Глава 2

0.00
 
Глава 2

Они шли по лесу медленно, стараясь не шуметь. Впереди — Анатолий, напряженно осматриваясь по сторонам, за ним несшие цилиндр Арцыбашев и Климов, затем Инна с большим рюкзаком и Васин и Дробышев со вторым цилиндром. Замыкающим шел Обухов, а Денис Смирнов, вооруженный биноклем, шел на некотором удалении от отряда, и время от времени докладывал Анатолию обстановку, дожидаясь подхода "каравана".

Они шли безостановочно почти пять часов, минуя безжизненные дачные поселки, что разбросаны в Подмосковье чуть ли не на каждом километре. Выжженные участки земли, развалившиеся дома и садовые домики, покосившиеся столбы электропередач, валявшиеся на земле скрюченные вышки сотовой связи. Под заходящим солнцем ветер играл пеплом, обрывками бумаги и клочками ткани. Ажурные арки крепления проводов над железнодорожным полотном, разломанные чужой силой, оплавленными краями утыкались в тускнеющее небо. На дорогах, которые пересекал отряд, застыли автомобили с открытыми дверцами салонов и багажников. На брошенных фурах хлопал брезент.

В густом ельнике недалеко от железной дороги группа остановилась на короткий привал. Все присели в круг… захрустели галетами, запивая мелкими глотками из фляжек.

— Черт, а где люди? — спросил Смирнов.

— Странно все, — отозвался Анатолий. — Никого не видно. А ведь мы прошли километров пятнадцать.

Арцыбашев глотнул воды и основательно закрутил крышку фляги:

— А далеко еще топать?

— Нет, Дима, километров пять, — поднялся капитан. — Долго идем, а движения вокруг никакого.

— Очень похоже, что люди разбежались, — сказал Обухов. — Или мы чего-то не знаем.

— Вот именно, что не знаем, — согласился Анатолий. — Ладно, привал закончен, двигаем дальше.

Бойцы нехотя поднялись. Усталые, измотанные видом безжизненной земли и запахом горелой плоти, пролетающим вместе с пеплом.

Анатолий посмотрел на Инну. Жена держалась молодцом. Не скулила, не истерила, молча несла тяжелый рюкзак с лекарствами и едой. Но он чувствовал, что она на грани срыва — щеки бледные, майка мокрая от пота. Анатолий подошел к ней, обнял за плечи и нежно прикоснулся губами к щеке. Инна вымученно улыбнулась и прошептала:

— Толь, не волнуйся за меня.

Он кивнул и показал Смирнову двумя пальцами от глаз вперед. Тот скрылся между деревьями. Бойцы подхватили цилиндры и отряд тронулся в путь.

Они не прошли и полкилометра, как Анатолий увидел присевшего у толстого дерева разведчика. Денис оглянулся и медленно опустил ладонь сверху вниз. Капитан повторил жест идущей за ним группе, а сам подполз к нему.

— Там впереди какое-то движение, — прошептал Смирнов, протягивая бинокль. — Не могу разглядеть, будто тень маячит.

В сгущающихся сумерках видимость ухудшилась. Анатолий долго всматривался, но так и не смог разобрать, что двигалось. Капитан подтянул ружье и медленно отстегнул обойму. В ней оставался один патрон, еще заряд был в стволе. Он ощупал в карманах запасные обоймы, сердце заколотилось быстрее.

— Сиди здесь, — прошептал капитан Смирнову. — Услышишь выстрелы — уводи всех назад.

— Есть, — услышал в ответ и, стараясь не шуршать упавшими сухими ветками, пополз вперед.

Метров через двести Анатолий остановился, переводя дыхание, всмотрелся в мелькающие тени и выдохнул облегченно.

Люди. Трое. Они что-то носили в руках, выстраивая приземистое сооружение. Говорили тихо, слов было не разобрать. Анатолий подполз ближе и спрятался за раскидистым кустом. Неожиданно, в его сторону двинулась одна из теней. Капитан затаился и ощупал ружье. Тень приблизилась, и он разглядел… девушку в темно-синих обтягивающих джинсах и клетчатой ковбойке. Изредка оглядываясь, она шла к кустам. Анатолий быстро встал и, стараясь попасть в звук ее шагов, подкрался к ней сбоку. Девушка остановилась спиной к нему и принялась расстегивать джинсы. Когда она взялась за пояс, Анатолий выскочил и одной рукой обхватил ее за талию, а ладонью второй зажал рот.

Девушка дернулась и попыталась вырваться.

— Не бойтесь, — быстро прошептал ей на уха капитан, — я свой. Я не сделаю вам ничего плохого, успокойтесь.

Девушка дернулась еще пару раз, потом смирилась и, немного повернув голову, испуганно посмотрела на капитана.

— Простите, что так поступаю, — зашептал Анатолий. — Повторяю, я не сделаю вам плохо, успокойтесь. Я отниму ладонь, и мы спокойно поговорим. Вы верите мне?

Она помотала головой.

— Мне что, ударить вас?

Снова — мотание головой, на сей раз более интенсивное, затем — жалобное мычание.

— Ладно, ладно, — прошептал он. — Бить не буду, насиловать — тоже. Меня зовут Анатолий, и моя жена ждет меня в полукилометре отсюда. Очень волнуется и боится. Со мной — еще шесть десантников, молодые ребята, недавно призванные в армию. Мы вели бой с роботом и сумели вывести его из строя. Теперь вы можете спокойно поговорить со мной?

Чуть подумав, она кивнула.

— Вы не будете кричать?

Она медленно помотала головой.

Анатолий убрал ладонь. Её губы подрагивали от волнения, большие глаза смотрели пристально, но страха в них уже не было.

— Как вас зовут?

— Вера, — прошептала она.

— Кто еще с вами?

— Кристина — моя двоюродная сестра, и дед Миша.

Капитан развернул Веру к себе:

— Кто такой дед Миша?

— Из местных. Он нашел нас на дороге.

— А что вы там делаете?

— Шалаш, — после секундного раздумья ответила Вера.

Анатолий убрал руки и отступил:

— Джинсы застегните, Вера.

Она отвернулась и застегнула молнию.

— А теперь проводите меня до шалаша. Только спокойно, договорились?

— Да. А вы меня не убьете?

— Я похож на убийцу?

Вера недоверчиво осмотрела капитана.

— Что-то такое есть.

— Это маскировка. Вы не смотрели боевиков по телику?

Они неспешно пошли в сторону шалаша. Кристиной оказалась девушкой лет шестнадцати, одетая в короткое легкое платье и мешковатые штаны явно не её размера. При виде незнакомца в камуфляже она охнула, но увидев с ним сестру, только сказала негромко:

— Деда Миша, к нам гости.

Из низкого сооружения, выстроенного из переплетенных веток, и покрытого еловым лапником, показалась седая голова. Маленькие глаза около широкого носа, поросшее белой щетиной сморщенное лицо.

— И кого привела, дочка? — спросил дед Веру.

— Анатолий. Говорит, с ним жена и еще шесть десантников.

Дед Миша вылез из шалаша, кряхтя встал на ноги.

— Бог в помощь, — сказал Анатолий.

— Что надо, мил человек? — дед отряхнул штаны от прилипших еловых иголок.

— Поговорить, — пожал плечами капитан и сел на землю, отложив ружье в сторону.

— Ну, говори.

Анатолий быстро осмотрелся. Кроме девушек и старика, вокруг никого не было.

— Ты головой не крути, говори, зачем пришел, — дед Миша сверлил капитана глазами.

— В Городище иду с бойцами. Жена еще со мной. Мне нужно найти здешний полигон. Может, там есть кто, не знаешь?

— А ты как на нас вышел? — дедушка осмотрелся вслед за капитаном. — Что-то не вижу я твоих бойцов и жены.

— Они в полукилометре отсюда ждут меня. Боец из охранения разглядел вас издали, вот я и решил узнать, кто здесь.

— Мудро, — покивал дед Миша. — Значится, ты из разведчиков будешь?

— Было дело. Давно.

— И где?

— Афган, Чечня.

— А звание какое?

— Капитан. Был в отставке, теперь в деле.

Дед опять покивал, затем произнес:

— Вера, Кристина, а ночь никто не отменял. Нечего уши греть, идите лапник набирайте, сами спать будете в шалаше. Только тихо ходите: под вечер звуки далеко разносятся. И далеко не отходите, чтоб видел я вас.

Девчонки недовольно отошли.

— Ты вот что, капитан, — дед пожевал губами. — Давай веди своих сюда. Разговоры потом будем разговаривать, ночь скоро. Надо ее пережить.

Анатолий кивнул, встал и, заметив невдалеке прислонившуюся к дереву фигуру, призывно махнул рукой. Из сумерек вышел Смирнов.

— Плохо маскируетесь, боец, — высказал ему капитан. — Возвращайтесь и приведите отряд сюда. Только не шумите.

— Есть, — уныло ответил Смирнов и крадучись ушел в лес.

Дед Миша ухмыльнулся:

— Мальчишки это, капитан, не бойцы.

— Других у меня нет, дедушка, — резко ответил Анатолий.

— Ты не серчай, парень, — беззлобно сказал дед. — На нервах я. Ты хоть знаешь, что творится?

— Только догадываюсь. А что здесь было?

Дед Миша в отчаянии махнул рукой.

— Супостат неизвестный на нас войной пошел. Днем пролетели какие-то аппараты, я отродясь таких не видел, даже по телевизору. Накидали шаров серебряных. Они, сволочи, шары эти размером с арбуз, из земли выскакивают вверх и пуляют по людям молниями. Только прах по ветру разлетается. По домам шмаляли, по машинам. Жуть!

Дед всхлипнул и торопливо смахнул слезу.

— А ты-то как не попал под раздачу? — спросил Анатолий.

— В мой дом попала молния, — зло ответил дед. — Бабку мою накрыло потолком, а меня за печку швырнуло. Потом загорелся дом-то. Пламя такое едкое, голубое. Я очухался и выскочил быстро в одном исподнем. А бабка моя сгорела. Я потом на пепелище бродил, в погребе шматье кое-какое себе нашел, да вот Кристине шкарята мои пригодились — у девки-то совсем платье короткое. В легковушке я их нашел, девчонок-то. Перед таратайки грузовиком раздавило, а они на заднем сидении оглушенные лежали. В общем, ужас творился. Висел этот шарик да людей истреблял. Быстро так. Побежит кто, он фить… швырнет молнией — и нет человека. Только лоскуточки по земле перекатываются.

— Вас-то почему молнией не задело?

— Не знаю я, Анатолий, — отмахнулся дед. — Может, не понравились чем супостату. Я Кристину выволок из машины, тащу ее в лесок, смотрю, шарик энтот крутится, гудит противно, а вокруг уже нет никого, только Вера еще выползает через заднюю дверь. Кричит, плачет, в крови вся. На месте водителя мать ее сидела. Так когда придавило их, кровища на Верку и полилась от матери-то. Она лезет, а рюкзачок за спиной зацепился. Девка бьется, а шарик как фить молнией, аккурат по машине. Веру вместе с дверкой на обочину и вынесло. Повезло ей. Шарик потом пожужжал да в землю спрятался. Вот я сюда их и приволок. Отмыл Веру, за водой ходил раза три, колодец за домом моим, слава богу, не пострадал.

— Вот так и ходил? — удивился Анатолий.

— Аккуратно ходил, лесочком. Потом шмыг через дорогу. Наберу водицы и на цыпочках, медленно, обратно. Девчонки часа три в истерике бились, еле успокоил. Вера переоделась потом, а Кристине шкарята пришлось искать.

— Ты, дед Миша, прямо герой, — улыбнулся Анатолий. — Тебе годов сколько будет?

— Да почитай восемьдесят третий пошел.

Капитан удивленно присвистнул: а дедок весьма бойкий для своих лет.

К шалашу, таща охапки еловых веток, вернулись Вера с Кристиной и, посмотрев обиженно, начали заталкивать лапник внутрь.

Подошли и бойцы Анатолия. В спустившейся темноте серебром сверкали цилиндры.

— Это, дед Миша, отряд мой, — показал рукой на солдат Анатолий. — И жена моя, Инна. Фельдшер она.

Все быстро перезнакомились друг с другом. Инна с девушками скрылась в шалаше, а солдаты, укрыв цилиндры ветками, уселись вокруг Анатолия и разложили нехитрый ужин: открыли тушенку, достали галеты.

— Ночь холодная будет, — сказал дед, тихо пережевывая вареное мясо. — Одеял бы набрать, а то замерзнем.

— Дома-то целые остались в деревне? — спросил Анатолий, поддевая ножом кусок тушенки.

— На окраине вроде остались. Я к колодцу ходил, видел. Крыши не тронутые.

— А далеко до деревни?

— Да версты полторы будет.

— А называется как?

— Так Городище и называется.

Анатолий прищурился:

— Может, ты знаешь, где и полигон?

— Да знаю. На той стороне от железки. За платформой в километре «колючка» начинается.

— А шарик где торчит супостатный?

Старик задумался.

— Чтоб не соврать, перед платформой затаился. Этак метров двести от нее, около дороги в траве.

Анатолий вытер нож о брючину и сунул его в ножны на поясе.

— Я бойца тебе дам, дед. Сходите в Городище. Он поможет одеяла тащить.

— Лады, капитан.

— Климов, — позвал Анатолий.

— Я, — отозвался десантник.

— Пойдешь с дедом Мишей в деревню. Говорят, на окраине целые дома остались. Одеяла, пледы поищете, одежду теплую. Смотри внимательно. Если заметишь еду или лекарства, запомни в каком доме: сейчас утеплиться важнее. И самое главное — это очень важно, заруби на своем носу! — к электроприборам не подходи, и ни в коем случае их не трогай. Это смерть. Ни мобильников, ни радиоприемников — ничего не трогать, понял? Даже наушник от плеера обходи, если он на дороге валяется. Под ноги смотрите.

— Ты что-то знаешь, капитан? — встрепенулся дед Миша.

— Догадываюсь.

— Так поделись догадками своими.

Анатолий вздохнул.

— Каждое сложное оружие имеет свою систему наведения. Я так понял, инопланетяне рассыпали по территории автономные средства поражения. Их наведение реагирует на электромагнитное излучение, тем более если оно двигается. Значит, представляет опасность. Выцеливают они именно источник излучения, ведь в каждом приборе есть батарейка или еще какая фигня, я не силен в физике. Только так я могу объяснить то, что мы еще живы.

— А как же цилиндры? — спросил Смирнов.

— Это, Денис, их оружие. Не будут же они стрелять в своих.

Старик слушал рассуждения капитана с открытым ртом.

— Анатолий, ты сказал, инопланетяне? — дед Миша, казалось, рухнет в обморок.

— А ты думал кто? Американцы? — усмехнулся капитан. — Нет, отец, на земле еще не придумали таких технологий. Сдается мне, что и в Америке сейчас ходят одиночки где-нибудь в дебрях Аляски.

— Вот не думал, что на старости лет буду воевать с пришельцами, — буркнул дед Миша, поднимаясь. — Пошли, солдатик, а то скоро совсем темно станет. Не увидим ничего.

Климов со стариком медленно скрылись в лесу. Анатолий взглянул на циферблат. Стрелки показывали половину одиннадцатого ночи. Было тихо. Даже ночная жизнь замерла. Не стрекотали в траве сверчки, не летали птицы. Только деревья потрескивали ветками на ветру. Анатолий встал, нашел небольшой пригорок и взобрался на него, подняв к глазам бинокль.

В той стороне, где была столица мерцало зарево, еле видное даже в ночи. Он глянул туда, где располагался аэропорт Домодедово, и некоторое время всматривался через оптику. Вдруг голубой всполох прорезал темноту вдали. Капитан опустил бинокль. Значит, они не одни. Кто-то еще пытается продвигаться. Только куда и зачем? Он опять поднял бинокль и, посмотрев в сторону востока от столицы, долго ждал какого-нибудь огня или движения по воздуху. Ничего. Анатолий устало присел на пригорок. Ну как же так?! Миллионы людей, куча техники — и все это в один день уничтожено?! В это трудно поверить. Хотя… Если эти шарики разбросаны по всей земле, то все возможно. Но почему никто не сбил хотя бы один? Неужели никто не попытался? Ведь есть самолеты, вертолеты. Техники много разной. Что же за молнии такие мечут эти шары?

Зашуршали листья. Анатолий резко обернулся. К нему подходила Инна, выглядевшая несколько смешно в камуфляже, который был ей великоват. Она подошла, присела рядом, ткнулась лицом в его плечо и уже через мгновение сотрясалась от беззвучных рыданий. Усталость и бессилие выливались слезами. Он неловко обнял ее, прижавшись подбородоком к макушке, провел ладонью по напряженной спине, поцеловал в пропахшие хвоей волосы и нежно спросил:

— Что такое, девочка моя? Ну, успокойся.

Инна была моложе Анатолия на пятнадцать лет. Тогда, в девяносто пятом, вернувшись с чеченской войны он встретил ее в подмосковном городке, приехав навестить товарища — своего бывшего солдата по афганской войне. Тот сидел дома в инвалидной коляске без обеих ног и с одной левой рукой, а молоденькая девчонка в белом халате делала ему укол.

— Вот, Инна мне помогает, — улыбнулся друг, с нежностью поглядывая на щуплого фельдшера с огромными серыми глазами под веером пушистых ресниц. — Еду готовит, убирает мою халупу иногда.

Инна засмущалась, щеки покрылись румянцем. Губы, слегка тронутые темной помадой, приоткрылись в улыбке, обнажив ровные широкие белые зубы.

— Ну что вы, Сергей, не заставляйте меня неловко себя чувствовать.

— Инночка, вы мое солнце, разгоняющее темные тучи одиночества, — с некоторой тоской сказал друг. — Я без вас как никому не нужный пес, отживший свой век.

— Не говорите так! — строго сказала она. — Вот и товарищ к вам приехал.

— Это командир мой! — воскликнул Сергей. — Кстати, одинокий мужчина в полном рассвете сил.

— Одиноких мужчин хватает, — сказала Инна, закрывая свою сумку. — Сергей, вам нельзя так волноваться. И я приду к вам только через неделю.

— Буду ждать с нетерпением, — улыбнулся тот.

Она пошла к выходу из квартиры.

— Я провожу, — кинулся за ней Анатолий.

В прихожей он помог ей снять халат. Она смотрела на него снизу вверх, теребя пояс простенького платья.

— Как он, доктор? — тихо спросил Анатолий.

— Я не доктор, — ответила она. — Работаю фельдшером на «Скорой». Врачи не ходят к нему. Сергей никому не нужен. А у него часто давление скачет. Он курит, как паровоз. А ему нельзя. Вы надолго к нему?

— Как получится, я уволился из армии, вернее, меня уволили. Так что могу пожить у него немного. Надо ведь как-то на работу устраиваться.

— Побудьте с ним недельку, ладно? — Инна дотронулась до руки Анатолия.

— Конечно, без проблем.

Она улыбнулась, и вышла. Анатолий еще постоял в прихожей, поглаживая руку чуть выше запястья, стараясь сохранить тепло, оставленное девичьей ладошкой.

Он прожил у Сергея два месяца. Друг умер неожиданно и тихо: однажды ночью выкатил свою коляску на балкон и остался сидеть неподвижно в лучах восходящего солнца.

На похоронах народу было мало. Местный военком что-то талдычил про интернациональный долг и еще о чем-то пафосном. Вокруг стояли неизвестно откуда появившиеся "ветераны" локальных конфликтов с холеными лицами и пивными животами. Скрестив ладони, они внимали словам военкома, опустив головы. А неподалеку за их спинами стояли два мужика в потрепанной и застиранной солдатской форме, гордо подняв головы. У одного на груди висела тусклая медаль «За боевые заслуги», второй имел только две нашивки за ранения. В их глазах блестели слезы.

Анатолий переживал потерю друга мучительно. Одно дело на войне — там все под смертью ходят. Совсем другое — в мирной жизни, когда кругом столько радости: девчонки в коротких юбках, кофе с мороженым в стаканчике, солнце, не затянутое дымом от разрывов, вареная картошка с лучком и селедкой, а не плесневелый сухарь, когда наслаждаешься каждым мгновением, а не ждешь выстрела снайпера или взрыва мины под ногами.

После похорон Анатолий собрался уезжать в столицу, к матери, но Инна попросила его остаться — с ней. И он остался.

Конечно, за два месяца, пока Анатолий гостил у Сергея, они часто виделись, даже несколько раз прогулялись по парку в тени раскидистых кленов. Говорили о многом. Инна была для него взрослым ребенком, смотревшим на него широко открытыми глазами. Однажды она пришла к Сергею в жаркий летний полдень после своего дежурства. После укола другу надо было поспать, и Анатолий вызвался проводить Инну до ее дома. Нежный шаловливый ветерок трепал тонкую ткань ее платья, а мягкий солнечный свет будто снимал с нее одежду. И он увидел в ней женщину — маленькую, трепетную, юную.

В тот день вечером, сидя на балконе, Сергей будто почувствовал перемену в нем. Улыбнулся, пару раз затянулся сигаретой и вдруг выбросил ее.

— Курить бросаю, командир, — сказал он, потом заговорщицки наклонился и шепнул. — Толь, ты все правильно делаешь. Береги ее, насколько сможешь. Таких девчонок, как она, почти не осталось.

Затем выпрямился, и добавил:

— И вообще, женись на ней. Блин, я хоть на свадьбе погуляю!

И теперь Анатолий вспоминал то время, поглаживая напряженную спину жены. Своего маленького «совенка».

— Толя, что теперь будет?

— Все будет хорошо, моя маленькая, — успокоил он, сам с трудом веря в то, что говорил. — Пойдем к шалашу, надо еще пацанам указания раздать. А девчонки как там?

Она вытерла щеки ладонями.

— Трясет их от страха. И Веру слегка контузило, голова у нее болит. Я укол ей сделала.

Они подошли к лагерю. Десантники сидели в темноте около шалаша, настороженно вглядываясь в ночной лес. Капитан тоже осмотрелся. Пожалуй, роботы в лес не полезут, делать им здесь нечего, а вот всякие непрошеные гости вполне могут на огонек заглянуть. Народ-то всякий может повылезать, так что посты охраны лишними не будут.

— Васин, Обухов, в охранение. Пятьдесят метров от шалаша на север и юг. Вырыть и оборудовать позицию. У каждого свой сектор в сто восемьдесят градусов. Остальным спать, — приказал Анатолий тихо. — Что заметите, сразу меня будите. Вопросы есть?

— Нет.

— Выполнять.

Солдаты тихо разошлись. Дробышев и Смирнов улеглись на земле, прижав к себе автоматы, Инна залезла в шалаш — там места было много.

— Дима, ты чего не ложишься? — спросил капитан Арцыбашева.

— Не могу спать. Пытаюсь, но не могу. Может, мне вместо Васина или Обухова пойти в охранение?

— Приказы не обсуждаются. Спи давай.

— Да не могу я, товарищ капитан!

— Тогда бинокль возьми и дуй на пригорок. Смотреть будешь по сторонам.

Дмитрий покрутил в руках бинокль.

— Анатолий Сергеевич, а что теперь будет? Ведь бред какой-то! Пришельцы… роботы… и этот запах, постоянно в носу… я есть не могу… облевался...

— Дим, ну не разводи сопли, екарный бабай! — тихо возмутился капитан. — Ты мужик, или кто? Да пойми ты, наконец, все! Не будет уже так, как было. И это не компутерная игра, и ты не на съемках фантастического блокбастера.

Арцыбашев молчал.

— Хочешь совет?

— Ну… да...

— Обозлись! Разбуди в себе злость — без этого ты не выживешь. Мир изменился, и ты не можешь жить в нем как раньше — ходить в свой универ, когда вздумается, лапать девок, жрать деликатес… Сейчас важно только одно — остаться живым, при этом уничтожая врага! И чем быстрее ты это поймешь, тем дольше проживешь. А мне страшно не хочется, чтобы ты валялся трупешником. Соберись! И марш наблюдать!

Медленно ступая, Арцыбашев пошел к возвышению.

Анатолий прикрыл глаза, но задремать не давала мысль об этих шарах. Интересно, а какая дальность обнаружения у этих систем? Ведь если раскидать их в определенном порядке, то можно покрыть довольно внушительную территорию. А как подзаряжаются? Они же тратят много энергии, даже если и не стреляют. Сканирование, поиск, опознавание...

Черт, какие же мы отсталые в технологиях! Тупую железку — и то с трудом завалили. А ведь это простейшие, наверное, с точки зрения пришельцев боевые механизмы. Типа наших мин. От досады Анатолий скрипнул зубами.

— Товарищ капитан, — его дернули за рукав камуфляжа. Он вздрогнул, открыл глаза. — Там это, — Васин кивнул, — наши возвращаются. Паша с дедом. Только ползут почему-то.

Анатолий вскочил, и они быстро добежали до поста Васина, легли в отрытую ямку. К ним ползком приближались две тени, таща за собой какие-то тюки. Капитан привычно тронул карман, где лежал бинокль, потом вспомнил, что отдал его Арцыбашеву.

— Отползи в сторону метров на пять, — шепнул он Васину. — И держи их на мушке. Почему ты решил, что это наши?

— Так дед с Климовым в эту сторону и уходили. И нет их давно.

Анатолий взглянул на циферблат. Стрелки показывали половину второго ночи. А боец прав. Деда Миши и десантника не было уже два часа. В принципе, должны возвращаться.

До капитана донеслось старческое кряхтенье, затем голос деда Миши:

— Павел, ты чего как сонная муха?

— Так вы ж мне сами консервы в мешок навалили, дед Миш, вот и ползу так, чтоб они не бряцали...

Послышался ехидный смешок.

— Эй, ползуны! — шепотом окликнул Анатолий. — Передохните. Сейчас поможем.

— Давай, капитан, — отозвался старик. — А то боец совсем выдохся.

Они с Васиным подползли к ним. Дед Миша тяжело дышал, вытирая лоб.

— Почему ползком возвращаетесь? — спросил Анатолий.

— А от греха подальше, — ответил старик. — Мы с Пашей еще один шарик в темноте приметили. Светится он в траве, гаденыш. Голубеньким таким.

— И где?

— Приблизительно метров триста от окраинного дома деревни, — ответил Климов. — Мы в лавку забрели с дедом, взяли печенья, консервов, ну я сигарет прихватил. Вышли из нее груженые, дед Миша еще одеяла надыбал. А тут свист такой негромкий, но отчетливый. Мы струхнули да залегли. Смотрю, светится на земле что-то. Потом смотрю — от земли шарик на пару метров поднялся, посвистел беспокойно с минуту да опять в землю. И лежит там, мерцает. Ну мы аккуратно, ползком от него, за домами.

— Ладно, молодцы, — похвалил капитан. — Васин, помоги.

Вместе они подняли тяжелые тюки и перенесли к шалашу.

— Васин, дуй обратно в охранение. А ты, Паша, бери одеяло и спать.

Вдвоем с дедом они раздали пледы проснувшимся бойцам, просунули в шалаш женщинам.

— А на сколько тянется вдоль дороги деревня? — спросил старика Анатолий.

— Расстояние между шарами кумекаешь? — дед на секунду задумался, отпил воды из фляжки. — Сдается мне, километра полтора будет, если от платформы и до крайнего дома.

— Это сколько же таких шариков накидать надо?

Старик усмехнулся.

— Ты, капитан, не поймешь этих супостатов. У них своя логика. Но подумай вот о чем. Мы лагерем стоим приблизительно ровно от каждого из этих шаров. А в лесу их нет. Значится, не кидали они в леса свои механизмы, нужды в этом не видят. Ты вон с отрядом через лес и прошел.

Анатолий кивнул:

— Получается, у них дальность обнаружения и боя приблизительно метров восемьсот. Многовато, черт!

Дед поцокал языком.

— Нет, Толя, меньше. Про обнаружение сказать не могу, а вот лупят они на полкилометра, не дальше.

— Нет, батя. Лупят они даже на километр, просто не учли плотности нашей атмосферы. Но, думаю учтут и этот фактор. Зачем создавать пустоты в зоне поражения?

— Вот уроды! — прошептал старик.

— Погоди, дед. Получается, что чем дальше они стреляют, то тем больше вынуждены тратить энергию на выстрел. Кстати, а ты не разглядел днем эти шарики? Есть у них что-то типа антенны?

Дед Миша в свою очередь раздумывал недолго.

— Да торчит у него сверху хрень такая. Уж не скажу, антенна это, или еще что.

Но Анатолий уже соображал, представляя принцип действия оружия. Только как вынудить это оружие расходовать энергию? А может, и не будет никакой корректировки? Может, пришельцы вовсе не такие умные, как он думает? Надо найти способ, при котором шар будет разряжаться "в ноль", и не дать им возможность подзаряжаться.

Но он слишком устал. Мозги отказывались думать, требуя сна.

Посмотрев на часы, Анатолий медленно и глубоко вздохнул. Скоро утро. А что оно принесет? Впрочем, еще ночь не закончилась. Сначала надо её прожить. Он сел на землю, прислонился спиной к дереву и не заметил, как уснул.

 

  • Hermann Hesse, воспоминание / Герман Гессе, СТИХОТВОРЕНИЯ / Валентин Надеждин
  • 8-9 / Тонкая грань мифа / Зауэр Ирина
  • "На осколки мечты, на колючки реалий..." / Щепки / Воронова Влада
  • Прости, родная сторона... / Колесница Аландора. / Алиэнна
  • Ветер снуёт по улицам. / Галкина Марина Исгерд
  • Трудно избавиться от вредных привычек / Парус Мечты / Михайлова Наталья
  • Цари и Боги / Семушкин Олег
  • текст / Маньяк / Haller Harry
  • История первая. Фото для Наташи. / Колечко / Твиллайт
  • У КУПАЛЬСКОГО КОСТРА / Ночь на Ивана Купалу -2 - ЗАВЕРШЁННЫЙ КОНКУРС / Мааэринн
  • Ворон Ольга / LevelUp - 2013 - ЗАВЕРШЁННЫЙ КОНКУРС / Артемий

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль