, ёпт! — только и вымолвил Анатолий, роняя ружье. Страшная боль пронзила мозг, ноги перестали слушаться, и он припал на колено, хрипло и часто дыша. На зеленый металл упали капли крови.

— О, епт, — издевательски прокаркал пришелец.

Анатолий собрал остатки сил, нащупал уже непослушными пальцами десантный нож на поясе, напрягся и, резким колющим движением всадив его в сетчатый желтый глаз инопланетянина, ударом локтя сорвав его конечность от прута.

Пришелец нелепо попятился назад. Он хотел вытащить из себя жало ножа, но ухватить рукоятку этого древнего оружия землян не мог. Размахивая конечностями, он уперся своим овалом в пирамиду. Уцелевший желтый глаз светился неистово, отверстия внизу «головы» извергали громкие беспорядочные звуки.

— Ну, вот и всё, — прошептал капитан, заваливаясь на бок.

Последнее, что мелькнуло в его сознании, был ослепительный голубой свет.

 

 

Кристина, с трудом двигая ногами мимо стоявшей у пролома в стене Инны, упала внутрь подвала, вытаскивая на своих плечах тяжелое тело Семена.

— Помоги мне! — крикнула Кристина Инне.

Та резко оглянулась, затем, устало покачиваясь, подошла к Семену и присела.

Мужчина горячечно дышал, лежа на спине и раскинув руки. Его обгоревшее тело было покрыто кровью, кожа в некоторых местах висела клочьями.

Внимательно осмотрев Семена, Инна перевела взгляд на Кристину, покачала головой и, поднявшись, снова отошла к проёму. Её невысокая фигура на миг осветилась голубым ярким светом.

— Ложись! — крикнула она, падая на каменную крошку разрушенного подвала.

Кристина упала грудью на Семена и закрыла глаза.

Тугая воздушная волна стремительно прокатилась, сбросив в подвал еще немного камней, осколки перекрытий и оставив облако пыли.

Кристина закашлялась, а Инна встала и, повернув голову, теперь смотрела вверх.

Девушка приподнялась и глянула на Семена. Тот не дышал. Только глаза с некоторым изумлением стеклянно уставились в одну точку, да губы замерли в легкой улыбке.

— Он умер, — сказала Инна, продолжая смотреть в небо. — Странно, что он еще дышал после таких ожогов.

Кристина села, недоуменно рассматривая бурые разводы на своём камуфляже. Невольно захотела их стряхнуть, но тут же сообразила, что это не получится. Девушка поднялась, подошла к Инне и проследила за ее взглядом.

Зеленая громадина инопланетного корабля поднималась над землей, выпустив пару огненно-голубых струй.

— Он там, — прошептала Инна. Ее большие глаза наполнились страшной грустью, подбородок некрасиво сморщился и к губам протянулись влажные дорожки.

— Кто? — не поняла Кристина.

— Мой Толя. Мой единственный мужчина, — медленно, по словам, ответила Инна.

«Пу-ум-м-м» — пропели небеса, расколовшись голубой вспышкой и взорвавшись ребристыми всполохами яркого света. Воздух внутри ребер словно сжался, потом вырвался видимыми плотными волнами.

Кристина отпрянула от проема, наблюдая, как они приближаются к земле. Достигли ее и, вырывая деревья, поднимая над собой машины, осколки трассы, камни, разбежались кругом.

Кристина бросилась в глубь подвала, упала и как можно сильнее вжалась в каменную крошку, разгребая ее под собой руками.

Плотная волна воздуха прижала ее к земле так сильно, что она на миг потеряла сознание, но тут же освободила, грохоча и затухая вдали. Кристина поднялась и, пошатнувшись, упала на бок от головокружения.

Инна, скрючившись, лежала у проема, подтянув колени к груди, водила ладонями по плечам и негромко, протяжно выла. А Кристина, прикрыв уши ладонями, чтобы не слышать этого воя и, зажмурившись, чтобы не видеть этого всплеска отчаянности, вдруг заснула.

 

Кристина очнулась от забытья короткого сна. Густые сумерки наползали на развалины причудливыми хлопьями, пряча стены домов. Она напрягла зрение и на стене ближнего дома увидела почерневшую табличку с надписью: «улица Фестивальная». Кристина усмехнулась: в данный момент название вряд ли располагало к веселью.

Очень хотелось пить. Вспоминая то, как двигались десантники, она выскочила из убежища. и, согнувшись, побежала к дому. Встала у стены, прислушалась. Только ветер шелестел по безжизненным камням. Так, пригибаясь, она бежала от стены к стене, стараясь запомнить путь, чтобы потом не заблудиться в поисках подвала.

Заброшенный магазин нашелся в полуподвальном помещении рухнувшего длинного дома по кислому запаху испорченных продуктов. Зажав пальцами нос, Кристина нырнула в небольшой проем. В зале длинные стеллажи торчали в полутьме белыми ребрами полок, а у кассовых терминалов высокие стойки образовали подобие вигвама. Она не спеша прошла между кассами, взглядом выискивая на нижних полках бутыли с водой.

Когда они нашлись, то Кристина, уже не обращая внимание на жуткий запах, открутила крышку и припала губами к горлышку.

Напившись теплой воды, умылась и затем осмотрелась. Холодильники не работали, и потому продукты пришли в негодность. Пакеты с кефиром вздулись и порвались. Вылившаяся на пол масса жутко воняла, смешиваясь с запахами сгнившей колбасы и заплесневелого хлеба.

Кристина нашла полку с консервами. Осмотрела их, выбрала наиболее прохладные и дорогие, сунула три плоские банки тушенки в карманы. Затем внимательно осмотрела пакеты с хлебом. Нашла зачерствевшую буханку без следов плесени. Прихватила целую бутыль с водой и вышла наружу.

Сгибаясь под тяжестью пятилитровой канистры, доковыляла до подвала.

Инна по-прежнему лежала на боку, молча глядя перед собой невидящим взглядом. Кристина взяла нож, что полагался каждому бойцу роты и висел на поясе камуфляжа, и неловко, с трудом, продырявила банку консервов. В воздухе поплыл запах вареного мяса. Она принюхалась, присмотрелась. Потом расковыряла банку шире и, жадно черпая пальцами теплые куски, стала есть, временами откусывая от буханки кусочки хлеба. Немного насытившись, запила водой и произнесла:

— Инна, тебе надо поесть.

Та продолжала лежать, уставившись взглядом в одну точку на каменной россыпи.

— Ладно, захочешь — возьмешь, — вздохнула Кристина и закрыла глаза.

Она не знала, сколько времени пролежала, прислонившись спиной к кирпичам подвала. Еда и вода разморили её и Кристина снова задремала.

Очнулась она от шороха, будто кто-то осторожно подкрадывался по каменным обломкам. Кристина моментально нащупала рукоять ножа и, зажав его обеими руками, выставила перед собой, уперев рукоять в грудь.

Шорох прекратился. Послышался тихий скулеж, и в подвал тенью спрыгнула собака. Еще поскулила. Перебирая лапами, подошла к Инне.

— Шарик? — не поверила Кристина.

Пес даже не вздрогнул и продолжал тихо скулить, стоя над Инной.

— Шарик, родной, — позвала Кристина. — Иди ко мне. Ты, наверное, есть хочешь? Я покормлю тебя.

Пес послушался, приблизился и сунул лохматую голову ей в ладони. Кристина запустила пальцы в спутанную шерсть и нежно погладила собаку, затем вывалила на плоский камень остатки из открытой банки тушенки. Пес размеренно слизал их, потом языком смахнул с подставленной ладони воду, зевнул, покрутился и улегся, уронив морду на ноги девушки.

 

Инна умерла на третий день. Она так и не поднялась ни разу. Осталась лежать в той же позе, с устремленным в угол взором. Её большие глаза потускнели, растрепавшиеся от ветра волосы накрыли лицо будто покрывалом. Боль от потери любимого мужчины разорвала сердце и она не хотела её терпеть — она просто не хотела жить. А Шарик всё сидел возле, словно ожидая, что Инна поднимется.

Пришельцев видно не было. Да и вообще никого не было, только заброшенная земля в безразличных развалинах.

Полдня Кристина сидела на выходе из подвала, щурясь на солнце и не заботясь о том, что вокруг происходит. Ветерок трепал её волосы, которые она пыталась их собрать в пучок. Также, как и свои мысли. Но ничего не получалось — мысли путались, грязные пряди соскальзывали с пальцев. На закате её взгляд наткнулся на семь сгоревших танков на другой стороне широкого полотна МКАДа. На опущенные к земле стволы пушек с прикрепленными цилиндрами инопланетного оружия. И она вспомнила слова капитана Воинова, который говорил Аркадию перед тем, как уйти в бой, а гения отправить в Косино. Тогда Кристина не смогла унять любопытство и подслушала.

— Аркаша, ты пойми, жизнь — она штука такая. Нет в ней явной правды или явной лжи. Есть выбранный для себя мир, ради которого ты живешь. Есть выбранные тобой принципы в этом мире. Врага не надо пугать, его надо истреблять, женщину надо любить, а не иметь, а жизнь… надо прожить, а не просрать. Вот так, дружище.

Тогда Кристина не поняла смысла сказанного. Все путано, неясно и сложно. Как это? Ведь есть родители, родственники и друзья. С ними можно вести себя так, как взбредет в голову. Что захотела, то сказала, а там — их проблемы, как ее понимать. Что захотела, то сделала. Подумаешь! Ей же так захотелось! Терпите! Не нравится? Так не слушайте и не обращайте внимания.

Но получается, что за поступки надо уже отвечать. И никто не махнет рукой, никто не скажет — бог простит. Родители могли ругать, орать несколько часов, но помогали. А ее бойфренд сюсюкал с ней, но потом предал в один миг. Вот как это?

Кристине стало очень одиноко среди двух мертвых тел и очень тоскливо рядом со скулящей собакой. В сердце защемило так, что захотелось плакать, но слезы застыли в глазах. И в памяти снова всплыли образы...

Дед Миша — смешной, заботливый и неугомонный человек, стремящийся быть в самой гуще.

Умница Аркадий — странный, непосредственный, самолюбивый. Но как он спорил с капитаном перед последним боем! Как рвался вместе со всеми!

Дима Арцыбашев — большой, застенчивый. Что-то хотел ей сказать, но убежал… и не вернулся.

Денис, Витя, Платон… Анатолий Сергеевич, Семен, Вера… Уж сестру свою Кристина не понимала. Она вообще редко что-то делала для себя, постоянно суетилась ради других и не требовала ничего взамен.

Выходит, то, что сделали они все, было для людей? Для тех, кто остался?..

"Всегда найдется тот, кто станет богаче за чужой счет. Природа людская такая — подлючая." Это были слова капитана Воинова. А уж он-то знал, что говорил.

И Кристина поняла, что нельзя оставлять на Земле оружие пришельцев, переделанное против них.

Да! И это будет ее поступок.

Кристина смахнула волосы со лба, перебирая грязные пряди, вздохнула, поднялась и, свистнув Шарика, вновь отправилась к магазину.

В подвал она возвращалась, неся за спиной два рюкзака, набитые продуктами, кое-какой одеждой и еще всякой всячиной. Освободила один рюкзак, высыпав его содержимое на большую полиэтиленовую скатерть, разобрала предметы по кучкам, затем закинула пустой вещмешок за спину и направилась к сожженным танкам. Шарик семенил за ней.

Она неспешно обошла все машины, неумело поддевая затворы цилиндров ножом, и вынула все «батарейки» пришельцев.

— Шарик, ищи ружья наших солдат, — сказала она собаке. Сказала, чтобы услышать свой голос.

Так они и ходили из подвала на поле несколько раз, пока батарейки не оказались сложенными в подвале крупной горкой. Кристина взяла фольгу для запекания, которую она нашла в магазине и притащила вместе с продуктами, и обрывая ее на куски, тщательно завернула все инопланетные аккумуляторы. Аркаша предполагал, что это позволит их разрядить. Кристина ничего не понимала, но делала. Ей, насмотревшейся на то, как действует оружие с чужой технологией, казалось, что никто и никогда не должен получить «батарейки» в пользование. Достаточно было выглянуть из подвала, чтобы убедиться в этом.

Во дворе Кристина выбрала участок земли и руками освободила его от пепла и камней, затем, Помогая себе ножом, вырыла яму, куда и сложила все "батарейки". Справившись, смахнула пот со лба, присела и задумалась. Инопланетные светящиеся кубики могли быть ещё в Домодедово, куда ушел капитан со взводом Обухова, и на полигоне.

— Я не знаю, где это Домодедово и сколько до него идти, — сказала она Шарику, засыпав яму, — но завтра мы пойдем туда.

Пес одобрительно тявкнул.

Путь был долгим, но нетрудным. Кристина шлепала по шоссе от развилки, где был последний бой, ориентируясь по упавшим и согнутым указателям, которые ещё оставались. Когда же она с Шариком пришли к аэропорту, то увидели лишь выжженную дотла черную равнину, где гулял ветер, поднимая с земли пепельную пыль.

— Что? — спросила она Шарика. — Теперь на полигон?

По пути им встретился небольшой дачный поселок. Домики были разрушены, но редкие деревья в садах даже сохранили листву.

Кристина нашла участок с колодцем, в подвернувшееся корыто натаскала воды и медленно разделась. Тело ломило от усталости, а ноги налились свинцовой тяжестью. Шарик сидел на задних лапах, рассматривая её.

— Отвернись! — сказала она псу.

Буркнув что-то, тот отвернулся, и улегся на траву.

Она помылась, намылив себя мылом. Переоделась в одежду, взятую в магазине, зарыв старое обмундирование.

Перед тем как продолжить путь, Кристина долго смотрела на горизонт, туда, где осталась рота капитана Воинова.

 

По разбитой трассе идет девушка с большим рюкзаком за плечами. Светлые волосы собраны в хвост, длинная юбка развевается в такт движениям. Гордо поднятая голова и уверенная поступь в высоких армейских ботинках. Рядом идет лохматый пес, неспешно перебирая лапами. Иногда он крутит своей мордой и принюхивается.

 

Три военно-транспортных вертолета с эмблемой России на бортах, режут воздух своими винтами.

Заложив небольшой вираж, медленно садятся на полотно МКАДа, рядом со сгоревшими танками. Лопасти прекращают вращение и из вертолета выскакивают на землю люди в военной форме. Следом спускается человек в гражданской одежде.

Из других машин спрыгивают бойцы с автоматами, разбегаются в стороны, становясь в оцепление. На одном из вертолетов по бортам устремляются в небо стволы крупнокалиберных пулеметов.

— Это здесь, — говорит один из военных. — Вот развязка на Каширское шоссе. А там, вроде и танки. Правда, сгоревшие.

— Да, — кивает гражданский. — Они говорили, что пойдут двумя группами. Одна в лоб на Домодедово, а вторая отсюда — с развязки.

Подумав, военный решительно идет к танкам. Остальные спешат за ним. Остановились, смотря на упавшие стволы со странными цилиндрами.

— Вот! — крикнул гражданский. — На стволах оружие пришельцев. И на БМП такие же цилиндры были. Из них стреляли голубыми молниями. И у солдат в руках ружья такие были.

— Ничего не путаете, Николай? — спросил военный.

— Нет! Что вы?!

— Ладно, посмотрим.

Военный подошел к танку. Скользя по металлу ботинками, забрался к башне. Наклонился, осматривая цилиндры — их верхняя часть была открыта. В нише под прямоугольным вырезом чернели детали, сложенные с непонятную конструкцию. Он потрогал пальцем небольшой черный куб. Тот рассыпался в труху под прикосновением.

— Да, — задумчиво протянул военный, поднимая голову. Огляделся.

— А нехилая тут была драка. Смотрите, как земля выжжена. Аж вглубь. Вряд ли мы тут что-то найдем.

Гражданский поежился.

— Простите, можно я отойду? Мне надо.

Военный махнул рукой.

— Что-то он не то нам говорит, — сказал другой военный, снимая фуражку и вытирая пот.

— Да нет. Все то, — ответил ему тот, кто разрешал гражданскому удалиться. — Кто-то побывал здесь до нас.

— Кто?!

— Не знаю, но крышки на этих цилиндрах не сами собой на землю упали, — он показал на прямоугольники крышек, спрятавшихся под слоем пепла.

— Сюда! Сюда! — кричал и размахивал руками гражданский, выскакивая из подвала ближнего дома. — Здесь люди! Это они!

— Медика со мной! — приказал военный, бегом пересекая МКАД.

В подвале разрушенного дома нашли тела. Мужчины и женщины. Мужчина лежал полузасыпанный каменной крошкой, а женщина замерла возле проема, подогнув к груди колени.

— Уф, — военный приложил рукав к носу.

Засуетился медик, осматривая тела.

— Это Семен, — сказал гражданский. — Водитель БМП. А это жена командира роты. Ее звали… кажется, Инна.

— Ну что? — спросил военный подошедшего медика.

Тот снял перчатки.

— Они лежат здесь с неделю, — ответил медик. — Парень дольше. Умер от ожогов, от боли. А вот она… странно, никаких внешних повреждений. Похоже на разрыв сердца. Только от чего? Вскрытие покажет.

Военный подошел к женщине, наклонился, и, не опуская руки от носа, посмотрел в стеклянные открытые глаза. Отпрянул. В ее глазах он увидел застывшую боль. Будто от нежелания жить дальше.

Он выпрямился, и пошел к вертолету, что щетинился стволами пулеметов. Залез в него по спущенному трапу. В глубине салона сидел еще человек. С прямой спиной и пронзительным взором светлых глаз. Военный встал перед ним, растерянно развел руками в стороны.

Человек с прямой спиной отодвинул пальцем занавеску на иллюминаторе, посмотрел в сторону развалин домов.

— Значит, оружие останется тайной, — шепнул и добавил громче. — Идем обратно.

 

  • Hermann Hesse, воспоминание / Герман Гессе, СТИХОТВОРЕНИЯ / Валентин Надеждин
  • 8-9 / Тонкая грань мифа / Зауэр Ирина
  • "На осколки мечты, на колючки реалий..." / Щепки / Воронова Влада
  • Прости, родная сторона... / Колесница Аландора. / Алиэнна
  • Ветер снуёт по улицам. / Галкина Марина Исгерд
  • Трудно избавиться от вредных привычек / Парус Мечты / Михайлова Наталья
  • Цари и Боги / Семушкин Олег
  • текст / Маньяк / Haller Harry
  • История первая. Фото для Наташи. / Колечко / Твиллайт
  • У КУПАЛЬСКОГО КОСТРА / Ночь на Ивана Купалу -2 - ЗАВЕРШЁННЫЙ КОНКУРС / Мааэринн
  • Ворон Ольга / LevelUp - 2013 - ЗАВЕРШЁННЫЙ КОНКУРС / Артемий

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль