Глава 7

0.00
 
Глава 7

На КП зашел Смирнов.

— А где командир? — громко спросил он у Веры.

— Тише! — она кивнула на жилой отсек. — Анатолий Сергеевич к Инне пошел. Заболела она. Температурит.

— О, наш доктор умеет болеть? — усмехнулся Смирнов.

— Денис, не язви. И говори тише. А то раскричался.

— Да я ничего, — прошептал он. — Разведчика от Дробышева встретили. Его там Кристина чаем отпаивает.

— Подождет.

— Командир заругается.

— Знаю, — вздохнула Вера и прислушалась. — Сейчас схожу, позову.

— Ладно, — сказал Денис, присаживаясь на стул и осторожно положив оружие на стол. — Подождем немного.

Вера, собравшаяся было идти, остановилась, постояла молча, потом медленно повернулась и подошла к лейтенанту.

— Скажи, Денис… Ты думаешь, у нас получится?

— Что? — не понял он.

Она улыбнулась.

— Не то, что ты подумал. А — одолеть пришельцев.

Смирнов посмотрел на нее внимательно:

— Не знаю, Вера. Сначала я был в полной растерянности. Иногда даже мысль проскакивала — а к чему все это? Что мы делаем? Зачем ползаем, прячемся, что-то ищем? Но глядя на Анатолия Сергеевича… Вот уж у кого неуемная жажда борьбы! И я от него словно подзаряжаться стал. С каждой удачей — все больше. А потери?..

Он тяжело вздохнул.

— Это война, Вера. Но я надеюсь, что у нас все получится. Ведь у нас есть бойцы, есть оружие. Я как-то представил совмещенный залп всех наших ружей и, знаешь, содрогнулся. Вряд ли что-то устоит. И это вселяет надежду. Я — простой парень, из простой уральской деревни. Я не знаю, живы ли мои родители, есть ли у меня дом теперь. Мне нечего терять. Так почему я не могу сопротивляться? Мы отбили все атаки на полигон. Вот только я сплоховал. И зачем кромсал ножом инопланетянина? Знаешь, сколько злости во мне было?

Вера мотнула головой отрицательно.

— Немеряно! Я думал, эта злость порвет меня изнутри, сожрет мое сердце. И с каждым ударом ножа она становилась все больше… Хорошо, Витька меня оттащил. А потом схлынуло.

Смирнов замолчал, потом вскинул подбородок.

— Я точно знаю, Вера, что все это когда-нибудь закончится. А теперь, пожалуйста, позови командира.

Она развернулась и тут же уткнулась в Анатолия.

— Здесь я, Денис, — капитан на ходу застегивал портупею. — Чего шумишь?

— Разведчик пришел из Домодедово.

— Тащи его сюда.

— Есть!

Вскоре боец сидел на табуретке перед Анатолием. Он часто прихлебывал горячий чай, и его пальцы беспрестанно терли алюминиевую кружку.

— Там что-то страшное, товарищ капитан, — солдат чуть не уронил кружку. — Мы наблюдали почти сутки. Потом сержант послал меня сюда. У меня память хорошая, зрительная. Я все запомнил. Все, все.

— Потом нарисуешь, — сказал Анатолий. — Вкратце расскажи, что увидел.

Боец кивнул, глотнул чай и начал быстро рассказывать:

— Мы подползли к аэропорту и наблюдали с берега речки. Вдоль другого берега проходит линия, что-то в траве все время светится. За этой линией, недалеко, метров триста, дорога проходит широкая. Она еще на полосы делится, как бульвар. И упирается в здание на площади. Так вот, за зданием, я в бинокль глядел, такая махина стоит. Черная и неровная. Знаете, будто огромная улитка, вся в отростках шевелящихся. Её днем не рассмотреть. Смотришь — а не видишь, свет отражается, даже глазам больно. Ночью только и рассмотрели немного. Вокруг этого чудища суета. Роботы черные шастают да короба летают. Короба, что кирпичи наши, только размерами больше, примерно с нашу БМП. И вся эта хреновина забором обнесена. Столбы серебристые стоят. Расстояние между ними — метров сто. На кончике каждого столба фонарь горит и днем и ночью. Сержант опасался ближе подходить.

Он замолчал, жадно глотая чай.

— Дальше, боец, рассказывай, — поторопил капитан.

— А под утро… — парень еле ворочал языком от сдавивших его спазмов. — Под утро к забору подлетела вереница ящиков.

Он смолк. Лицо его побледнело так, что даже в темноте было видно.

— Дальше! — не сдержался капитан.

— В ящиках… мы не разглядели сначала… только потом, когда один перевернулся возле черной улитки… из него тела вывалились… человеческие тела…

Парня мелко затрясло. Вдруг он затрясся сильнее, упал со стула и стал выть.

Смирнов с Верой кинулись к нему.

— Стоять всем! — рявкнул Анатолий. Его крик гулким эхом застыл над сводами подземелья. — Встать, боец! Что за истерика?!

Парень словно успокоился от крика и медленно встал с опущенной головой.

— Говори, твою мать!

Боец вскинул голову и, яростно вытаращив глаза, выкрикнул:

— Дети это были, капитан! Дети! Мертвые! Вповалку накиданные! Грудные и чуть постарше! В ползунках и памперсах!

Капитан содрогнулся, и невольно шагнул назад. Он не ожидал услышать такое. Все стихло в его ушах. Все звуки пропали. Боец что-то кричал, Денис с Верой тоже. Они размахивали руками, что-то говорили ему в лицо, но он видел только движения губ.

Анатолий ударил по столу кулаком, и звук ворвался в уши голосами отчаяния и злости.

— Молчать! — снова крикнул он. Обвел всех троих мутным взором.

— Вера, отведи бойца к Инне, пусть вколет ему успокаивающее. Денис, собирай командиров взводов. И никому ни слова, поняли? Кто проболтается, пристрелю лично. И Семена позовите ко мне. Срочно!

Анатолий рухнул на стул. Что же это такое? Что за твари такие пришли на планету? Что же им надо?

Подошел Семен.

— Звал, Сергеич?

Капитан кивнул.

— Сень, сколько времени еще нужно на оборудование танков?

— Мы стараемся, командир. Еще бы полдня нам.

— А подобрать и обучить экипажи? Особенно водителей. Я так понял, что они малознакомы с техникой.

— В процессе, командир, — сказал Семен. — Я же понимаю, что надо быстрее.

— Хорошо. Иди.

Техник скрылся в темноте. Капитан достал из планшета карту и резко развернул. Склонившись над ней, подумал — а не слишком ли он горячится? Нет, надо спешить, а то они немного расслабились, уверовав в защиту подземелья. Подошли взводные и Денис.

— Вот что, парни, — сказал Анатолий, — Время выходит. Через сутки вся рота выдвигается с полигона вот сюда, в район Косино. По линии метро входим в подземку на недостроенную станцию. Там оборудуем новое расположение, проводим рекогносцировку. Потом два взвода выдвигаются по МКАДу на пересечение с Каширским шоссе. А со мной взвод добровольцев на трех машинах пойдет вот сюда, через Заозорье, Мячково и Константиново. В лоб на Домодедово. Надеюсь, мы вытянем их основные силы на себя, а остальные два взвода ударят во фланг, выйдя на рубеж платформы Востряково. Цель — огромная черная хрень, которая лежит на летном поле аэропорта. Все. Детали обсудим на новом расположении. Задача ясна?

— Так точно, — ответил Смирнов.

— Готовьте бойцов. Нам понадобится каждый человек, каждое ружье и каждая машина.

— А Аркадий?

— Гения тоже забираем. Будет сопротивляться — разрешаю ударить. Но не сильно.

Раздалось ногозначительное покашливание. Обернувшись, все разглядели Аркашу.

— Не надо меня бить. Я слышал. Все слышал. И я пойду со всеми. И, Денис, обучи меня стрелять. Кнопку-то я нажму и прицелиться смогу, но сделай так, чтоб я наверняка попал...

 

Разведчики Платона вернулись под вечер, усталые и голодные. Анатолий побеседовал с ними и отправил отдыхать, а сам опять засел над картой, обложившись рисунками и схемами, которые нарисовал наблюдательный, но нервный разведчик.

Неужели в Домодедово стоит их звездолет? Не похожа эта черная штуковина на межпланетный корабль. Впрочем, откуда он знает, как выглядит звездолет?

Анатолий взял рисунок разведчика. Вгляделся. Отростки… Наросты… А реалистично нарисовал!

Но нет. Больше похоже на производственный цех. Слишком много наружных деталей. И вообще, как эта хрень может летать?!

Капитан встал, прошелся немного, разминая затекшую шею.

Ладно, допустим это какой-то цех, где что-то производят. Разворачивать производство в незнакомом месте можно только по необходимости или… для изготовления чего-то очень ценного. Не зря вокруг "улитки" такая суета и охрана. И если ударить по ней, то пришельцы будут стягивать силы для обороны. А они разбросаны по всей планете. Понадобится время, чтобы подтянуть "бревна" и согнать роботов. Подзарядить, бросить в бой. Потом забрать то, что изготовлено, выйти на орбиту — и дать хороший залп по планете.

Звездолет вряд ли торчит на поверхности. Он, скорее, висит около Земли. Черт! Как военные просмотрели его еще на подходе к планете? Ведь нельзя такой удар нанести без разведки и выявления опорных точек! А производство? В один день прийти и наладить его? Выходит, пришельцы торчали около планеты долго! Вели разведку, проводили исследования. И их мало. Было бы кораблей несколько, нам бы не позволили завладеть оружием, а так внимание рассеяно на оборудование производства и подавления крупных точек сопротивления — ударных ядерных комплексов. И они заняты не войной. Они заняты добычей.

Их корабль необходимо выманить. Нельзя им позволить уйти с планеты! Эх, бойцов мало для такой операции, и техники. Вот же, епрст, звездные войны! Может, на марше встретим кого из своих?

 

Семену пришлось смастерить несколько тележек, на которые положили припасы и прицепили к танкам. Аркадий работал не смыкая глаз. Он все-таки сделал компактные станции связи, и даже сумел собрать переносной радар, который «видел» не только поверхность, но и контролировал небо.

Правда, связь работала на небольшой дальности, но для координации боя годилась. Станциями снабдили командиров подразделений и поставили на все танки. На башнях машин вывели белой краской номера, а на борту БМП разведчики написали каллиграфически: "Маргоша".

С утра Анатолий выгнал роту на маневры. Сначала отрабатывали посадку и высадку с брони, потом — слаженность действий в бою. Капитан добивался того, чтобы бойцы не терялись и действовали сообща. Он давал сложные вводные, заставляя солдат и командиров думать. Конечно, времени для подготовки было мало, но к полудню подразделение было готово к маршу.

Анатолий прошел по подземелью, осматривая еще недавно обжитые места, затем поднялся к березовой рощице и постоял немного, прощаясь с тремя невысокими холмиками.

— Пора, — сказал он наконец, натягивая черный берет.

Рота покидала полигон. БМП и танки, выстроившись в колонну, тянулись по дороге. На каждую машину посадили по отделению, и колонна напоминала вереницу взъерошенных ежей, равномерной поступью выдвигающихся на охоту.

Впереди шла БМП с разведчиками. Глядя в ноутбук Аркадия, заменивший экран радара, капитан иногда отдавал Дробышеву указания, и БМП шустро убегала вперед. Порыскав по окрестностям, машина возвращалась, снова занимая головное место в походном строю.

Пройдя треть пути, рота встретила заправочную станцию под вывеской «Башнефть». Станция располагалась немного в стороне от трассы, которая бесконечной лентой рвалась вперед. Вокруг простирались поля. Справа за станцией были видны домики одинокой деревни, утопающие в зелени деревьев. Пересекающая шоссе высоковольтная линия напомнила о вторжении скрученными и повисшими на ажурных столбах толстыми проводами.

— Платон, — проговорил по связи капитан, — подскочи к станции. Посмотри, может, там осталось дизельное топливо.

БМП лихо повернулась и, выпустив струю выхлопных газов, подкатила к заправке. Бойцы спрыгнули с борта и засуетились вокруг емкостей.

— Нашли, командир! — раздался в наушнике голос Дробышева.

Анатолий вздохнул с облегчением. В танках топливо заканчивалось.

— Роте занять круговую оборону, машины на заправку по одной, — скомандовал он в микрофон, с благодарностью вспоминая усилия Аркаши и Семена.

Солдаты соскочили с танков, как на учениях, и разбежались в стороны, выбирая позиции. Башни развернулись, стволы пушек с прикрепленными цилиндрами грозно уставились на горизонт.

Анатолий тоже спрыгнул на землю, разминая затекшие ноги, прищурился, встретившись взглядом с озорными лучами солнца.

— Толя, — раздался голос жены, и ее голова показалась из башенного люка, — Аркадий изнылся весь. Говорит, ему жарко и душно.

— Пусть терпит, — усмехнулся капитан. — Сейчас машины заправим, тогда я сменю его.

— Мне нужно в туалет! — послышался заглушенный броней крик гения.

— Терпи казак, атаманом станешь! — прокричал в ответ Анатолий, наблюдая, как танки заходят на заправку. Потом, все же залез на броню и спустился в башню, где Аркадий, ерзая в жестком кресле, смотрел в экран ноутбука на показания радара.

— Иди уже. Только не отходи далеко.

Аркаша бросился наверх.

— Как ты? — улыбнулся Анатолий жене. Инна была ослаблена болезнью, но держалась бодро.

Вместо ответа она положила ладошку на его грудь и прислонилась головой. Капитан прижался щекой к макушке жены.

На экране желтая размытая линия быстро крутилась, на мгновение оставляя после себя причудливые разводы. Что-то в этом было магическое, притягательное. Взгляд выхватывал именно эти узоры, оставляя без внимания остальной экран. Однако когда в углу после прохода желтой полосы остались четыре яркие точки, которые двигались по касательной к центру экрана, Анатолий резко дернулся, отстранил Инну, всмотрелся и крикнул в микрофон:

— Рота, к бою!

Масштаб сетки указывал, что до целей было около пятидесяти километров.

— Девятому и десятому — сектор обстрела на юго-восток, — скомандовал Анатолий.

Танки на марше выстроились по номерам в порядке возрастания. Последний и предпоследний танк должны были развернуть свои орудия назад и вправо от столицы.

В проеме люка появилась голова Смирнова.

— Что там? — спросил лейтенант.

— Четыре цели. До них далеко, и идут они как-то странно. Пока не пойму.

Потеснив Смирнова, в башню залез Аркадий и без слов подвинул командира в кресле, застучал клавишами.

Изображение увеличилось, мелькнули цифры.

— Странные машины, — пробурчал гений. — Но очень похоже, что они заходят на… полигон. Только со стороны вашего городка, Анатолий Сергеевич.

— Заправка пяти машин закончена, командир! — доложил Семен. — Остались ваша и те, кто следом.

— Первому и второму занять позицию в хвосте колонны. Начинаем заправку с седьмой машины. Шестую будем заправлять последней, — подумав, приказал капитан.

Тем временем точки на экране немного разошлись и сменили курс.

— Точно! — сказал Аркадий. — Идут на полигон.

— Ну, ты знаешь, что делать, — подбодрил его Анатолий.

Гений зловеще улыбнулся, его пальцы стремительно залетали над клавишами.

Уходя, Анатолий решил оставить инопланетянам подарок на полигоне. Он был уверен, что пришельцы будут атаковать его, чтобы прихлопнуть, как назойливую муху.

На вершине холма поставили железный ящик, в котором под плексигласовым толстым стеклом лежал мертвый инопланетянин. А по бокам около заграждения установили две мощные пушки, в которые запихнули по три «батарейки», и соединили их с пультом наведения инопланетного истребителя. Аркаша долго калибровал всю эту систему, присоединяя к походному радару так, чтобы была видна картинка с видеокамеры, прикрепленной к одной из пушек.

Когда цели подошли на доступное расстояние прицельный комплекс их захватил. Аркадий отдал команду на сопровождение и переключил экран на изображение с камеры.

Три черных пирамиды сопровождали очень толстое и длинное «бревно», под брюхом которого висел сплюснутый овал, светящийся ярким голубым светом.

— О, супостаты бомбу придумали, — усмехнулся Аркадий, глядя на быстро сменяющиеся колонки цифр. — Мощная, зараза, — зло добавил он.

Пирамиды стремительно пронеслись над камерой, обстреливая холм полигона серыми сгустками, потом, будто увидев что-то, вышли из атаки, заложив невероятно крутой вираж, словно на месте. Анатолий поморщился, представив, какие перегрузки мог испытать земной человек при таком маневре.

— Заметили, — усмехнулся Аркадий и потянулся к клавише «ввод».

— Рано, — остановил его капитан. — Подождем.

Пирамиды-истребители зависли над полигоном. «Бревно» продолжало двигаться, и вскоре поровнявшись с ними, остановилось.

— А вот теперь пора.

Аркаша торжествующе нажал кнопку. На экране было видно, как толстые светлые струи, взлетев с земли, уперлись в черные пирамиды и в «бревно», и картинка тут же пропала.

— О-ё! — закричал сверху Смирнов, сваливаясь внутрь башни.

Раздался звук, будто лавина сошла с гор. Грохот усилился, танк содрогнулся. Когда грохот стих, первым опомнился Смирнов:

— А что это было?

Анатолий выскочил на башню.

Вдали над полигоном мерцала голубая сфера. Её пронизывали желтые молнии, во все стороны летели черные ошметки. Бойцы роты в недоумении поднимались с земли, которая выглядела так, будто по ней прошлись воздушным утюгом. Дома в деревеньке, что была рядом с заправкой, накренились на бок, а с деревьев слетела листва.

— Ладно, еще на трех супостатов меньше, — удовлетворенно сказал Анатолий, хлопая по плечу Смирнова. — Так, глядишь, и перебьем всех. А прикинь, если бы эта дура попала в полигон?

— Значит, мы вовремя ушли?

— Значит, так.

 

Рота продолжала двигаться к столице. Танки на большой скорости пролетели Бронницы. Некогда утопающий в зелени, уютный, с узкими улочками городок пестрил обгоревшими деревьями и разбитыми кирпичными стенами. Под вечерним летним солнцем ничего не двигалось, даже покинутые автомобили не виднелись на площади перед стадионом. Все было выжжено дотла. Покосившиеся толстые железные сваи разрушенного строения смотрели на северо-восток, пропуская через себя невысокие вихри, поднимающие пепел.

Урча мощными дизелями, танки сползли вниз по склону, потом свистнув наддувом, устремились вверх и вылетели к повороту на широкую трассу.

Дорога в четыре полосы была плотно забита исковерканными автомобилями.

— Стоп! — скомандовал капитан.

Головная «Маргоша» остановилась, раскачиваясь на амортизаторах катков. За ней застыла вся колонна.

Бойцы встали на броне, рассматривая чудовищное скопление искореженных произведений автопрома.

— Что делать? — развел руками подошедший Смирнов.

— Не расслабляться, — зло ответил капитан.

Злился он на себя — не учел, что мост через реку может быть разбит.

К командирскому танку приблизился Обухов.

— Можно к реке подойти сбоку от трассы, — сказал он. — У моста есть брод. Я знаю. Там глубина небольшая. Если что, то столкнуть машины туда. Танк сможет.

— По боку мы плестись будем сутки, — возразил капитан.

— Командир, я знаю эти места. Другого пути все равно не найдем. А в обход дольше получится. И еще неизвестно, что там встретим. Егорьевское шоссе гораздо уже, и болота там… А здесь, ну, километров десять.

Анатолий задумался. Он рассчитывал прийти в Косино до наступления темноты. Еще неизвестно, какие трудности ожидают роту на спуске в метро.

— Хорошо, Витя. Объясни все Семену. И пусть водители осторожней будут.

Обухов побежал к головной машине.

— Бойцам сойти с брони, — скомандовал капитан в микрофон. — Двигаться к мосту по шоссе. И быть настороже.

 

Рота вышла к станции метро, когда солнце уже садилось за обгоревшие стены многоэтажек, просвечивая угасающими лучами пустые глазницы окон.

— Платон, — скомандовал капитан, — быстро проверить станцию! Времени мало!

Разведчики юркнули в заваленный кирпичами и бетонными обломками неширокий вход, некогда бывший ребристым сооружением из стекла и стали. Стекол больше не было, а стальные квадратные арки, почерневшие и нависшие над землей, напоминали скелет динозавра с оторванной головой.

— А танки пройдут по тоннелю? — вслух задумался Аркадий. — И как машины спустятся на станцию?

— Посмотрим, — коротко произнес Анатолий, мысленно скрежетнув зубами: опять он не учел самого простого и допустил промашку.

После замеров оказалось, что пройдут. Почти вплотную, впритирку, но пройдут. В отличие от «Маргоши», которая проходила достаточно свободно.

Анатолия выручило то, что "Лермонтовский проспект" был станцией неглубокой закладки. Один из тоннелей в сторону области был обрушен, образовав для танков широкий и пологий въезд. Правда, им всё равно пришлось немного провозиться, укрепляя его снизу бетонными обломками. Семену как самому опытному водителю пришлось перегонять все танки по очереди в тоннель, и на это ушла масса времени.

Затем капитан увел роту на платформу, поставив дозорных у каждого входа в подземку. Радар под землей ослеп. Поначалу бойцы буквально повалились на холодный мраморный пол, некогда светившийся под ярким светом ламп, однако, немного придя в себя, уселись, осветив огромный длинный сводчатый потолок танковым прожектором.

Анатолий послал разведчиков на станцию Косино и присел на броне командирского танка. Его окружили взводные, подошел Семен. Каждый старался говорить тихо, чтобы голос не разлетался эхом в полупустом пространстве.

— Вот и дошли почти, — сказал Смирнов, жадно глотая воду из фляги.

— Что вас гложет, капитан? — спросил Обухов, заметив задумчивость Анатолия.

Тот махнул рукой:

— Не знаю. Тревожно. Беспокойно. И главное, я никак не могу понять, с какой целью прилетели эти монстры. Что им надо? Я все время думаю об этом. Ведь их мало.

— Почему мало? — встрепенулся Смирнов.

— Да потому, что тактика их действий такая. Нападают кучкой. Не большими силами, а кучкой. У них нет армии. Как террористы, блин! Выскочат, укусят — и в укрытие. А ведь что-то мутят!

— Тогда почему они так быстро все захватили? Ведь живых людей мы не встретили.

— Встретили, — ответил Анатолий. — Есть живые, только попрятались. Напуганы. Удар пришельцев был очень мощным, разящим. Я думаю, они и нас видели. Только инопланетяне не смогли понять наших маневров. И то, что мы очень быстро сделали оружие, которое им противопоставили. Не смогли они быстро разобраться, не поняли.

— И что теперь? — спросил Обухов.

Анатолий покачал головой и начал размышлять вслух.

— Мы нашли их базу в Домодедово. Предположим, они об этом знают. Знают, что у нас есть адекватное оружие. И знают наше расположение. Удар по полигону — это так, выплеск нервов. Ты видел, какую хрень туда приволокли? Это она в воздухе разорвалась, а прикинь, если бы на землю попала! Думаю, среди них кто-то не сдержался и решил отомстить нам за неудачи. В общем, их главный кому-то из своих жопу надрал, и тот решил выпятить грудь. Мол, пойду порву этих землян… Но не получилось.

Парни тихо засмеялись.

— Ничего смешного, — осадил их Анатолий. — Теперь вся эта ватага инопланетных террористов спешно что-то на Земле собирает. То, что очень дорого стоит в их мире. Иначе вся их возня закончится пшиком. Черт, был бы у нас биолог да оборудование! Мы бы препарировали того мутанта и выяснили бы, из чего он состоит. А так — гадаю на кофейной гуще.

— Эх, кофейку я бы испил, — сказал Климов.

— Забудь пока, — осадил его Денис.

— Думаю, они пришли за каким-то веществом, — сказал молчавший весь разговор Семен.

— Например? — встрепенулся Анатолий.

— Ну, не знаю. Может, за золотом, — пожал плечами механик. — А чего гадать? Долбанем по Домодедово, тогда и узнаем.

— Обороняться они будут жестко, факт, — сказал капитан. — Если то, что они там собирают, действительно стоит дорого, то стоять будут до последнего.

— Да ладно, — махнул рукой Семен. — Если запахнет жареным, то смотаются. Ничего так дорого не стоит, как собственная жизнь. Тем более, в поисках какой-то фигни да еще вдали от дома.

Денис что-то попытался сказать, но его прервал крик:

— Товарищ капитан! Товарищ капитан!

К ним подбежал разведчик у которого была отличная зрительная память.

— Чего шумишь? Людей пугаешь, — остановил его Анатолий.

— Там… там… — запыхавшись, сказал боец, показывая в тоннель на станцию Косино. — Люди! Много!

Солдаты оживились, вставали с пола и начали подходить.

— Спокойно! — крикнул им капитан и повернулся к разведчику. — Говори с толком и расстановкой.

— Там на станции людей много, — проговорил боец. — Женщины, дети, старики. Мужчин тоже много. Грязные все, голодные. На сержанта накинулись с вопросами. Он там типа на трибуне стоит. Говорит всем, чтоб спокойно себя вели, а меня к вам послал.

— Понятно, — кивнул Анатолий. — Семен, заводи! Я на Косино, всем пока оставаться здесь. Денис, ты за главного.

 

БМП бежала по рельсам метро, освещая фарами ребристый свод тоннеля. Звук не был очень громким и резким — своды конструкции его немного поглощали. Наконец впереди показался выход из тоннеля. В свете фар мелькнула толпа, стоящая на перроне и рельсах. Машина сбавила ход и медленно вкатила в недостроенный зал станции, легко поднявшись на невысокий перрон.

Щурясь от яркого света фар, её тут же облепили люди в порванных одеждах и с чумазыми лицами.

— Стоять! — крикнул капитан.

В ответ они загомонили наперебой и полезли на БМП.

— Я сказал, стоять! — еще раз выкрикнул капитан и нажал пуск огня на ружье, дав минимальную мощность и направив ствол вверх. Голубой всполох врезался в бетон потолка, разлетевшись искрами.

Толпа заголосила. Давя друг друга, люди полезли прочь от машины.

— Стоять всем! — в третий раз закричал Анатолий, срывая голос. — Кто старший над всем этим безобразием?!

Толпа остановилась, гудя и толкаясь. Из нее вышел человек в помятом костюме и неожиданно белой рубашке.

— Кто вы? — спросил капитан громко.

— Я работал в префектуре, — произнес человек.

— Почему здесь порядка нет? — грозно потребовал Анатолий. — Что за бардак?

Люди растерянно молчали.

Человек подошел ближе: бледное вытянутое лицо, широкие от страха глаза, суетливые движения.

— А что вы хотите? — срывающимся голосом произнес он. — Мы неделю уже здесь сидим. Ни еды, ни воды, ни света — ничего. И вестей никаких.

— И что? Теперь можно опустится до скотского состояния? Здесь есть мужчины?

— Есть, а что? — раздался из толпы невнятный голос, и к БМП подошел парень внушительной комплекции. — Ты чего тут орешь? Кто будешь?

Анатолий рассвирепел и наотмашь врезал парню прикладом ружья со всей силы. Тот без сознания крабом распластался на рельсах.

— Свяжите это чудо, — приказал капитан солдатам, что сидели на БМП и медленно спустился на платформу.

Толпа расступилась перед ним.

— Где… мои… бойцы? — протянул капитан.

Перед ним оказалась дрожавшая молодая женщина, пытавшаяся руками прикрыть грудь под легкой блузкой, которая снизу едва доходила до середины бедер.

— Что здесь твориться? — спросил Анатолий. — Эй, из префектуры, подойди!

Мужчина опасливо приблизился.

— Говори быстро. Почему женщины полуголые, почему нет еды, воды и санитарии? И почему здесь открывает рот всякая пьяная херня? Водку добыть, значит, силы есть, а воду людям — нет? Объясни! И где мои разведчики? Они были здесь десять минут назад.

Человек из префектуры открыл было рот, но опасливо повернул голову к толпе.

— А ты чего такой борзый? — раздался оттуда голос. — Ты ружьишко свое на землю положи и отойди назад.

Раздался гадкий смех, щелкнули затворы пистолетов.

Внезапно с БМП ударил сильный свет, вырвав из темноты шеренгу людей: испуганные женщины, пара стариков и щуплый мальчишка без штанов, стоящий босыми ногами на сером бетоне платформы. За ними, как за щитами, согнувшись, прятались трое. В их руках блеснули вороньем пистолеты, направленные на капитана. Грохнул выстрел. За спиной Анатолия со звоном лопнула фара БМП.

И тут… в шеренгу ударили голубые всполохи. Люди корчились от поражавших зарядов, падали на бетон с дикими криками боли. Толпа за шеренгой стала разбегаться. Спрыгнув с БМП, бойцы подскочили к тем, кто держал пистолеты. Всполохи, короткое гуденье огня… Капитан скрипнул зубами.

— Так, где мои разведчики? — спросил он человека из префектуры.

— Там они, — дрожа, как лист под ветром, ответил тот, — на рельсах. Убили их. Эти, что с пистолетами… Застрелили.

Анатолий схватил его за рубашку и резко потянул. Ткань с треском порвалась.

— А вы куда смотрели? — зашептал капитан. — И что это за козлы пьяные с оружием?

Мужчина мельком взглянул на корчившиеся в огне тела бывших "хозяев" станции Косино.

— А что мы могли?! — фальцетом заверещал он. — Они так же пришли дней пять назад, палили в народ. Тех, кто пытался что-то сказать, тут же застрелили. Чем они хуже вас?!

Анатолий отпустил его и посмотрел на толпу людей, мечущихся по станции.

— Тебя как звать, мужик?

— Николаем.

— Вот что, Николай. Ты это… уводи людей отсюда.

— Куда? Станция "Выхино" открытая! Там нас ухлопают!

— Сколько тех, что с пистолетами?

— Четверо… было.

— Тот бугай на рельсах тоже из них?

— Да.

Анатолий посмотрел на БМП:

— Семен, разворачивай машину.

Потом проговорил устало, глядя в глаза Николаю:

— Ты, Коля, наведи здесь порядок. Если сможешь, конечно. Туда, — он показал на тоннель, ведущий на станцию "Лермонтовский проспект", — не ходите. Через сутки мы уйдем. Я оставлю здесь гражданского человека. Его зовут Аркадий. Ты должен его беречь, понял?.. А сейчас собери мужчин, ночью сходите на поверхность. Наберете еды, воды и одежды. Брошенных магазинов там много. Мои бойцы прикроют. Аркадий здесь свет наладит, все не в темноте сидеть. Ты понял меня?

Николай испуганно кивнул.

— Тогда действуй, а я посмотрю.

Человек из префектуры полез в центр платформы, где долго собирал вокруг себя толпу. Что он говорил людям, Анатолий слышал плохо, но, видимо, сумел кое-как успокоить и организовать, потому что человек десять подошли к капитану. С опаской, но подошли.

— Вас как зовут? — спросил Николай.

— Капитан Воинов, — ответил Анатолий.

— Мы готовы идти, капитан.

Тот помолчал еще немного, взглянул на развернувшуюся БМП.

— Николай, поднимите тела моих разведчиков на машину. Всех. И оружие соберите.

Он не знал, что скажет остальным бойцам про гибель их товарищей. Он не знал вообще, что происходит. Он не мог понять. Почему вместо того чтобы сплотиться, и встать стеной против сильного и общего врага, некоторые люди, наоборот, используют войну в своих низменных желаниях?

  • Hermann Hesse, воспоминание / Герман Гессе, СТИХОТВОРЕНИЯ / Валентин Надеждин
  • 8-9 / Тонкая грань мифа / Зауэр Ирина
  • "На осколки мечты, на колючки реалий..." / Щепки / Воронова Влада
  • Прости, родная сторона... / Колесница Аландора. / Алиэнна
  • Ветер снуёт по улицам. / Галкина Марина Исгерд
  • Трудно избавиться от вредных привычек / Парус Мечты / Михайлова Наталья
  • Цари и Боги / Семушкин Олег
  • текст / Маньяк / Haller Harry
  • История первая. Фото для Наташи. / Колечко / Твиллайт
  • У КУПАЛЬСКОГО КОСТРА / Ночь на Ивана Купалу -2 - ЗАВЕРШЁННЫЙ КОНКУРС / Мааэринн
  • Ворон Ольга / LevelUp - 2013 - ЗАВЕРШЁННЫЙ КОНКУРС / Артемий

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль