О пользе сладкого

0.00
 
Шел Алекс
О пользе сладкого
Обложка произведения 'О пользе сладкого'
О ПОЛЬЗЕ СЛАДКОГО
пилотская байка

Пилоты, как говорят, бывшими не бывают. Особенно такие, как Дима Коринфский. Сейчас-то он, конечно, Дмитрий Палыч, уважаемый председатель нашего кондоминимума на благословенной природой планете Китурук. Но в прошлом Палыч ходил пилотом малого рейдера. А это, чтоб вы понимали, спецназ пилотской братии. Потому что рейдеры и в глубокий космос в одиночку ходят, и сложные маршруты патрулируют, и пиратов выслеживают «в отрыве от основных сил флота». Та ещё, короче, служба. Так что рассказать Палычу про свои приключения «на земле и в космосе» всегда есть что. И послушать одно удовольствие, особенно под шашлычок на лужайке его гостеприимной усадьбы…

Планетка, честно вам сказать, ребята, была так себе. Глубокая провинция, монархический строй. Но в плане климата им повезло: большие территории в зоне благоприятной для земледелия. И удачно расположена поблизости от пересечения космических трасс. Это ведь только разведчики да дипломаты на своих «джампдрайвах» скачут по Галактике аки блохи. А торговые караваны всё больше «ножками» — от одних Врат до других. С чувством, с толком, с расстановкой: месяц туда, месяц обратно. Поэтому что такое для пилотов-транспортников свежие продукты вместо консервированных пайков и возможность походить по настоящей травке, наверное, даже вам, людям сугубо планетарным, объяснять не надо. И как раз к власти там пришёл новый прогрессивный правитель и стал искать контактов с более развитыми соседними звёздными государствами. Ну, и наши дипломаты просекли, что такие удобные обстоятельства нельзя упускать.

Дипломатический караван мы сопроводили без приключений, прибыли к планете вовремя. На орбите осталась только дежурная вахта, а посольский шатл с прикомандированным экипажем благополучно приземлился в столичном (и единственном на планете) космопорту. Вечером того же дня нам надлежало прибыть на приём во дворец местного правителя. А потом остаться на празднество вроде бала или чего-то в этом духе. В честь взаимовыгодного сотрудничества и дружбы народов, понятное дело.

Так что сперва начальник экспедиции вообще никого не хотел из экипажа отпускать, чтобы, значит, до окончания официальной части визита никаких неприятностей с нашим участием не стряслось. Правильно мыслил, вообще-то. Если бы он тогда на этом своём решении настоял, то и не случилось бы всей этой истории. Но вышла дурная чехарда из-за того, что команда наша была очень разношёрстная. Дипломатическая служба убыла в город сразу, но там у них случилась какая-то не то поломка, не то авария. Механики быстро «просекли фишку» и рванули заниматься ремонтом единственной машины чуть не всем личным составом. Но в секрете это сохранить не сумели. Понятно, что пилоты и другие специалисты натурально такому возмутились. В общем, командир махнул рукой и выделил 2 часа личного времени с увольнительной «на берег», пообещав правда, кто не успеет вовремя вернуться, «приятное» времяпрепровождение на гауптвахте весь обратный рейс.

В центр я не поехал. Во-первых, успею ещё вечером на него насмотреться. Во-вторых, центры всех городов, будь это хоть столица звёздной державы хоть захолустная планета «имени семисьпяти-лет-без-урожая», очень похожи друг на друга в том, что кругом будут незнакомые улицы, толчея и дорогущие бутики. И мелкие воришки, куда без них.

В общем, натянул я для экономии времени простую полевую форму прямо поверх «второй кожи» — индивидуального костюма-компенсатора из скафандрового комплекта. В глаза не бросается, и жарко не будет: в облегающей «второй коже» встроенная терморегуляция и система потоотведения. Всё равно пилоты в рейсе такую носят, не снимая, так что пара лишних часов погоду не сделают. Сошёл в порту, сориентировался быстренько на местности и нацелился на один рыночек. Не слишком близко к порту, где с приезжих дерут так, что только шуба заворачивается. Но и от центра города с его брендовыми ценами подальше. Обычный рынок для местных. Были, правда, поначалу сомнения в успехе такого подхода, потому что аборигены с интерлингвом оказались напрочь не знакомы. Так что весь процесс выбора товара сводился к тыканию пальцем в нужный предмет, и всё дальнейшее общение с торговцами проходило по такой же жестовой системе. Да и местной валюты у меня не было. Однако с этим тут всё оказалось проще: похоже, статус столицы и близость космопорта сыграли роль, но золотой эквивалент у меня с карточки принимали везде без проблем.

Накупил всяких местных безделушек и сувениров. Особенно у них там в моде цветы, причём как живые, во всевозможных горшочках и колбочках, так и специальным образом обработанные, вроде гербариев. Цветы и правда очень красивые, разных форм и окраски, пёстрые и однотонные. Каждый сам по себе произведение искусства. И все как одна цветочницы наперебой расхваливали свой товар, просто не замолкая, указывая изящными ладошками то на один прекрасный бутон, то на другой. Несмотря на то, что я пытался объяснить им своё полное незнание языка. Просто утомили! Да ещё жара доканывала. Хоть и работает терморегуляция, а башка-то открыта, вот её и припекает! Пришлось даже головной платок купить, который местные наподобие арабской куфии носят. Поэтому когда мне на глаза попался маленький и явно охлаждаемый лоток очень знакомого вида, то я рванул к нему на «третьей космической» скорости. Аборигенка скучающего вида и неопредлённого возраста даже испугалась.

— Не пугайтесь, — говорю, — барышня! Лучше скажите, а не мороженым ли вы торгуете? Страсть как хорошо мороженое в такую жару!

Она, естественно ни слова не поняла, но лоток-холодильник свой с готовностью распахнула и извлекла оттуда что-то вроде шашлыка. Натурально на деревянный шампур нанизаны фрукты местные засахаренные и кусочки чего-то, как потом распробовал, среднего между нашим мороженым и сахарной ватой.

Чего говорите? Настоящие мужики холодным пивом с жарой борются? Ну, если вы сумеете на незнакомой планете найти пиво, да ещё и холодное, тогда да, тогда конечно. И даже скорее всего! Нет, разливали и на том базарчике чего-то веселящее, но поди пойми, как незнакомый алкоголь (а может и более забористые химикалии) лягут на твой организм, да ещё и в такую жару. К тому же я всё таки не на курорте, и являться пьяным на корабль чревато большими неприятностями. А вот шашлыки эти мороженные я в руках у местных уже видел, и детей, и взрослых. Так что пробовать явно можно было без опаски.

Нырнул я, довольный как слон, в узкий переулочек, в тень какого-то закрытого ларька и наслаждаюсь. Охлажусь, сейчас, думаю, да и пора уже в порт, к нашему шаттлу выбираться. И тут какой-то балбес обломал мне весь кайф. Выскочил из-за угла как бешенный. Плечом шампур зацепил, мороженое так в пыль и шмякнулось. А он зыркнул на меня, вякнул чего-то из-под куфии, концом которой у него морда была закрыта, как у земных бедуинов, и дальше вглубь переулка рванул.

Вот ничего себе, думаю. Даже не извинился! А может и извинился, кто ж его разберёт. Только мне от того извинения ни жарко, ни холодно. То есть как раз таки жарко, потому что мороженое моё теперь сладкой лужицей в пыли растекается. Ну куда здесь можно торопиться? Ведь ничего примечательного в этом переулке: он между глухими торцевыми стенами зажат, и дальний конец решёткой перекрыт, на параллельную улицу не выйти. Поглядел я сквозь пыльную витрину ларька: «бедуин» остановился и стал оглядываться. Так вот куда ты так летел, голубь! Избыток жидкости в организме тебя гнал. Лишний довод за то, чтобы не злоупотреблять пивом или чего они тут попивают. И чего-то зло меня такое внутри взяло, даже сам удивился. Счас, думаю, я тебе покажу, как в общественном месте гадить и честным пилотам мороженое ронять. Шагнул из-за ларька и обалдел: исчез мужик! Как сквозь землю провалился. Подошёл я ближе, осмотрелся, а там, оказывается, окошко подвальное. Вот туда-то «бедуин» так стремительно и утёк. Чего меня дёрнуло в тот момент, я и сам до сих пор не знаю. А только огляделся я, да и следом в подвал полез. Темно там было. Потянул из наплечной кобуры табельный лучемёт. Так спокойнее как-то, а главное — у него тактический фонарик под стволом. В узком пучке света разглядел тесное пыльное помещение, а из него заваленный мусором коридор идёт. И звук такой слышится ритмичный, затухающий — «бздум-бздум» — словно железкой по камню постукивают. И звук совсем не со стороны коридора идёт, а снизу, будто из-под земли. Пошарил я аккуратно кругом и точно: стопка паллет деревянных в углу. Вроде как сто лет здесь стоит, а на самом деле их аккуратно так можно сдвинуть, и потом на место вернуть, а за ними люк. «Бздумкать» внизу как раз прекратило, я сдвинул крышку люка (под ней лесенка оказалась), выключил фонарик и полез вниз, стараясь как можно меньше шуметь.

Ни зги не видно! Только слышно, как шаги «бедуина» удаляются. Ему темнота, похоже, никак не мешала. Под ногами вроде сухо, мелкие камешки похрустывают, да и сыростью не пахнет, затхлостью скорее. Фонарик зажигать не стал, пошарил рукой вокруг — наткнулся на стену. Ну, и пошёл вдоль неё, стараясь ногу на всю ступню ставить, чтобы подошва хруст гасила.

Туннель довольно длинный оказался и слегка изгибающийся по дуге. Поэтому тусклый свет в его конце к началу никак не проникал. Сквозь створ туннеля много было не разглядеть: только часть какого-то зала, освещённого люминофорными светильниками. И давешний «бедуин» приветственно обнимался с двумя вооружёнными мужиками. И ладно бы какой-нибудь допотопный огнестрел у них был. Фиг: у обоих укороченные импульсники десантной модели.

В общем, понял я, что нужно драпать и побыстрее. Потому как наткнулся я на гнездо контрабандистов, а может и кого похуже. И разбираются с этим пусть специально обученные люди с чем-то более крупного калибра, чем мой табельный ствол. Жаль не понимаю, о чём говорят — всё какая-то ценная информация была бы. Ну да ладно: тихо-тихо стал отступать назад. Но тихо не получилось. Откуда там эта железяка взялась, не знаю. Может когда-то служила держателем для факела или лампы, только торчала она из стены на уровне моего плеча. И в темноте по дороге «туда» я её как-то проскочил, а когда попятился, зацепился, и она отчётливо лязгнула. Достаточно отчётливо, чтобы боевики обернулись в мою сторону и потянулись к импульсникам. Я понял, что встрял капитально, и сделал первое пришедшее в голову: рухнул на пол и как заору на интерлингве:

— Сдавайтесь! Бросай оружие!

А сам ползунок предохранителя на лучемёте в крайнее положение толкнул и дал длинную очередь в потолок у них над головами. Табельник — это вам, конечно, не ремонтный лазер, но всё равно в импульсном режиме выдаёт солидную мощность. На каменном своде вспухли шары плазмы, и от перепада температуры во все стороны с оглушительным треском брызнули осколки. Так что боевики действительно опешили, уронили импульсники и башки руками прикрыли. Вот только «бедуин» из моего поля зрения пропал. Я едва успел подумать, что так он может подкинуть мне неприятный сюрприз, как это самый «сюрприз» в виде небольшого продолговатого предмета мелькнул в створе туннеля и покатился по полу, крутясь и подпрыгивая, в мою сторону. Граната! Рефлексы сработали быстрее мозга: как был я на полу, так с низкого старта и рванул вперёд. Ну, а куда ещё? Развернуться я бы не успел, не говоря уже о том, чтобы отбежать достаточно далеко. Даже с учётом изгиба туннеля в узком пространстве меня бы размазало взрывной волной.

Влепился я с разгона в одного из боевиков, что так и стояли в шоке. Погасил инерцию в столкновении, крутанулся вместе с ним вокруг общей оси и в сторону отпрыгнул, вглубь зала. Как раз вовремя, потому что сзади шарахнуло оглушительно и горячей волной толкнуло в спину. И ещё успел скорее почувствовать, чем услышать, как над головой прошелестела очередь из импульсника.

Шлёпнулся я на пол и сразу в сторону перекатом, за какой-то диван или кресло широкое, нырнул. В него тут же ещё одна очередь впилась. Оглянулся назад, но у тех двоих, что напротив входа в туннель стояли, шансов не было: порвало их направленным взрывом. А я лихорадочно стал скручивать с пояса кислородный патрон-регенератор. Крикнул во всё горло: «Граната!» и кинул его из своего укрытия в зал. А секундой позже высунулся сам с лучемётом наизготовку. Ага, сработала уловка! Силуэт убегавшего «бедуина» я поймал маркером коллиматора в самый последний момент, когда он уже почти скрылся на уходящей в боковой проход лестнице. Получив очередь в спину, тот запнулся и скатился вниз по ступеням, нелепо раскинув ноги. Звякнул отлетевший импульсник. Готов!

Сквозь шумные толчки крови в висках я попытался прислушаться. Вроде тихо. Но учитывая криволинейную специфику здешних катакомб, глушивших звуки и свет, это ни о чём не говорит: нужно быстрее уносить ноги. Несколько секунд потратил лишь на то, чтобы осмотреть труп «бедуина». Сорвал куфию. Ну, так и есть: особый «космический» загар, что от некачественной противорадиационной защиты появляется, ни с чем не спутаешь. Я и до этого не сомневался, что при жизни он хорошим человеком не был — вон, своих даже не пожалел — а теперь и вовсе убедился: как есть пират, из залётных. Не зря он рожу свою прятал, слишком от местных отличается.

Глянул ещё вокруг, импульсник его на всякий случай пинком в угол отшвырнул. И тут мне на глаза попался дорого и солидно выглядевший плоский футляр из натурального полированного дерева. Наверное, портсигар у пирата при падении из кармана выскочил. Подобрал я его машинально, даже внутрь не заглянул, и — ходу из подземелья. Считайте, чудом живым и целым остался, и желательно такое положение дел подольше сохранить…

На общий сбор я всё таки опоздал. Команда уже убыла во дворец. Оставленный за старшего на шаттле, а оттого не слишком приветливый, второй помощник капитана вознамерился было выписать мне фитилей за опоздание, но когда узнал причину, сам забегал по потолку. Вызвал «летучку» и велел мне немедленно во дворец отправляться. Понятно же, что проще меня туда отправить для подробного доклада, чем старших офицеров с официального мероприятия выдернуть. Ничего не попишешь, пошёл собираться. Стянул свой испорченный подземными приключениями «комок». Снова прямо на «вторую кожу» натянул парадную форму. «Стоп, — думаю. — Чего-то не хватает». Что-то там такое про «обязательные детали» одежды командир объяснял на инструктаже. Я обычно всегда внимательно слушаю, но тут из-за стресса всё из головы вылетело. Вроде цветок определённого вида обязательно нужно в петлицу кителя закрепить. Про то, что цветов тут море разливанное, я уже говорил. Поэтому неудивительно, что вокруг них целая традиция и система ритуалов построена. Хотя в принципе это всё тоже с Земли пришло. Ведь и сейчас возлюбленным дарят алые розы, а на могилки приносят пару гвоздик, и никак не наоборот. А в былые времена и вовсе букетом определённого вида можно было без слов в любви признаться, вполне официально. Моя беда в том, что интендант уже свалил вместе с командой, а идти лишний раз уточнять у второго помощника не хотелось, он и так в шоке. Да и «летучка» уже ждёт. Вытряхнул я прямо на койку в кубрике содержимое рюкзака. Не густо: пакет почти со всеми своими покупками я забыл в том злополучном переулке, когда дёру давал. Из того, что осталось, выбрал зафиксированный каким-то составом крупный фиолетовый с прожилками цветок, с жёлтыми тычинками. Несмотря на пёструю расцветку, на форме он смотрелся стильно. Крупный, красивый — вряд ли бы такому какую-то дурную символику приписали. В крайнем случае, на балу посмотрю, что у товарищей в петлицах, и поменяю. Ещё коробочку ту, что у пирата выпала, прихватил с собой и в машине рассмотрел. Вовсе это не портсигар оказался. Внутри лежало на бархатистой подкладке восхитительное колье очень тонкой работы. Несколько рядов сложно плетёных цепочек неравномерно прерывались вставками из камней разных форм и размеров. Несмотря на асимметричность, выглядело очень красиво, и похоже, имитировало звёздную карту: планеты на орбитах. А спереди всё венчалось застёжкой из крупного бриллианта, оправленного в золото — очевидно, символ центрального светила. Как потом я узнал, колье такой формы фермуарами называют.

Во дворце меня встретили очень даже приветливо. Видно, сильно местная власть была заинтересована в налаживании хороших отношений с нашей державой. Распорядитель, что до бального зала меня провожал — импозантный пожилой дядька — перед дверями оглядел по-отечески и даже по плечу похлопал. Вот, же думаю, есть тут нормальные люди. Не то что давешние обитатели катакомб, которые чуть на ленточки мою тушку не распустили. Я, конечно, сразу хотел к начальству своему подойти, но не так легко это оказалось сделать. Торжественная часть приёма уже шла вовсю, послы обменивались верительными грамотами или как там у них это называется. Поэтому строгая девушка из дворцовой службы протокола отыскала для меня свободное место, но до собственного начальства не допустила, очевидно, чтобы не тащился через весь зал и не вносил сумятицу в распорядок торжества. Тут как раз правитель планеты взял слово — король здешний. И затянул долгую речь о дружбе народов, под конец, правда, съехав на восхваление собственных подданных и себя любимого (для гостей речь дублировали на интерлингве, так что я впервые на этой планете что-то понимал). А в завершении объявил, что сейчас «дорогие инопланетные гости» станут свидетелями необычайно красивого местного обычая.

При этих словах оркестр заиграл торжественную, но не напыщенную, а скорее лирическую мелодию, а моя провожатая крепко взяла меня за руку и повела к центральному возвышению перед королевским троном. Дипломаты как раз покинули его, а вместо них на сцену из зала начали подниматься некоторые из присутствующих, очевидно из местной знати, в богато отделанных мундирах и платьях. Мне было совершенно невдомёк, какую я могу играть роль в «необычайно красивом» ритуале, но провожавшие меня взглядами местные кивали одобрительно, и я особенно не волновался. Ровно до того момента, пока не понял, что мужчины и женщины на сцене разбились на пары, и у каждого мужчины в петлице такой же, как у меня, фиолетово-жёлтый цветок! Попытался я было остановиться и объяснить своей провожатой, что вышла ошибка, но куда там: интерлингв она не понимала, но со строгим выражением лица что-то быстро и тихо мне выговорила. При этом так твёрдо, что это вполне могло означать: либо под венец, либо на эшафот. А на сцене действительно происходило если не венчание, то точно официальная помолвка. Каждый мужчина произносил перед своей избранницей одну и ту же торжественную речь (специальный суфлёр подсказывал тем, кто от волнения запинался) и преподносил ей тот самый цветок. Девушки тоже отвечали заученной фразой, после чего, уже держась за руки и более или менее счастливо улыбаясь, пары спускались в зал под аплодисменты и свист присутствующих. Даже король сдержанно хлопал в ладоши.

Со сцены я тоскливо поискал глазами своих. Старшие офицеры экспедиции и дипломаты стояли одной тесной группой, и с ними какой-то высокий местный чиновник. В смысле высокого ранга, судя по количеству галунов и позументов на мундире. И очень мне не понравилось, как они во все глаза, молча и удивлённо уставились на меня. При этом начальник экспедиции побледнел и машинально тискал в руках фуражку, а чиновник, наоборот, был красный как рак, и пытался посылать какие-то сигналы в сторону короля, корча при этом ужасные гримасы. В общем, похоже было что моё невольное, но от того не менее дурацкое, вмешательство сломало весь протокол. Однако правитель, то ли не чувствуя подвоха, то ли пытаясь сохранять лицо, с молчаливым спокойствием наблюдал за торжественным ритуалом помолвки.

Наконец все пары покинули сцену, и на ней остались только я и ещё один мужчина в местном мундире, обилием пёстрых знаков отличия превосходящем даже начальника службы протокола. У него тоже почему-то не было пары, и смотрел он на меня весьма нехорошо: со смесью удивления и ярости, так бы я назвал. Причину такого отношения я понял, когда по боковой галерее на тронный помост спустилась девушка в длинном белом платье, красиво расшитом по рукавам, запаху и поясу цветными узорами. При здешней моде на пестроту цветов оно смотрелась почти скромно, но очень элегантно. Да и вообще что-то сразу выделяло её среди других. «Принцесса», — предположил я. Девушка была очень хороша собой: удлинённый овал лица, высокий лоб, выразительные глаза под бровями вразлёт, некрупные, но чувственные губы. Пышные локоны русых волос частью ниспадали на плечи, а частью забраны лентами в замысловатую причёску, скреплённую на темени изящной диадемой.

В зале в этот момент воцарилась тишина, и подданные склонились в общем поклоне. Встав справа от трона, принцесса отвесила такой же глубокий поклон отцу, затем уже, приложив руку к сердцу, лёгкий кивок адресовала залу. На этом формальное приветствие, похоже, закончилось. И принцесса спустилась на сцену под те же аплодисменты, которыми только что приветствовали здесь молодожёнов. Одарив меня и титулованного мужчину открытой приятной улыбкой, остановилась ровно между нами в ожидании продолжения ритуала. Я обратил внимание, как она стиснула в ладонях маленький скипетр, и понял, чего ей стоит сохранять напускное спокойствие. А тут ещё служба протокола запнулась, явно находясь в замешательстве.

Тогда мой соперник решил взять инициативу в свои руки. Приняв из рук подскочившего слуги какую-то коробку, он обратился сначала к королю, затем к принцессе. Интонация была уважительная, но весьма настойчивая. По всему выходило, что это он являлся претендентом на руку прекрасной принцессы. А я оказался здесь совершенно не к месту. Ладно, посмотрим, не вынесут ли тебе, дорогой товарищ, «гарбуза». В завершении речи он открыл коробку и с поклоном протянул её принцессе: на бархатной подложке лежал изящный ювелирный комплект. Девушка так же легко и учтиво поклонилась ему, но к подарку не притронулась. Вместо этого взглянула в мою сторону, словно передавая очередь. Я прям физически ощутил, как весь зал, включая и моё начальство, сейчас тоже смотрит на меня. Но взгляд принцессы… В нём была смесь интереса, надежды, озорства и страха одновременно. Вот для кого моё неожиданное появление стало приятным. Видно, не очень ей хотелось замуж за этого напыщенного сеньора. Нет, мы оба явно понимали, что за залётного пилота чужой державы её тоже не отдадут, но возникшая интрига и возможность поиграть на нервах нежеланного жениха наверняка веселили её. Что ж, такой девушке грех не доставить удовольствие. А ты, индюк провинциальный, смотри и учись, пока я живой. Как-никак у меня за плечами годы тренировок: от студенток всех женских общаг в радиусе досягаемости казарм Военно-космической академии, до знойных красоток курортных планет. Вытянулся я перед девушкой во фрунт, поприветствовал для начала от лица державы и себя лично, чтоб переводчики, наконец, очнулись, и моя речь стала понятна в зале. А дальше сочно и без запинки отвесил в адрес принцессы длинный витиеватый комплимент, одновременно восхваляющий её красоту и демонстрирующий уважение к благословенной планете, народу и династии, эту красоту взрастившим. Эффект был достигнут на сто процентов: женщины в зале ахнули и начали аплодировать, принцесса зарделась, «жених» хрюкнул с досады, и по-моему, даже король хмыкнул удовлетворённо. А я, довольный успехом, решился на «контрольный выстрел» и вытащил из внутреннего кармана кителя тот самый трофейный футляр с фермуаром. По уровню он был точно не хуже жениховского, если даже не обыгрывал его. Раскрыв, протянул украшение принцессе. Раз уж всё в одну строку сложилось, пусть знают, что земные пилоты любых инопланетных принцев за пояс могут заткнуть!

Но на этот раз что-то пошло не так, потому что теперь уже весь зал ахнул в едином вздохе со смесью восторга и ужаса. Такая же гамма чувств была написана на лице принцессы. Краем глаза я успел заметить, что даже король вскочил с трона. Особенно бурно отреагировал «жених». Увидев мой подарок, он побагровел просто до неприличного оттенка и, взревев, как носорог, схватился за висящий на боку короткий меч. Да, зависть по-любому плохое чувство.

Лязгнула, обнажаясь, холодная сталь клинка. Похоже, второй раз за день меня тут пытаются убить. Но в тот момент меня больше заботило, что между разъярённым мужиком и мной — хрупкая фигура принцессы. Вариантов было немного, а времени на раздумья ни секунды. Я успел сунуть колье ей в руки, прежде чем подхватить и оттолкнуть прочь с помоста — на руки стоящих внизу подданных. И остался лицом к лицу с оскорблённым женихом. С голыми руками против меча. Благо, управляться он с ним умел так себя. Поэтому первый рубящий удар я сумел пропустить над собой. Но противник не успокоился, а перехватив меч, замахнулся для удара сверху вниз, словно собирался рассечь меня надвое. При его отнюдь не субтильной комплекции вполне могло получиться. Но умирать сегодня, когда ко мне благосклонны даже инопланетные принцессы, было бы глупо. В последний момент успел уклониться. Лезвие чиркнуло в воздухе совсем рядом, достав таки остриём, и рассекло левое плечо. Спасла «вторая кожа» под мундиром: «умные» армированные волокна не пустили сталь далеко в плоть, стянулись вокруг раны, останавливая кровь. Не обращая внимания на боль, и не давая противнику опомниться для нового замаха, врезал сверху вниз ногой по его руке. Выбитый меч брякнул по настилу помоста. Успел прикрыться от мощного «левой в голову». Надо отдать должное, в рукопашной он был сильнее, чем в мечевом бою и моментально стал меня теснить, но поздно… На помост уже выскакивали гвардейцы и кто-то из наших ребят…

День спустя в лазарете меня навестила… кто бы вы думали? Та самая принцесса. Она нисколько не пострадала, хотя перепугалась совершенно. Естественно, благодарила. И заодно растолковала, наконец, весь смысл произошедшего. Мужик, что к ней сватался — один из самых богатых баронов планеты, землевладелец. Человек большого влияния. Но из сторонников прежней правящей династии, которую новый король подвинул. Сам демонстрировал полную лояльность, подбивал клинья к наследнице, продвигался поближе к трону. Только спонсировали его в этом движении противники короля, в том числе и те, что в изгнании после смены власти оказались. Через них барон связался с космическими пиратами. А те разыскали и добыли ему очень важный артефакт: старинный символ власти на планете — колье в виде звёздной системы. Во время переворота его похитили и вывезли, чтобы лишить новую династию уважения в народе, а пираты вычислили и отбили. Вот барон и собирался в день нашего визита колье вернуть и с королём через принцессу породниться. Шоу бы точно имело успех. А учитывая, что заключение соглашения с нами сулило барону огромные прибыли от торговли сельхозпродукцией, то скоро он сам мог оказаться на троне со всеми вытекающими. Но волею случайности колье оказалось у меня, и весь план барона развалился. И много ещё о чём мы с ней в тот день разговаривали. Прекрасную во всех отношениях девушку я от нежеланного замужества спас. Ну, и планету, от нового переворота, понятное дело! Так то…

— Ну, Палыч, неужели всё правда?!

Коринфский в ответ обычно лишь загадочно улыбается и делает удивлённое лицо:

— Так ведь давно это было! Может я и подзабыл чего. Опять же: красиво не приврать, историю не рассказать! — и чтобы увильнуть от дальнейших расспросов, громко зовёт жену. — Виктория, сладкая моя, не побалуешь ли нас десертом?!

На зов из дома появляется его супруга — очень красивая женщина с какой-то прямо царственной осанкой и неизменно безупречными манерами. А десерт, который она готовит, вы даже в столичных ресторанах не попробуете. Совершенно особенного вкуса мороженое, нанизанное в виде шашлычков на шампуры вместе с экзотическими засахаренными фруктами…

 

© Алекс Шел, май 2018 г.

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль