Какая я девочка хваткая

0.00
 
Фидянина-Зубкова Инна
Какая я девочка хваткая
Обложка произведения 'Какая я девочка хваткая'
Хваткая я, однако

— — ------------— Как я замуж выходила — — -------------

 

Собралась я замуж, однако.

Зачесалась у бати срака:

— Доню, денег нет на это дело,

а с чего ты замуж захотела?

«Тятенька, пора бы, лет мне много,

вон Колян стоит возле порога.»

— Ты скажи-ка своему Коляну:

пусть он свадебку сам и играет!

«Ну, папанечка, спасибо за подмогу!»

— Извиняйте, доню, я не могу.

Я к маманьке (та у печки):

«Надо б замуж выйти вашей дочке!»

Мать поварёшку лизнула,

как-то странно на меня взглянула:

— Ты б пошла, дровишек наколола.

«Мама, у порога стоит Коля!»

— Правильно, пусть Коля и наколет;

а ведь замуж, донь, никто и не неволит.

«Да хочу я замуж, вы поймите!

Вы к Коляновым родителям сходите.»

Что ж, попёрлись наши к родичам Коляна.

Также странно на меня смотрела его мама,

у его отца тоже чесалась срака —

в огород послал нас за бураком.

Хошь не хошь, а свадьба состоялась!

Я столы накрывала, старалась

и за водкой бегала с Коляном,

низко кланялись мы папам, мамам.

На гармошке я сама играла,

песни деревенские орала.

А как выпила, пошла я, девки, в поле.

Замуж ведь никто и не неволит!

 

— — ------------— Смелая я, однако — — -------------

 

Смелая девочка, смелая

на белом свете жила,

смелая девочка, смелая

по острому лезвию шла.

Но шла так осторожно,

что понять было сложно:

боится упасть она что ли,

или не в её воли

слезть с этого острия?

Шла безвольная я

по крайнему краю:

то ли болею, то ли не знаю,

что ждёт меня кто-то.

Кто ты, милый? Забота,

одна забота:

с высоты не свалиться.

Не упаду —

я успела влюбиться!

 

— — ------------— Замуж я за Пересвята — — -------------

 

Бойтесь, люди, пересуда,

Перегуда, Пересвята.

Бойтесь, люди, душегуба,

Троекура, партократа.

Бойтесь, люди, бояться;

и не смейте смеяться

над моею обидой великою:

ведь кого на Руси ни покликаю,

никто ко мне не кидается,

народ на зовне сбирается.

Видимо, нет во мне силы.

Открою-ка рот я пошире

и позову Перегуда:

«Гыть, Перегуд, отсюда!»

Гыть, а он не уходит —

все рядом орет да ходит,

ходит и ходит кругами.

Боялась бы я вместе с вами

всех Переглядов на свете,

да выросли мои дети

и закончили школу.

Теперь с Троекуровым спорить

старую мать заставляют.

А я не спорю, я знаю,

что от пересуда

не спасёт душегуба простуда,

не затмит партократа награда.

В общем, замуж за Пересвята

собралась я, добрые люди.

А чего ору? Не убудет!

 

— — ------------— Я сама швея вышиваша — — -------------

 

Не дарите мне цветов, не дарите.

В поле нет их милей, не сорвите!

На лужайку опущусь я вся в белом —

разукрашусь до ног цветом смелым:

красная на груди алеет роза,

на спине капризнейшая мимоза,

на рукавчике сирень смешная,

а на подоле’ астрища’ злая!

Я веночек сотку из ромашек.

А знаете, ведь нету краше

жёлтого, жёлтого одувана

и пуха его белого. Ивану

я рубаху разошью васильками:

бегай, бегай, Иваша, за нами!

Беги, беги, Иван, не споткнись —

во всех баб за раз не влюбись,

а влюбись в меня скорей, Иваша;

разве зря я, швея-вышиваша,

васильки тебе вышивала,

да на подоле’ астрища’ злая

просто так ко мне прицепилась?

И зачем в дурака я влюбилась?

А цветов мне не надо ваших!

Я сама швея-вышиваша!

 

— — ------------— Мой нынче ответный ход — — -------------

 

Я провокатор судеб,

я провокатор сердец!

Если меня осудят,

то добра больше нет,

нет добра на планете,

оно ушло навсегда,

потому что на свете,

лишь одна я чиста.

Нет меня чище, и это

не пустые слова:

видишь дыру в пространстве —

это и есть дела

все мои и поступки,

от которых так стынет кровь

у прорицателей. Шутка?

Нет, мой нынче ответный ход!

 

— — ------------— Берегись меня, родня — — -------------

 

Не жила я у вас нежилою,

не была бы я небылою,

не было б меня и не надо,

да разрослась в огороде рассада,

рассада вишнёвого сада.

А раз рассада пробилась,

значит и я прижилась,

прижилась тут, вот и маюсь:

лежу не поднимаюсь.

И когда поднимусь, не знаю,

потому как встав, поломаю,

обломаю все ветки из сада,

подопру я ими рассаду:

расти, вырастай рассадушка,

буду тебе я матушка.

А что касаемо сада,

то нам чужих вишен не надо,

у нас лук, свёкла и морковка.

Берегись меня, родня, я мордовка!

 

— — ------------— Увезите меня в края таёжные — — -------------

 

Не дружите со мной, не играйте,

и в друзья меня не добавляйте!

Потому как не ваше дело,

что мои пироги пригорели,

не накрашенная я сегодня

и хожу, как дура, в исподнем.

Не смотрите на меня, я плохая,

а с утра вся больная-пребольная,

злая, голодная, не поевши,

на бел свет глядеть не захотевши.

Не дружите со мной, не дружите!

Поскорей отсюда заберите,

увезите в края таёжные,

где избушки стоят молодёжные,

пацанятки гуляют скороспелые

и девки с топорами несмелые.

 

— — ------------— Тебе зиму, ему лето — — -------------

 

Торговала я планетой:

тебе зиму, ему лето.

Торговала я едой:

кому кашу? Мне ж в пивной

пенку пенную от пива,

чтобы я была красива,

чтобы я была полна

снегом, ветром, и одна

засыпала, просыпалась,

говорила, улыбалась —

всё любименькой себе

да мерцающей звезде.

Проверяла я себя

на лето, зиму. А весна

улыбнулась: «Ну, встречай,

наливай мне, дочка, чай,

да продай уж всё на свете:

кошку, мужа, дом.» Но дети

посмотрели и сказали:

— Мама, как жила в печали,

так и дальше лучше жить

и не надо ворошить

на планете лето, зиму.

Зыбь — не сон, а пелерина.

Вот ей накройся и сиди

да стихи свои пиши.

Торговала я планетой:

ему зиму, тебе лето.

Торговала я едой.

Рот закрой, иди домой.

 

— — ------------— Благая весть — — -------------

 

Никому не будет страшно

в тёплой сытости своей.

У кого одна рубашка?

Не отдашь? Ну и бог с ней.

Я последнюю раскрыла

неземную благовесть:

дикой повестью покрыта

пыль земная и известь.

А кого тут совесть мучит,

тот совсем её замучит,

и останется от ней —

пыль земная и иней.

Собирайся в круг народ:

девица в гости к вам идёт,

придёт и скажет:

«Кто пьёт да пляшет,

тому не страшно;

а кто поёт,

того сожрёт

велика совесть!» —

такая повесть.

Так собирайся ж народ,

к вам девка русская идёт!

А кому страшно,

так те не наши,

и бабы краше

у них, наверно.

А нам, неверным,

совсем не больно,

и совесть вольна,

сыта, красива

в тепле спесиво

скуля от боли:

«Доколе, доколе, доколе?»

 

— — ------------— Меня стали на улице узнавать — — -------------

 

Меня никто никогда не спросит:

«Какой во времени век?»

И я никогда не отвечу:

— Каков человек, такой век.

«Есть ли на сердце рана?»

— Не бередит её

ни случайный прохожий,

ни смешное кино.

А когда на дворе очень жарко

(холодно, душно), умно

я разгребаю подарки —

улыбок веретено.

«Проходи, проходимка,

мы узнали тебя,

ты поэт-невидимка,

ты всегда голодна

этим городом пыльным,

лесом, полем!» Давно

смотрю взором остывшим —

мне уже всё равно

на мерцание улиц,

на мелькание лиц.

Нет, никто мне не скажет:

«Почему ты молчишь?»

— Я молчу потому что

не узнала тебя,

кто ты: призрак могучий

иль закон бытия?

 

— — ------------— Инна арлекина — — -------------

 

Ничего не будет свято,

кроме совести твоей.

Нет, не простыни измяты,

просто надо быть смелей!

Ведь никто тебе не скажет:

«Как разделась, так лежи.»

Рот твой сильно напомажен

и гвоздищи из груди.

Молча смотрит арлекино

на нескромный твой наряд:

дуло в плечи, дуло в спину.

«Нет, с такой опасно спать!»

Будет Инна арлекином,

арлекиною сама:

дуло в плечи, дуло в спину

и усталый свой наряд

тихо снимет,

раскричится на бумагу и перо!

Подойдёт друг и поднимет

её тело всем назло!

 

— — ------------— Я победительница — — -------------

 

Я победительница траурных шествий,

мой ласковый, ласковый бред

никогда не жил без последствий.

Что ты ел, сынок, на обед?

А я короля и капусту,

попа и церковный шпиль

и даже тролля за печкой

(чем мне он не угодил?)

Я зареклась бороться

и уходила в тень.

Но эти шествия траура

зовут меня по сей день.

 

— — ------------— Девочка проходимка — — -------------

 

Девочка проходимка,

девочка, проходи!

Девочка невидимка,

вниз, смотри, не смотри!

Девочка невидимка,

это, наверно, я.

Девочка невидимка:

«Ну-ка, поймай меня!»

Нет, не изловит разведка;

нет, не вычислит царь.

Девочка невидимка

составляет словарь

для генерала разведки,

словарь для «просто меня»,

словарь для того, кто на ветке:

агента «00-без нуля».

Девочка проходимка,

девочка — тысяча лет,

кого бы она ни простила,

того уже просто нет.

 

— — ------------— Подари нам своё бытиё — — -------------

 

«Инн, подари нам кусочек,

кусок своего бытия.»

— Я бы хотела, но очень,

очень я занята:

я запираю дверцу

дома, сажусь писать

длинную, длинную повесть

о горе. Вам не отнять

это большое горе

у меня никогда, никогда,

потому что оно, как море,

большое — просто вода;

больше его только слёзы

всех на земле матерей

и девичьи, девичьи грёзы.

Нет этого горя добрей!

«А зачем тебе, девочка, горе?»

— Мне оно ни к чему,

но есть у поэтов доля:

«босяками» ходить по дну.

Поэтому я всегда дома,

поэтому и одна.

«Ну подари нам кусочек,

кусок своего бытия!»

— Нате, берите ручку,

о бумагу дерите перо!

И о горе моём не забудьте

про лучшее бытиё.

 

— — ------------— Я сама себе задавала вопросы — — -------------

 

«Какая сегодня история?»

— Непроходимая боль!

«Какая погода на территории?»

— Холод, дожди… уволь!

«Скучно тебе живётся?»

— Ну что ты,

ведь порой солнце

светит на этой планете,

а поэтому скоро лето,

когда-то оно случится,

и будет мне материться

значительно легче,

поверьте!

«Ты бы сходила в гости.»

— В гости? Вы это бросьте,

не до походов долгих.

«А ты была на Волге?»

— Нет, не была, но хотела.

Знаешь, ведь я не успела

ничего сделать в жизни.

Вот и стихи повисли

нечитаемой паутиной

очень и очень длинной.

«Длинная паутина.

Ты к чему это, Инна?»

— Так, ни к чему, а просто,

просто не ходим в гости

мы никогда друг к другу.

«Я — это ты, подруга!»

 

— — ------------— Надо мне туда, где нет морей — — -------------

 

Надо мне в большие города,

нужно мне туда, туда, туда,

где поэт поэту — друг и для меня;

где нет нефтяников, военных, рыбаков

и дядек с топорами — лесников;

где сумасшедшие художники живут,

а режиссёры нам не врут, не врут, не врут!

Надо мне туда, туда, туда,

где не ходят эти поезда,

пахнущие тамбуром в купе,

где метрополитен уже везде;

там умру я без своих морей,

без лесов, медведей, глухарей;

и воскресну, как поэт звезда!

Люди, бросьте ваши поезда

и лесами засадите города,

а морями заливайте остова,

чтобы было мне комфортно и легко

там, где ждут меня так страстно и давно!

 

— — ------------— Я вчера изменила судьбу — — -------------

 

Она никуда не ходила,

она никуда не пойдёт,

но какая-то сила,

толкает её вперёд.

* * *

Я никуда не ходила,

и никуда не пойду,

но какая-то сила

всё тянет меня в беду.

Зачем (говорю я силе)

толкаешь меня на путь?

«Не я (отвечает сила),

тебе не в силах свернуть.»

Да, я знаю, на свете

есть судьба — не уйти!

Но я сделала это,

(пуля-дура, прости):

вот, железной рукою

стёрла все письмена.

Помогла неведома сила,

я от смерти ушла.

И теперь я лишь человечек —

меньше пылинки самой.

Ну здравствуй, серая Вечность,

ты сегодня опять не за мной.

 

— — ------------— Как стать врагом для друга — — -------------

 

Стать врагом довольно просто:

пару слов… и вот ты остов,

в который метит пуля:

«Нет, она, вроде, не дура,

может, даже человек,

но на исходе её век.»

Век, конечно, на исходе,

он всё ходит, ходит, ходит

такими большими кругами:

домой, на работу и к маме,

которой полвека, как нету.

Где ты, мама, твои советы

довели до дурного.

Вот я голая снова

и в меня летит пуля:

«Нет, она вовсе не дура,

просто её слова,

от которых болит голова,

сводят с ума любого —

старого и молодого.

Ну зачем она снова и снова

повторяет все эти слова?

Из вредности у ней дыра

в её голове нехорошей!»

— Я мертва? Нет, ты снова послушай...

 

— — ------------— Рисовала я сегодня — — -------------

 

Я сегодня рисовала очень древнее чело,

я сегодня не узнала чьё оно? Нет, не моё.

Я сегодня рисовала очень древнее чело.

Говорят, что небо пало. Мне и правда, всё равно.

Плохи эти ваши мысли о разбитом серебре:

мне, наверно, показалось, что оно сидит во мне,

рассыпаясь на осколки, мелкой проседью во лбу.

Я сегодня рисовала. А кого? Нет, не пойму.

Серым просветом гуляет непокорная «быль-соль»,

никому не позволяет, стиснув зубы, крикнуть: «Боль!»

Я сегодня прокричала: — Ах, как больно, больно!» Не,

тут же мне чело сказало: «Я древнее, боль во мне.»

Рисовала, рисовала очень древнее чело.

Нет, его я не узнала. Ты мой муж? Мне всё равно.

 

— — ------------— Ты об этом не пиши — — -------------

 

Нет на свете господина

(говорила людям Инна),

нет на свете госпожи!

«Ты об этом не пиши!»

Не пишу, не пишу, не писала б,

если б сердце мое не страдало,

если б не было голода на свете,

если б все здоровы были дети.

Не пишу, не писала, не буду,

и о вас, люди добрые, забуду!

Вставка изображения


Для того, чтобы узнать как сделать фотосет-галлерею изображений перейдите по этой ссылке


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Если вы используете ВКонтакте, Facebook, Twitter, Google или Яндекс, то регистрация займет у вас несколько секунд, а никаких дополнительных логинов и паролей запоминать не потребуется.
 

Авторизация


Регистрация
Напомнить пароль